Чтение онлайн

– Почему было не спросить Сару через меня, вместо того, чтобы устраивать за ней слежку? – удивленно смотрит на него Крис.

– Я не знал, что она с тобой, пока не решил за ней понаблюдать, – парирует Невилл.

Этот ответ, похоже, не производит на Криса впечатления.

– Однако ты не позвонил мне, когда узнал.

Я хочу спросить про свой украденный кошелек и паспорт, но сдерживаюсь. Документ скорее всего уже недействителен, а Невилл раздраженно барабанит пальцами по столу.

– По той же причине, по которой и ты просто не позвонил мне сегодня по телефону. Ты не хотел, чтобы я сбежал, прежде чем выслушаю тебя. То же самое применимо и ко мне с Эллой.

Этот ответ привлекает мое внимание. Мне не нравится, что он использует слово «сбежать», и не нравится то, что я вспоминаю: как увлек Эллу дневник Ребекки и идея Господина. Если этот мужчина ввел ее в мир БДСМ, не может ли она сейчас быть с кем-то другим, потенциально опасным?

Я открываю рот, чтобы заговорить, но Крис опережает меня:

– А куда девался Эллин жених?

Невилл презрительно фыркает:

– Если ты имеешь в виду того придурка, который расстроил ее в тот день, когда мы с ней встретились, то я представления не имею.

– А где вы встретились с Эллой? – быстро спрашиваю я.

Невилл бросает на меня взгляд.

– Я был в ее гостинице по делам.

Крис хватается за эту подробность:

– В какой гостинице?

И вновь Невилл отвечает без малейших колебаний:

– Отель «Лютеция».

Крис хмурится:

– Этот ее жених, доктор, мог позволить себе «Лютецию»?

Невилл пожимает плечами:

– Я не в курсе материального положения этого субъекта. Я был в холле, когда Элла в слезах выбежала из лифта и врезалась в меня. Она была расстроена, и я предложил угостить ее обедом в ближайшем ресторане. Когда мы вернулись в гостиницу, ее жених выписался и оставил ее без денег и без паспорта.

У меня отвисает челюсть.

– Что? Он оставил ее без паспорта?

– Именно, – подтверждает Невилл. – Как вы понимаете, она была просто убита всем этим. Я предложил ей пожить у меня, и она согласилась.

Это совсем не похоже на ту Эллу, которую я знаю, но, с другой стороны, та Элла, которую я знаю, уже давным-давно позвонила бы мне.

– Она вот так запросто согласилась жить с незнакомцем?

– Не думаю, что она видела во мне незнакомца, мисс Макмиллан. – Его губы подергиваются.

Что-то в выражении его лица выводит меня из себя. Я подаюсь вперед, опираясь одной рукой о стол, и давление у меня, наверное, зашкаливает.

– Вы говорите, она спала с вами, и в то же время полагала, что Дэвид ждет ее в гостинице?

– Не помню, чтобы говорил, что она спала со мной, – отвечает он. – Просто мы быстро подружились.

– Вы подразумевали большее. – Мой тон язвительный.

– Вам показалось. – Его тон резкий.

Крис вновь берет разговор в свои руки:

– Сколько времени она была с тобой?

– Три недели, – ответствует Невилл.

Я, прищурившись, гляжу на этого человека, который хочет, чтобы я поверила, что Элла совсем не та девушка, которую я знала, что она совсем другая. У меня это как-то не укладывается в голове. Почему его не возмущают наши расспросы? Может, Крис прав? Он тренировался. Он ждал нас. Готовился.

– Я смогу найти свидетелей, которые видели ее с тобой, – заявляет Крис. – Если таковых нет…

– Да ради Бога, – прерывает его Невилл.

Он слишком уверен. Не знаю, почему я чувствую это, ведь уверенность порождается честностью, но все в этом деле кажется каким-то не таким, извращенным, что ли.

– А Элла получила новый паспорт?

– Пока была со мной – нет.

Я озадаченно хмурюсь:

– Ерунда какая-то. Она должна была вернуться в школу.

Он откидывается на спинку стула, положив длинные пальцы одной руки на стол.

– Она не спешила вернуться в Штаты.

Разочарование охватывает меня, когда надежда найти Эллу через этого человека гаснет.

– Вы правда не представляете, где она?

– Это вопрос дня, не так ли? – тихо замечает Крис, и глаза Невилла сужаются. Мужчины сверлят друг друга взглядами, я буравлю взглядом Невилла, и проходит несколько напряженных секунд, прежде чем Крис говорит: – Сара, оставь нас на пару минут одних. Встретимся в баре.

Я резко перевожу глаза на Криса, но они с Невиллом продолжают мериться взглядами, и я с трудом удерживаюсь от возражения. Заставляю себя обуздать свое желание пытаться контролировать то, что контролировать мне явно не под силу. Я доверяю Крису. Если он считает, что сможет добиться от Невилла чего-то наедине, пусть попытается.

Я встаю и ухожу без единого слова. Не сомневаюсь, что это удивляет Криса ничуть не меньше, чем меня саму.

У подножия лестницы стоит официант. Я подношу к губам воображаемый стакан, и он указывает в сторону нижнего этажа, где расположен бар. Я обнаруживаю просторный подвальный уровень с шестью столами, где довольно многолюдно. Люди сидят, люди стоят, женщины в дорогих платьях, мужчины в сшитых на заказ костюмах. Я в своих джинсах вдруг ощущаю себя здесь не к месту. Впрочем, это началось еще раньше. Я чувствую себя неловко с того самого момента, как переступила порог этого заведения.

Я устремляюсь к бару в форме подковы и делаю знак бармену.

– Туалет? – спрашиваю я, кажется, уже заделавшись мастером этого односложного вопроса.

Бармен показывает, и я иду по коридору направо. Я начинаю высоко ценить искусство жестов и его способность преодолевать языковой барьер.

В ванной комнате я нахожу две раковины слева от меня, и ноздри мои раздуваются от запаха коричной свечи, горящей посреди мраморной стойки. В глубине комнаты три резные деревянные двери, и, прислушавшись, я прихожу к выводу, что кабинки пусты. Слава Богу.