Испытания Морриган Кроу
Шрифт:
«Но сначала о другом. В столице не прекращаются панические слухи о грозящей нехватке вундера, – продолжал диктор. – Сегодня утром официальный представитель «Шквал индастриз» выступил на пресс-конференции с заявлением».
Мужской голос, едва слышный за гулом аудитории, произнёс:
«Ответственно заверяю, что слухи об энергетическом кризисе абсолютно беспочвенны…»
«Громче!» – раздалось из зала.
«Запасы вундера в Республике по-прежнему неисчерпаемы, и мы продолжаем направлять этот ценнейший природный ресурс на благо общества».
«Мистер Джонс, как вы прокомментируете сообщения о массовых отключениях энергии и отказе вундертехнологий в Саутлайте и Дальневосточном Санге?! – выкрикнул репортёр. – Эзра Шквал знает об этих проблемах? Собирается ли он наконец показаться на публике и объяснить ситуацию?»
Выступающий откашлялся.
«Повторяю: это не более чем беспочвенные слухи и оснований для паники нет. Наши высокотехнологичные системы мониторинга не выявили никаких признаков истощения запасов вундера или нарушений в работе вундероборудования. Железные дороги Республики функционируют идеально, равно как энергосеть и медицинские службы. Что касается мистера Шквала, то он прекрасно сознаёт высокую ответственность «Шквал индастриз» как единственного поставщика вундера и продуктов его переработки. Мы, как и прежде, готовы…»
Его снова перебили.
«Мистер Джонс, как вы относитесь к предположению, что перебои в поставках вундера могут быть связаны с проклятыми детьми?»
Морриган уронила авторучку.
«Я не… не понимаю, что вы имеете в виду», – на миг сбился представитель.
«Дело в том, – стал объяснять репортёр, – что в Саутлайте и Дальневосточном Санге числятся в реестре трое проклятых, в то время как в штате Проспер их нет, и перебои энергоснабжения его не затронули. В Большом Вольфакре имеется проклятый ребёнок – дочь видного политика Корвуса Кроу. Можно ли ожидать, что Большой Вольфакр будет следующей жертвой кризиса?»
«Ещё раз заявляю: никакого кризиса нет, и…»
Застонав, Морриган выключила радио. Теперь ещё и это! Ничего ещё даже не произошло, а она уже виновата. Сколько же писем с извинениями придётся писать через месяц? Становится тошно от одной только мысли.
Тяжело вздохнув, она подняла с пола авторучку и продолжила.
Дорогая Ассоциация производителей джема!
Мне очень жаль ваш мармелад.
С уважением,
М. Кроу
Корвус Кроу, отец Морриган, занимал пост канцлера Большого Вольфакра, крупнейшего из четырёх штатов Зимнеморской республики. Постоянно очень занятый и озабоченный, он не переставал работать даже в тех редких случаях, когда обедал дома. Слева и справа от него всегда сидели помощники – Лев и Прав. Корвус вечно их увольнял и нанимал новых, потому всех и называл так, чтобы не путаться с именами.
– Прав, отошли циркуляр генералу Вильсону, – услышала Морриган его голос, усаживаясь за стол вечером.
Напротив сидела новая жена отца – Айви, а дальше, в конце стола, – бабушка Орнелла. На девочку никто не обратил внимания.
– Его штаб должен представить проект бюджета для нового полевого госпиталя не позже начала весны, – продолжал отец.
– Будет сделано, канцлер, – кивнул Прав. Он держал в руке какие-то синие лоскутки. – Что насчёт новой обивки в вашем офисе?
– Пусть будет лазурная. Поговори с моей супругой, она эксперт в таких делах… Не правда ли, дорогая?
Айви просияла.
– С фиалковым оттенком, дорогой, – звонко рассмеялась она, – в тон твоим глазам!
Мачеха выглядела в поместье Кроу чем-то чужеродным. Золотые локоны и бронзовый загар, полученный за лето на знаменитых пляжах юго-восточного Проспера, где она «снимала стресс», никак не сочетались с волосами цвета воронова крыла и болезненно-бледной кожей урождённых Кроу, к которым солнце никогда не приставало.
«Возможно, потому-то она отцу так и понравилась», – подумала Морриган. Ничего похожего на остальных. Здесь, в мрачном обеденном зале, Айви казалась экзотической диковинкой, привезённой из дальних стран.
– Лев, что сообщают из Шестнадцатого лагеря по поводу вспышки кори?
– Удалось изолировать, но отключения энергии продолжаются.
– Как часто?
– Раз-два в неделю. В пограничных городах замечены случаи недовольства.
– У нас в Большом Вольфакре? Вы уверены?
– Ну разве что лёгкая паника, не более того. Ничего похожего на бунты в трущобах Саутлайта.
– Жители тоже считают, что это из-за нехватки вундера? Ерунда, у нас таких проблем нет. В поместье всё гладко, как никогда. Взгляните – на улицах светло, как днём! Наши генераторы полны до краёв.
– Да, конечно, канцлер. – Лев смущённо помялся. – И это не осталось незамеченным публикой.
– Ах, ах, ах! – прокаркал голос с конца стола. К обеду бабушка Орнелла выходила при всём параде: длинное чёрное платье, драгоценности на шее и пальцах, жёсткие, стального цвета седые волосы уложены на макушке в настоящую башню. – Что ещё за перебои? Не верю! Просто-напросто какие-то дармоеды не платят по счетам, и поделом им, если Эзра Шквал отключил энергию. – Говоря, она продолжала нарезать свой бифштекс на крошечные кровавые ломтики.
– Освободите завтрашний день, – велел Корвус помощникам. – Нанесу визит в пограничье, пожму руки местным – они и притихнут.
Бабушка ехидно хохотнула:
– Им бы не руки жать, а самих прижать как следует. Тебе достался характер, Корвус, не зарывай его в землю!
Лицо канцлера приобрело кислое выражение. Морриган сдержала улыбку. Горничная как-то назвала бабушку стервятником в юбке. Прямо в точку! Однако наблюдать за её выпадами было довольно занятно – когда доставалось кому-нибудь другому.