Чтение онлайн

От ворот к главному входу шикарного особняка с колоннами вела мощеная плиткой дорога, вдоль которой были высажены прямоугольные подстриженные кусты. Зеленый, такой же аккуратно подстриженный газон поливался несколькими фонтанчиками, разбросанными по участку, радуя глаз и поднимая настроение его обитателей. Чуть в стороне, справа от великолепного особняка, виднелись теннисный корт и шикарное поле для гольфа, не на 19 лунок, но вполне достаточное для придания месту еще большей солидности. Чуть левее искрилась на солнце голубая водица бассейна, вода в котором была дороже пива, если бы таковым его попытались заполнить, приди хозяину такая блажь в голову. Одним краем искусственный водоем примыкал к открытому бару, в котором для гостей в будни предлагалось самообслуживание по своему вкусу, в торжественные же дни — все то же самое, но только уже из рук бармена, ряженного под того самого О. Табакова из «Бульвара Капуцинов». Порой эту обязанность на себя взваливал сам хозяин, просто обожающий этот фильм, побывавший случайно даже на его съемках в далеком 86-м прошлого века. Да, было время! Тихая бухта, Коктебель, сам Боярский на пляже! А какие в этом баре стояли напитки, простому смертному уж точно не дотянуться. Впрочем, простые смертные в этом месте, исключаю прислугу, никогда и не появлялись. Другой стороной бассейн примыкал к пушистым голубым елям, в тени которых было приятно прятаться от солнца. Естественно, что все это великолепие было огорожено изящным забором, где только основание и столбы были кирпичные, а все остальное пространство закрывали кованые металлические штыри черного цвета, заканчивающиеся заостренными позолоченными наконечниками. Ну и сама «избушка», конечно, в центре этого цветущего оазиса производила особенное впечатление. Заметная издалека, она и в самом деле украшала своей «соломенной» верхушкой вместе с прочими дворовыми постройками живописную равнину. Красная черепичная крыша и стеклянные витражи с замысловатыми узорами, большие стеклянные двери и цветочная оранжерея на веранде второго этажа, зимний сад под небом и изумительной красоты самый настоящий фонтан с самим Самсоном посередине перед парадным подъездом. Струя в небо такая, что Петергоф отдыхает! Любой бы жеребец из хозяйской конюшни позавидовал бы, но только не сам хозяин, которому давно уже этот фонтан только действовал на нервы, а заменить скульптуру на другое «чудо света» духу не хватало, чтобы кто и чего не заподозрил. Или ружья, чтобы засадить по античному герою из двустволки и хоть на какой-то момент забыть о своей собственной непригодности.

— Как тебе напорчик? — спросила Кэт, забыв про заклеенные глаза своего спутника, любуясь мощной струей бронзового истукана, когда они проехали через открывшиеся наконец автоматические ворота на стоянку к дому. — Представляю себе, что внутри дома, я догадывалась, что здесь круто, но что так…

— Сплошные золотые унитазы, — скривился пленник, — под золото же и дерьмо.

— Круче, — заметила Кэт. — Замок из Европы, там по кирпичику разбирали, здесь по кирпичику собирали. Все старинное, настоящее, не подделка. Принадлежало какому-то разорившемуся вельможе из окружения какого-то Людовика, того самого, которому голову отсекли. Таким и должно быть жилье уважаемого человека, вхожего в правительственные круги.

— Красиво жить не запретишь, — скептически ухмыльнулся пленник, представляя себе, что его в этом доме ожидает. — Сортиры тоже старинные с дыркой в полу и запахом чужого дерьма из отверстия?

— Фу, — сморщилась Кэт, — зависть еще ни одного киллера не сделала Робин Гудом.

— Я не завидую, просто предполагаю факт присутствия оригинальной уборной в оригинальном строении. Сам вельможа где, спрашиваю, почему дорогих гостей не встречает.

— Сейчас узнаем, — Кэт хлопнула дверью машины, помогла выбраться пленник и уверенной походкой направилась к входу. — Хозяйский внедорожник на месте, значит, и сам где-то здесь, не иначе одуванчики из газона щиплет.

— Компаньон по бизнесу одуванчики, значит, щиплет, в то время как… Хорош гусь, ничего не скажешь. Ему как бы и дела не, — усмехнулся пленник, — что миллиардершу похитили, не он ли сам и постарался?

Кэт так и застыла на месте, мало того, что этот гад снял про нее фильм, так сразу же принялся и других порядочных людей порочить. И это с заклеенными глазами, окосеет ведь, если расклеить.

