Чтение онлайн

– Вообще-то, сэр, завтра День ставок, – напомнил Лев. – Вы обещали произнести речь перед юными кандидатами от Джакалфакса.

– Чёрт возьми, ты прав! – хмыкнул Корвус.

«А вот и нет! – хихикнула про себя Морриган, накладывая в тарелку тушёную морковь. – Он Лев».

– Неудобно ещё раз отказываться… Когда и где?

– В полдень в ратуше, – ответил Прав. – Будут ученики школы Святого Христофора, академии Мэри Хенрайт и городской начальной школы.

– Хорошо… – вздохнул Корвус. – Только не забудьте оповестить газетчиков из «Кроникл» – пускай пришлют корреспондента.

– Что такое День ставок? – спросила Морриган, проглотив кусочек морковки.

Как обычно, все глянули на неё со смутным удивлением, как на лампу, которая вдруг отрастила ноги и стала отбивать чечётку.

– Пожалуй, стоит пригласить и приютские школы, – продолжал отец, будто не слышал. – Внимание к низшим классам повышает популярность.

Бабушка Кроу застонала:

– Ко-орвус, ради всего святого, зачем так усложнять? Одного фото с каким-нибудь недоумком вполне достаточно. Выбери посимпатичнее, пожми ему руку и распрощайся.

– Хм, а ведь верно! – кивнул он. – Спасибо за совет, мама… Лев, передай соль.

Прав осторожно кашлянул:

– На самом деле, сэр… Не столь уж плохая мысль пригласить детей из школ попроще. Можно получить репортаж на первой странице.

– Ваш рейтинг популярности в провинции и впрямь не мешало бы приподнять, – добавил Лев, подойдя к другому концу стола за солью.

– Можешь не деликатничать. – Корвус хмуро покосился на дочь. – Мой рейтинг не мешало бы приподнять где угодно.

Морриган вздрогнула, испытав чувство вины. Как канцлеру сохранить симпатии избирателей, которые все свои неприятности неизменно связывают с его дочерью? Просто чудо, что отец уже пятый год сохраняет свою должность, а перспектива на следующий год – предмет ежедневного беспокойства.

– Однако мама права: не стоит собирать толпу, – продолжал он. – Найдите другой способ обеспечить первую страницу.

– Там будет аукцион? – снова встряла Морриган.

– Какой ещё аукцион, чёрт возьми?! – взорвался отец.

– Ну, ставки же.

– Вышние силы!.. – фыркнув, вздохнул он и вернулся к своим бумагам. – Айви, скажи ей.

– День ставок, – солидно выпрямившись, начала объяснять мачеха, – это день, когда дети, закончившие начальную школу, получают возможность продолжить образование – если им повезёт, конечно.

– Или их родители достаточно богаты, – вставила бабушка.

– Ну да… – Айви слегка смутилась. – Если они умны и талантливы… или их родители в состоянии дать взятку, то уважаемые люди из престижных школ делают на них ставки.

– Значит, не каждый может учиться дальше?

– Конечно нет! – рассмеялась мачеха. Кивнув на служанку, которая поставила на стол соусник, она добавила шёпотом: – Будь все образованными, откуда брались бы слуги?

– Но это же несправедливо! – возмутилась Морриган, провожая покрасневшую девушку взглядом. – А что получает тот, кто делает ставку?

– Возможность следить за образованием избранного кандидата, – объяснил Корвус, нетерпеливо отмахнувшись, – формировать юные умы, наше будущее и всё такое прочее. Довольно вопросов, тебя это не касается… Лев, во сколько у меня встреча в четверг с председателем аграрной комиссии?

– В три.

– А я могу пойти? – спросила Морриган.

Корвус озадаченно моргнул, лоб собрался в морщины.

– Зачем тебе идти на мою встречу с председателем?..

– Да нет, в ратушу!

Мачеха изумлённо округлила глаза:

– Ты? На День ставок?

– Я просто… – Морриган слегка смутилась. – У меня скоро день рождения, вот и был бы подарок. – Растерянность на лицах родных подтверждала подозрения, что её послезавтрашнее одиннадцатилетие успешно забыто. – Там может быть интересно… – Она опустила взгляд в тарелку, уже жалея, что вообще раскрыла рот.

– Там неинтересно! – ядовито усмехнулся Корвус. – Там политика. Нет, ты не можешь пойти. Совершенно исключается. Нелепая идея.

Морриган поникла на стуле, чувствуя себя донельзя глупо. А чего она ожидала? Отец прав: идея смехотворная.

Семейство Кроу продолжало жевать в напряжённой тишине. Нарушил молчание Прав.

– На самом деле, канцлер… – начал он осторожно.

– Что? – Корвус с раздражением бросил вилку, устремив на помощника свирепый взгляд.

– Ну… если бы… то есть я не утверждаю, что это стоит делать, но, если бы вы взяли с собой дочь, это помогло бы, так сказать, смягчить ваш имидж… в некоторой степени.

Лев нервно потёр руки:

– Мне кажется, сэр, что Прав… э-э… прав. – Поймав уничтожающий взгляд канцлера, он сбивчиво пролепетал: – Т-то есть, я в том смысле, что, согласно опросам, избиратели в Большом Вольфакре считают вас несколько… м-м… суховатым.

– Отчуждённым, – уточнил Прав.

– Вот именно… Вашему рейтингу не повредит, если напомнить, что вас вскоре ждёт участь… м-м… убитого горем отца. С точки зрения газетчиков, это придало бы событию некоторую… э-э… пикантность. – Лев мучительно подбирал слова.

– Насколько пикантную?

– Для первой страницы.

Корвус молчал, задумавшись. Морриган видела, как дёргается уголок его левого глаза.

– Не говори ни с кем! – пробормотал отец уже сотый раз с утра, широко шагая по каменным ступеням городской ратуши. Морриган едва поспевала за ним. – Ты будешь со мной на сцене – у всех на виду, понимаешь? Попробуй только что-нибудь там… устроить! Никаких сломанных ног, осиных роёв, упавших лестниц…