Чтение онлайн

— Конечно, Дуняша. Ставь на стол.

Она вошла, неся поднос с такой осторожностью, словно на нем лежали не тарелка с тушеной дичью, гречневой кашей и маринованными грибами, а хрустальная ваза с драгоценностями. Запах еды — густой, домашний — разнесся по комнате, и желудок предательски заурчал. За день я почти ничего не ела.

Дуняша расставила все на маленьком столике у окна, поправила салфетку, поклонилась и уже было направилась к двери, но я остановила ее:

— Отец и гость… инок Ираклий, ужинали?

— Да, им подали в столовой… Только там еще один гость. Путник… заблудился, и Арсений Петрович разрешил Никифору его впустить, — ответила служанка, слегка смяв край фартука. — Пока вы в бане были…

Я удивленно взглянула на Дуняшу.

— Гость?

Еще один? Не странно ли в запустевшем месте встретить двоих?

— …молодой, видный такой, в дорожном плаще. Верхом приехал, — рассказала Дуняша.

«Не может быть. Неужели Воронцов?» — обеспокоенно подумала я. «Его еще не хватало!»

— Он… этот гость, имя назвал? — спросила я, стараясь говорить спокойно.

— Простите… я не слышала, — быстро ответила Дуняша и тут же низко поклонилась. — Если хотите, барышня, сейчас узнаю.

— Не нужно, ступай, — велела я. Сомнений не было. Воронцов приехал в усадьбу. Верхом, в черном плаще… молодой и видный, как сказала служанка. Если бы на ее месте была Параша, она бы точно знала, кто гость. Но девушка утром помогла мне собраться, а пока мы с папой завтракали, уехала на утреннем экипаже в Нижний Кром, так мне сказал Михаил. Оказывается, сегодня у Параши был выходной… Жаль, что ее здесь не оказалось. С ней было бы привычнее.

Дуняша неслышно покинула комнату. Воцарилась тишина, которую нарушали лишь звуки непогоды: снаружи яростно стучал дождь, ветер гудел в печной трубе, да защитные артефакты тихонько шумели.

Я подошла к окну, отдернула тяжелую портьеру. За стеклами, залитыми потоками воды, угадывались очертания сторожки, ворот и темные силуэты конюшни и сарая. Сумерки потихоньку опускались на усадьбу, а в столовой, наверное, сидел Максим Воронцов. И улыбался своей притягательной улыбкой, говорил что-то убедительное и правильное.

«Что тебе здесь нужно? — яростно подумала я, прижимая лоб к холодному стеклу. — Чего ты добиваешься?»

Вспомнился бал. Его зеленые глаза, полные любопытства. Предупреждение после танца: «Посоветуйте отцу быть осмотрительнее». Если Воронцов предупреждал, то, возможно, знал о грозящей опасности?

«Сердце Феникса» запульсировало жаром, и я распахнула халат, взглянула на кулон. Золотистый песок внутри камня не просто переливался — он быстро двигался, образуя мелкие вихри. Артефакт слишком бурно реагировал на Воронцова. Но что это означало? Опасность? Или… что-то еще?

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Резкий, властный. Не Дуняша.

— Алиса? — раздался голос отца. — Ты не спишь?

Я быстро затянула пояс, поправила халат.

— Нет, папа.

Отец вошел. На его лице читалась усталость, но глаза светились задором.

— Ты уже слышала, наверное. У нас неожиданный гость, — сказал он, садясь в кресло у камина. — Александр Викторович Колчин, оценщик имущества из Мирограда.

Я уставилась на папу. «Не Воронцов?» И даже почувствовала легкое разочарование. В мыслях я уже вела с ним словесную битву. Колчин. Незнакомая фамилия, но от этого не становилось спокойнее.

— Оценщик имущества? — Я не смогла скрыть удивления. — В такую погоду? И так далеко от Мирограда?

— Он говорит, что осматривал одно имение под Казаковом для банка, — пояснил отец, поглаживая подбородок. — Возвращался, заплутал. Конь выбился из сил. Что ж было делать — не оставлять же человека под дождем. Да и инок Ираклий за него заступился.

— Инок? — это прозвучало еще страннее. — Они знакомы?

— Нет, просто монах увидел в этом промысел Творца, — отец усмехнулся. — Сказал, что раз уж нам помог на дороге, то и мы должны помочь страннику. В общем, останется до завтра, пока погода не улучшится.

Тревога сжала мне горло. Слишком много совпадений: инок, появляющийся из ниоткуда именно тогда, когда ломается колесо; незнакомец, заблудившийся в лесу у нашей усадьбы.

— Папа, ты не находишь это… подозрительным? — осторожно спросила я.

Теперь пришла очередь отца удивленно смотреть на меня:

— Вся наша жизнь последнее время кажется подозрительной, Алиса. Но иногда дождь — это просто дождь, а заблудившийся путник — просто путник. Нельзя же видеть врага в каждом, кто переступит порог.

Он поднялся, подошел ко мне и положил руки на мои плечи, слегка сжав их.

— Отдохни. Выглядишь измученной. Завтра мы осмотрим усадьбу, сходим в сад, к озеру. Как ты хотела.

— Где расположились гости? — Я прильнула к отцу, вдыхая знакомый хвойный аромат его одеколона.

Дом несколько лет находился в запустении, слуги еле успели привести в порядок хозяйские комнаты. О гостевых явно никто не подумал.

— На первом этаже, — папа отстранился, поцеловал меня в лоб. —Пришлосьих просить разместиться рядом со слугами. Гостевой флигель совсем сырой, долгое время не топился, а наши комнаты наверху… сама понимаешь, семейные.

Когда папа вышел, я легла на кровать, утонув в мягкой пуховой перине. За окном все так же не умолкал дождь, а ветер выводил протяжные мелодии в печной трубе. Я закрыла глаза. Обо всем подумаю завтра, а сейчас действительно стоило заснуть, чтобы хорошенько выспаться.

Воронцов прибыл в усадьбу «Каменная Роза» позже, чем рассчитывал. Из Нижнего Крома князь сразу направился в Веретьево к дому Горских, там здоровенный слуга сообщил, что хозяева отбыли в усадьбу «Каменная Роза» и когда вернутся, неизвестно.