— Ты и в самом деле считаешь хозяина всего этого великолепия самым главным злодеем, — оглянулась Кэт, — заказавшего меня?

— Босяткина? Сейчас и проверим.

— А ты как узнал, что мы здесь? — удивилась она, внимательно разглядывая его заклеенные глаза.

— Ты могла приехать в другое место?

— Действительно, — вздохнула Кэт, усмехаясь чужой логике. До какой степени всё же она предсказуемая, чем злодей и воспользовался, просчитавший все заранее. Непонятно, правда, зачем ему это было нужно, пожаловать сюда в таком связанном и заклеенном виде, но у маньяков всегда так, — тут же успокоила она себя, — одни извращения на уме. Глаза ему разлепи, как же! Еще покрепче надо связать, — решила тут же она, — чтобы снова самой не оказаться в заточении. С этими гадами…

— Как правило предают самые близкие и надежные, особенно с разными глазами. Руки развяжи.

На что Кэт лишь скептически усмехнулась, нашел дуру.

— Чтобы ты смылся? Скажешь мне, кто заказчик моего похищения и кому ты загнал запись, хоть сейчас, а до этих пор… Мы сначала тебя запрем, как ты меня, а потом про тебя забудем, пока не добьемся правды.

— Я же тебе все рассказал, что еще не ясно?

— Для начала я хочу получить все оригиналы…

— Да нет никаких оригиналов, заладила, — возмутился пленник. — Правду говорят, не делай добра дурам, не получишь зла.

— Как же нет, если есть, я сама видела.

И тут наконец до связанного по рукам и ногам наконец дошло, какой диск имела в виду американка, но было уже поздно. Из дома показался заспанный хозяин собственной персоной в каких-то старых туфлях со стоптанными задниками на волосатую ногу и мятых шортах непонятного цвета, поддерживающих волосатый живот с острой пипочкой вместо пупка.

«Поезд едет, рельсы гнуться, — усмехнулась Кэт, внимательно изучая сонного типа, даже близко не производящего впечатление успешного человека, — под мостом попы дерутся, самый маленький попок оторвал себе пупок». Хозяйский дом — хозяйская крепость, как хотел, так и выглядел. Можно подумать, что другие по своим жилищам бродят в лучшем виде. Оставшиеся еще с боков над ушами редкие седые его волоски слегка после сна распушились, а мясистый пористый нос, служивший подставкой для массивных очков после дневного сна даже принял оттенок, характерный для уже принявшего на грудь.

— Здравствуйте, Владлен Ильич, не ждали? — протянула ему руку для приветствия гостья, внимательно вглядываясь в его глаза, оказавшиеся, слава Богу, одного цвета. Один, правда, был чуть розовее другого, но это от водки, тут же решила она и успокоилась. Русский если не работает, то пьет, и с этим бесполезно бороться, пусть он хоть трижды еврей, среда обитания всякого подстраивает под себя.

— Здравствуй, пропажа, — промямлил он в ответ своим скрипучим голосом, пожимая ей руку, — нас не ждали, а мы приперлись. А я-то думаю, кого это черти принесли, спугнув моего Россини на самом важном месте, а это ты, радость моя. Значит, все обошлось, — вздохнул он со смыслом, — а я уж думал, что уже все, если честно, украли тебя и с концами, ни слуху, понимаешь, ни духу, как сквозь землю.

— Я тоже думала, что сквозь землю, — честно призналась Кэт, — пережила такое, вам в самом страшном сне не приснится, но как видите, все обошлось. Я жива и даже почти здорова.

— А лицо-то, — сжал свои дряблые ладошки возле груди хозяин, — все в бинтах, тебя пытали или это после аварии? Извини, что спрашиваю, но я же тебя еще не видел.

— После аварии, — кивнула Кэт, — сама виновата, не справилась с управлением. Хоть не сгорела заживо, уже хорошо. Спешу сообщить, что в застенках меня не пытали и даже компенсировали все мои неудобства приличной суммой.

— Отпустили с компенсацией?

— Сбежала, — соврала зачем-то Кэт, — и деньги стащила. Да вот незадача, чуть не растрясла все по дороге, все полтора миллиона долларов.

— Сколько?! — закашлялся хозяин.

— Пошутила.

— Сейчас и за меньшее убивают, — произнес с сочувствием он, — шутница. У меня сердце и так слабое, чтобы еще и ты его травмировала. Главное, что живая, а деньги зря взяла, в покое теперь не оставят.

— Оказались в багажнике, я не специально, — улыбнулась Кэт, — но только я не одна, привезла и своего похитителя.