Чтение онлайн

— Послушайте, мистер Рэнделл, это не диагноз, а всего лишь медицинский термин, характеризующий состояние глубокого сна.

Это все равно, что назвать дерматит — dermatitis, а гастрит — gastritis. А как он ее лечит?

— Ну… Даже не знаю. Я…

— Он хотя бы промыл ей желудок?

— Нет.

— А рентген сделал?

— В ее состоянии это невозможно.

— Вы хотите сказать, мистер Рэнделл, что он только пришел, бегло осмотрел ее, так и не поставив диагноза и даже не дав никаких рекомендаций? Это ваш семейный доктор?

— Нет, — выдавил Рэнделл. — Боюсь, я мало смыслю в медицине. Мы никогда раньше не обращались к врачам. Но вам и самому известно, хорош или плох этот доктор. Это Потбери.

— Потбери? Тот самый доктор Потбери, у которого я консультировался? Как вам пришло в голову пригласить именно его?

— Ну, мы с Синти вообще никогда не болели, а к нему на прием пришли, чтобы расспросить о вас. А вы что-то имеете против Потбери?

— Да в принципе ничего. Просто он был груб со мной. Во всяком случае, мне так показалось.

— Значит, он что-то против вас имеет?

— Ничего не понимаю, — как-то неуверенно произнес Хоуг. — Я видел его всего один раз. Потом еще пришел узнать о результатах анализов. Что это вдруг ему… — Он недоуменно пожал плечами.

— Вы говорите о веществе под вашими ногтями? Я думал, это всего лишь предлог.

— Ну что вы, нет.

— Как бы там ни было, а это не единственная причина, почему он вас ненавидит. После всего того, что он наговорил о вас…

— А что он говорил обо мне?

— Он сказал… — Рэнделл неожиданно замолчал, вспомнив, что Потбери ничего особенного не говорил. — Конечно, сказал он не слишком много, просто я понял, что он ненавидит вас, Хоуг. И боится.

— Боится? Меня?

Хоуг криво улыбнулся. Наверняка он принял это за шутку.

— Конечно, он так не сказал, но это было ясно.

Хоуг пожал плечами.

— Не понимаю. Откровенно говоря, я больше сам привык бояться людей. Погодите… а вам он сообщил результаты моих анализов?

— Нет. Кстати, это напомнило мне об одной большой странности, которой вы обладаете, Хоуг. — Он вдруг вспомнил о невероятном приключении на тринадцатом этаже. — Вы гипнотизер?

— Боже мой, нет, конечно! А почему вы спрашиваете?

И Рэнделл во всех подробностях рассказал ему о своей первой попытке проследить за ним. Хоуг с невозмутимостью слушал рассказ Рэнделла. Вид у него был сосредоточенный и вместе с тем растерянный.

— Ничего себе галлюцинация, — заключил Рэнделл. — Никакого тринадцатого этажа нет и в помине, «Детериджа и компании» тоже. Ничего! А я ведь до сих пор помню каждую деталь так же ясно, как вижу сейчас ваше лицо.

— Это все?

— Минуточку.

Рэнделл встал и пошел в спальню. На сей раз он уже не соблюдал особой осторожности, хотя дверь за собой все-таки закрыл. Он слегка нервничал, что не сидит постоянно возле постели Синти, но должен был признать, что присутствие Хоуга каким-то образом успокаивало его. Быть может, все дело в том, что ему нужно испить чашу своих страданий до самого дна.

Рэнделл снова прислушался к ее дыханию и, удостоверившись, что Синти жива, взбил подушку, убрал растрепавшиеся волосы с ее лица, поцеловал в лоб и вышел из комнаты.

Хоуг ждал его.

— Ну как? — сочувственно поинтересовался он.

Рэнделл тяжело опустился на стул и закрыл лицо ладонями.

— То же самое.

Хоуг воздержался от каких бы то ни было комментариев, и вскоре Рэнделл усталым голосом принялся рассказывать ему о ночных кошмарах, которые мучили его последнее время.

— Честно говоря, я не хочу придавать этому особого значения, — добавил он, завершив свой рассказ. — Я не суеверен.

— Странно, очень странно, — размышлял вслух Хоуг.

— Что вы имеете в виду?

— Я полагаю, что ничего сверхъестественного здесь нет. Но вы не допускаете, что все это отнюдь не случайно? Я хочу сказать, что если кто-то смог внушить вам все это в деловом центре среди бела дня, то куда легче сделать это ночью.

— Каким образом?

— У вас есть враги, мистер Рэнделл?

— Насколько я знаю, никого. Конечно, мне подчас приходится делать такое, что может кому-то не понравиться, но ведь у меня есть и друзья. Да, два-три мошенника могут точить на меня зубы, но они наверняка не способны на подобное. А у вас есть враги? Кроме Потбери, конечно.

— Насколько мне известно, нет: К тому же я не понимаю, почему Потбери должен меня ненавидеть. Да, кстати, вы собираетесь проконсультироваться у кого-нибудь еще?

— Я просто плохо соображаю. В голову ничего не приходит. Скорее всего надо взять телефонную книгу и кому-то позвонить.

— Вы правы. Позвоните в солидную клинику и попросите прислать «скорую помощь».

— Я так и сделаю! — решительно заявил Рэнделл, вставая.

— Пожалуй, стоит подождать до утра. Во всяком случае, сейчас уже поздно, и там остались одни дежурные врачи. Может, она сама проснется.

— Наверное, вы правы. Думаю, мне пора на нее взглянуть.

— Мистер Рэнделл…

— А?

— Э-э-э… вы не возражаете, если я тоже взгляну на нее?

Рэнделл покосился на Хоуга. Этот человек сумел усыпить его подозрительность, но сейчас он вдруг вспомнил предупреждение Потбери.

— Думаю, не стоит, — холодно произнес он.

Похоже, Хоуг был разочарован, но не подал виду.

— Конечно, конечно. Я вас вполне понимаю, сэр.

Когда Рэнделл вернулся, Хоуг стоял у входной двери со шляпой в руках.