Чтение онлайн

Зачем тогда так рисковать? Империя всегда поможет своим верным соседям, с голоду длинноухие не помрут, но разве только в продовольствии дело? Привыкнув ко всякому-разному, сложно отказаться от простейшего, и риск в таком случае должен быть оправдан.

Из маленькой норки под забором выскочило удивительное в своей несуразности создание: мышка о шести лапах, дикой радужной расцветки, активно жужжащая. Помахивая четырьмя усищами, кои длиннее тельца, легендарный жу-жал деловито двинул по мостовой. Про этих созданий сложили целую легенду, мол, некий древний маг, решив создать всемогущее существо, маленько ошибся в расчетах и возникло это. Хотя в Академии, еще на одном из первых ознакомительных занятий, пожилой маг рассказал, как пришла в один великий ум идея создать истинного врага шалящим в городе грызунам. И появились шестилапые создания, одним своим видом распугивающие вредителей.

Жу-жал, активно переставляя лапками, пробежал прямо под Куортом, штурмующим очередной забор. Радостно прожужжав целую серенаду, мощно прыгнул, упав на оброненное кем-то погрызенное яблоко. И, уцепившись всеми лапками за добычу, радужное безумие громко принялось хвастаться трофеем.

Странно – Куорт замер на полпути. Чего это он? Арахн, провисев пару секунд на ограде, быстро рванул, растрещавшись, и совершенно неожиданно сиганул прямо на меня. Я только успел поднять руки, как в меня врезался летящий на нехилой скорости снаряд. Сделав пару шагов назад, чудом удержал равновесие и не грохнулся.

– Куорт, твою чешуйчатую мать! Слезь! – рявкнул я после третьей попытки отодрать вцепившегося намертво арахна.

Не помогло.

– Младший сержант! Смирно, якорной цепью тебя по хрумпалу! – заревел я, и арахн моментально оторвался от моей куртки, спрыгнул на мостовую и попытался принять положенный вид. Вышло, честно говоря, паршиво.

«Хороша наука», – мелькнула мысль. Первые седмицы в страже разношерстный десяток учил уму-разуму пожилой сержант, понукая к действию не только положенными по правила командами, но и крепким, нематерным словцом. Что особо пробирало. Хотя никто так и не решился узнать у матерого вояки истинное значение нескольких любимых изречений…

Куорт, выпрямившись, если так можно сказать о восьминогом создании, виновато скосил глаза.

– Совсем обалдел? – зло поинтересовался я.

Арахн, естественно, ответить ничего не смог, только странно окаменел. Так, а паршивец, нарушая статут, старательно глядит-то в сторонку своими глазенками. Проследив за взглядом, я с недоумением заметил маленького жу-жала, с трудом буксирующего огрызок.

Я булькнул:

– Нравится?

Куорта перекосило, и он осторожно, бочком, стал отползать подальше от разноцветного безумия, старательно при этом выполняя приказ. Да, отступающий от мелкого грызуна в положении «смирно» арахн – то еще зрелище.

Я спокойно подошел к жу-жалу. Довольно жужжащая тварь не обратила на меня никакого внимания: не боится. Да от этого безумия даже самый страшный враг всего живого – дети – старается держаться на расстоянии. Поэтому шестиногая усатость совершенно не опасается за свою полосатую шкурку. Подойти и схватить за хвост – проще простого.

Жу-жал возмущенно фыркнул, но добычу не выпустил. Я, неся тварюшку, в свою очередь держащую огрызок яблока, медленно двинулся к арахну.

– Куорт, познакомься с моим маленьким другом…

Шаг, другой, третий… нервы арахна сдали, и, мелькнув черной молнией, Куорт вмиг умчался вдаль по улице.

– Хоть и арахн, а совсем еще ребенок, – сделал я вывод и осторожно опустил на мостовую жу-жала с добычей. Тварюшка, очутившись на твердой земле, прытко рванула в спасительную норку.

Кто бы мог подумать, что практически неуязвимый, зубастый и когтистый арахн может испугаться совершенно безобидного создания? До чего ж причудлив мир…

Топая по улице (интересно, Куорт так и будет нестись до управы?), я попытался припомнить разные байки о подобных случаях. Только один помню: натужно пыхтящий толстяк, посол Илии, выпучив глаза, улепетывал от молоденькой девицы в пору большого празднества, считая оную убийцей. Честно говоря – полностью с ним солидарен. Трудно представить, как девушка в расцвете лет готова преподнести такому борову букет без умысла…

Может, не следовало так с пареньком-то? Обиделся, видать… С другой стороны, со слабостями стоит бороться! Эх, зря отпустил жу-жала, надо было взять с собой… А сейчас уже поздно за ним гнаться, поди, уже до своей уютной норки добрался, хвастается трофеем перед толпой родичей, похвалы требуя… Несуразное создание на удивление свято выполняет все заложенные создателем ограничения. Не ворует, жителей не пугает, вред строениям не приносит… Сидел небось шестилапый у выхода из норки, ожидая, пока на улице никого не останется. А стража… такие же работяги.

Так, переоцениваю я бессловесное создание. Как мышь, пусть даже о шести лапах, в полосатой разноцветной шкуре и с четырьмя усами-опахалами может отличить прохожего от стражника? Соблюдение определенного списка правил не есть признак разума, скорее инстинкты и только.

Кстати, а владельцев квартала муранов так и не нашли. И следов никаких, будто хитрые длинноухие и не покидали пределов Сантея, старательно отсиживаясь в некоем сокрытом месте. Странно, эльфы долго не могут жить вне родных стен, путешественники среди них такая редкость…

Я резко остановился, пораженный пришедшей мыслью. А если… если хитроумные наглецы никуда не уезжали, а всего лишь на пару дней укрылись? Сейчас у стражи забот полон воз, присмотр за пустым особняком могли и снять, каждый человек на счету.

Иногда снисходят озарения… Загружен работой, учебой, сонмом проблем, а потом – раз, и находишь ответ на давно мучивший вопрос. Вот только если бы на недельку, или на пару дней раньше, а так… поздно жалеть. Еще реже решение приходит чуть загодя, оставляя на раздумья буквально миг. Поверить или нет – времени выбрать просто не остается, куда направишься, то уже и будет. Но такая ситуация частенько сродни и самообману. «Если бы…» – приходит мысль, и пока прикидываешь, что и как, куда и почему, время уходит безвозвратно. Или, самое обидное – пришедшее озарение просто иллюзия…

Следовало вернуться в управу, найти арахна, но за первым же поворотом наткнулся на скучающего извозчика.

«Судьба», – решил я, и, с трудом припомнив адрес, нанял молодого смешливого паренька, который обрадовался моему появлению так, будто живых уже седмицу не видал.

Чем разнятся успешный купец и мелкий лавочник, великий военачальник и матерый сержант? Только лишь моральными принципами, подходом к решению проблем и крепостью воли?

Стоя перед запертыми воротами имения эльфов, я понял истину. Задним умом разнятся. У поистине великих людей правильные мысли возникают очень вовремя, в тот момент, когда еще все можно изменить. А мелкий лавочник лишь в разгаре сезона штормов понимает, какие товары следовало припасти заранее…