Чтение онлайн

На четвертый день я достиг критического состояния, решив, что, если она не даст о себе знать на завтра до полудня, я нарушу ее указание, позвоню ей на мобильный и скажу, что мы с ней должны немедленно сбежать… Куда?

В восемь часов утра на следующий день в дверь громко постучали. Я вскочил с постели, решив: приехала она. Но когда я открыл дверь, то увидел парня в синей форме. Он держал в руках толстый коричневый пакет.

— Дэвид Армитаж?

Я кивнул.

— Курьерская служба. У меня для вас пакет.

— От кого?

— Понятия не имею, сэр.

Он протянул мне журнал, я расписался за доставку и поблагодарил его. Потом я вернулся в дом и распечатал конверт. Там лежал компакт-диск. На передней стороне коряво было нарисовано сердце, пронзенное стрелой. С одной стороны стрелы стояли инициалы Д. А, с другой — М. Ф.

Я почувствовал, как меня знобит, но все же поставил диск в проигрыватель.

На экране появился гостиничный номер. Открылась дверь, и вошли мы с Мартой. Марта обняла меня. Хотя звук был хриплым, я все же смог разобрать ее слова:

— Помнишь сцену из фильмов, в которых снимались Гарри Грант и Кэтрин Хёпберн? Она повторяется почти везде. Гарри снимает с Кэти очки и страстно ее целует… Я хочу, чтобы мы с тобой проиграли эту сцену.

Мы начали целоваться. Затем упали на кровать. Видеокамера была очень удачно поставлена, она фиксировала каждую деталь — как мы торопливо сдирали друг с друга одежду и все, что последовало за этим.

Через пять минут я нажал на кнопку «стоп». Смотреть дальше не было необходимости.

Флек… Всезнающий, всевидящий, всемогущий Филипп Флек. Он нас подставил. Он прослушивал телефонные разговоры своей жены. Он узнал, что она организует свидание в Санта-Барбаре. Он пошвырял деньгами и выяснил, какой номер она сняла. Он установил там скрытую камеру и микрофон.

И теперь… И теперь он имел нас. Голых, в цифре. Готовый порнографический фильм, которым он воспользуется, чтобы уничтожить Марту и убедиться, что мертвая зона, в которой я на данный момент прозябаю, станет моим постоянным адресом.

Зазвонил телефон. Я кинулся к нему.

— Дэвид?

Это была Марта. Голос ее был неестественно спокойным: такое спокойствие обычно сопутствует глубокому потрясению.

— Слава богу, Марта…

— Ты получил?

— Да. И посмотрел. Он только что прислал диск сюда.

— Здорово вышло, не находишь?

— Поверить не могу…

— Нам нужно встретиться, — сказала она.

— И как можно скорее.

Через пять минут я уже сидел в машине. Старушка BMW неслась в сторону Лос-Анджелеса, выдавая космические семьдесят пять миль в час (ее максимальная скорость). Для нее это было убийственно — все равно что заставлять больного с эмфиземой пробежать стометровку, — но мне было плевать. Я должен был немедленно увидеть Марту, прежде чем Флек сделает с этой записью то, что он собирается сделать.

Марта попросила меня встретиться с ней в кафе в Санта-Монике. Я приехал туда в начале одиннадцатого. Она уже сидела за столиком, лицом к пляжу. Солнце шпарило вовсю; с океана дул легкий бриз, снижая утреннюю жару.

— Привет, — сказала она, когда я подошел. На ней были темные очки, так что я не мог понять, насколько сильно она волнуется. Но в глаза сразу бросалась ее невозмутимость, которую я списал на шок.

— Марта… — Я подошел и обнял ее. Но она осталась безучастной, только подставила мне щеку для поцелуя. Этот жест меня озадачил.

— Полегче, — сказала она, мягко кладя руку мне на грудь и подталкивая к стулу напротив. — Никогда не знаешь, кто за тобой следит.

— Конечно, конечно, — сказал я, сел и под столом положил руку ей на колено. — Но послушай… я всю дорогу сюда думал. И теперь я знаю, что нам надо делать. Мы должны вместе пойти к твоему мужу, сказать ему, что любим друг друга, и попросить его не вмешиваться в нашу…

— Дэвид, — сказала она, резко перебивая меня, — прежде чем мы что-то сделаем, ты должен ответить на один очень важный вопрос.

— Говори.

— Какой кофе ты будешь пить — черный, капучино или латте?

Я взглянул на нее и заметил стоящую у столика официантку, которая неумело старалась скрыть свое любопытство. Она наверняка слышала все, что я только что сказал.

— Двойной черный, — попросил я.

Когда официантка отошла, я взял руку Марты и поцеловал.

— Это были очень длинные четыре дня, — сказал я.

— В самом деле?

— И я выразить не могу, как благодарен тебе за подарок.

— Надеюсь, ты им воспользуешься.

— Обязательно, обязательно.

— Ты умеешь хорошо писать.

— Мне нужно тебе кое-что сказать…

— Слушаю тебя внимательно.

— С того момента, как я проснулся в том номере, ты не покидала моих мыслей.

Марта спокойно отняла у меня свою руку. И спросила:

— Ты всегда так говоришь, впервые переспав с кем-то?

— Прости. Я знаю, что сейчас похож на влюбленного подростка.

— Это очень мило.

— Но я так чувствую.

— Дэвид, у нас есть более серьезное дело, которое надо обсудить.