Чтение онлайн

Ехали мы туда на электричке. Как вышли из вагона и спустились под горку, - перед нами открылась дивная картина. Среди просторного березняка в высоких травах белело небольшое озеро, над которым стоял парной туман. Вода в озере была на самом деле невероятно теплой, градусов двадцать пять. Причину такой необычной температуры объяснил Макс: сюда стекала отработанная вода соседней ТЭЦ. Но вода была чистой, не зря же тут постоянно плескалась рыба. Кроме нас там уже веселились две небольшие компании с палатками и удочками.

Мы тоже поставили три палатки: две для мужчин, одну для девушек. До самой ночи мы купались, загорали и ловили рыбу. А с наступлением сумерек разложили на траве ужин. Тут нам «потомственная ведьма» Маша и объявила, что эта ночь издавна называется Вальпургиевой, когда ведьмы слетаются на священную гору для шабаша. В среде комсомольцев стало происходить либеральное брожение. Кто-то защищал День солидарности трудящихся всего прогрессивного мира, а некоторые малосознательные граждане изъявили порочное желание отметить языческий шабаш нечистой силы.

Мы с Олегом и Максом, призванные соблюдать порядок во вверенном нам коллективе, предложили либералам-уклонистам накрыть для себя отдельный стол и кушать пикник в стороне от честных тружеников. После этого объявления Макс высвободил из брезентового чехла гитару, громко брякнул по струнам и запел звонким голосом на всю округу что-то сильно импортное на заграничном языке. Разумеется, все девушки сразу забыли о ведьмах и окружили певца. Уж не знаю, то ли сказывался профессионализм, то ли ему от природы досталась луженая глотка, только пел он почти без перерыва до глубокой ночи.

В это время вокруг сгущались мрачные тучи черной мистики. Народ сильно злоупотребил вина, стал кричать, танцевать и купаться в озере. Мы с Олегом почти не пили, с аппетитом кушали печеную свежую рыбу и развлекали двух интеллигентных девушек, которые смущенно отворачивались от белеющих в ночи тел. Макс услаждал публику вокалом. Поэтому печальными глазами наблюдали мы падение моральных устоев общества. Тут еще и соседи ругаться пришли. Четверо пьяных парней с дубинами в руках встали перед нами и потребовали, чтобы мы немедленно затихли. Мы им, оказывается, мешали культурно отдыхать. Макс поднялся, аккуратно прислонил гитару к березе и нырнул в палатку. Оттуда вышел с пистолетом «ТТ» в руках и вместе с Виктором они подошли к визитерам. Те не унимались. Прогремел выстрел в воздух - и парней с дубинами как ветром сдуло.

Но тут Маша, видимо решив восстановить уважение к своей полудетской персоне, объявила, что она устроит спиритический сеанс столовращения. Достала кусок ватмана с написанными кругообразно тушью алфавитом и цифрами. Сверху положила перевернутое чайное блюдце. Маша с Кирой наложили на блюдце пальцы и Маша попросила что-нибудь спросить у духов. Кто-то предложил назвать день рождения бабушки. Девушки поводили блюдцем, касаясь краем цифр, и объявили дату. Она оказалась правильной. Посыпались вопросы, на которые девушки отвечали так же конкретно и точно.

Мне стало не по себе. По холодной тоске в груди я реально ощущал присутствие нечистой силы и подсознательно её остерегался. У меня были еще сильны воспоминания о падении на дно адской пропасти. Олег вдруг перекрестился, протянул руку к ватману и решительно порвал его. На него набросились любители оккультизма, но он даже не взглянул в их сторону.

– Хватит ерундой заниматься!
– рявкнул он. - Всё! Банкет закончился. Всем спать.

После бессонной ночи отсыпались до обеда. Потом позагорали, поели печеной рыбки и ближе к вечеру мы с Олегом поехали на вокзал.

Зачем? А чтобы съездить в Москву и слегка проветриться. Вот такая фантазия взбрела нам в голову.

Подключение

В кассе остались билеты только на полуночный экспресс и только верхние полки купе. Мы имели возможность купить предлагаемые билеты, но не имели желания. Посовещались с товарищем и приняли решение ехать десятичасовым поездом на третьей полке. До подачи поезда оставалось полтора часа, и мы решили провести их с пользой.

Для начала в буфете купили шоколадку для проводницы. Потом зашли в универмаг в отдел бытовой радиотехники. В этом таинственном месте мы наблюдали за появлением новинок проигрывающих устройств. Олег тщательно изучал и сравнивал технические характеристики «Эстонии», «Мелодии» и «Юпитера». Я с трепетом притрагивался к адаптерам, стереоколонкам, ручкам настройки, вычисляя в уме, как накопить и на чем сэкономить, чтобы набрать сумму, указанную в ценниках.

В это время у прилавка стояла странная пара молодых людей: длинноволосый лет под тридцать и домашний мальчик лет пятнадцати. Мальчик слушал и кивал, а длинноволосый горячо шептал, постоянно облизывая толстые красные губы. До нас долетали только обрывки: «у аппаратуры высшего класса давление иглы на винил не превышает двух грамм, дунешь - и адаптер улетел», «штаны нужно носить «Вранглер» и «Лэвис», причем обязательно потертые», «бриться - лезвиями «Шик», они долговечные, хватает на месяц», «нейлон – лажа, я тебе достану фирменный джинсовый батник и лапшу».

– Слышишь, Юра, как фарцовщик подрастающее поколение подключает?

– Подключает? К чему?

– К своей системе потребления. Не правда ли, похоже на общение паука и мухи? Жестокий паук заманивает несчастную муху, потом закручивает в паутину, чтобы медленно и с наслаждением пить кровь.

Следующей торговой точкой, которую мы регулярно посещали, был отдел грампластинок. На полках ничего приличного там не бывало. Но можно всегда пошушукаться с продавцом, или с крутящимися тут же темными личностями. Нас отводили в сторону и протягивали тетрадные листочки. Если там писалось «Дорз – 6» или «Ти Рекс - 5», то читать нужно было: диск группы «Дорз» продается за шестьдесят рублей, а «Ти Рекс» - за пятьдесят. Конечно покупать винил за такие деньги с рук было равнозначно самоубийству, поэтому мы лишь приценивались, чтобы узнать, какие диски ходят по рукам.

Пока мы шушукались, у нас за спиной снова послышалось: «сейчас особо продвинутые слушают джаз-рок, это такие группы, как «Чикаго» и «Кровь, пот и слезы»», «если нужно что-то для компании с девочками, то лучше «Биттлз» или «Бони М»». Тот же длинноволосый с бордовыми губами натаскивал «мажорчика» с печатью скрытого порока на милом личике и наличием папиных денег.

На поезд мы, как всегда, чуть не опоздали. У Олега это было в привычке. Он таким образом «держал марку» и «щекотал нервы». Когда мы через подземный переход выбежали на третий путь, поезд уже набирал скорость. Мы запрыгнули в открытую дверь последнего вагона и сунули проводнице шоколадку в комплекте с тремя рублями. Пока она шипела, что в случае появления ревизора она нас не видела и нас не знает, мы резво забрались на третью полку пустого купе и там затаились. Проехав Дзержинск, мы спустились на вторые полки и спокойно заснули.