Истории Сантея
Шрифт:
Я хмыкнул. Ага, победитель соревнований сильнейших магов, да еще с толпой друзей, и вдруг отхватил от неведомо кого в ресторане. Как придумают…
– Турни, кто тебе такую ерунду рассказал? – с улыбкой спросил я у гоблина.
– Правду! – надулся Турни, но ответил: – Папенька, а ему его папенька, а ему его…
– Две тысячи лет тому назад было сие? – с усмешкой прервал я разговорчивого гоблина.
– Не, лет двести тому…
А вот это уже интересно!
– А куда потом подевался этот господин?
Турни пожал плечами:
– Духи знают…
Понятно – никто не знает. А жаль, может, именно сей удачливый господин и написал странную книжку, которую все никак не выходит прочитать.
Скелет, обглодав птичье крылышко, сыто отрыгнул и поднялся:
– Благодарствую, стал быть, за прекрасный ужин!
– И вам не хворать. – Я встал, проводил старика и надежно прикрыл дверь отделения.
– Хороший артефактор в нашей управе, – пробурчал Горндт, – только приврать мастер…
– Ты это к чему? – поинтересовался я, прихлебывая порядком остывший отвар.
– Представьте, лаэр: строите вы храм и даете ему громкое название «Древний». Вопрос: чем вас так приложило?
– Крепким молодецким кулачищем, – усмехнулся я.
– Или красным летописным словцом, – вернул улыбку гном и под заинтересованными взглядами продолжил: – Читывал я эту легенду, не было там и близко Древнего Храма. А был всего лишь маленький замок в горах, прозванный Утренней Звездой!
Я поперхнулся мятным напитком. Вот же… совпадение.
– Но…
– Потом прозвали, – Горндт допил пиво и постучал пустой тарой по столу, требуя продолжения, – истинное название не так красиво, правда?
Я задумался. Да, от «Древнего Храма» веет седой стариной, неведомой мощью и тайной. Из тех легенд, где увидишь – станешь богатым, дойдешь – сильным, а заползешь в парадные двери – так и вовсе бессмертие снизойдет. И станут Боги и иные сущности уступать дорогу, разбегаясь пред тобой, великим, с выпученными буркалами… А «Замок Утренней Звезды» разве что на ждущую благородного рыцаря принцессу намекает. А кому оно надо – проблемы с благородными кровями-то?
– Несоизмеримо, – вынес я вердикт.
Горндт довольно кивнул:
– И Омелько я читывал. Не было там никакой пятерки. Советы, напутствия, умные словесы – были, а упоминаний таинственных личностей – нет.
– Как ты осилил все двенадцать книг? – с улыбкой взглянул я на гнома. Сколько усидчивости потребно для копания в мудрых словесах!
– Я перевод на гномский штудировал, лаэр. Настольная книга рода, как-никак. Да и без домыслов переписчиков получается маленькая книжица. За седмицу влегкую осилить можно!
– И ты молчал! – заверещал Турни. – Скрывал такую ценность!
– Не надейся, – сразу помрачнел гном.
– Хорошо, согласен на игру, но если я выиграю – на седмицу Омелько мой! – облизнулся гоблин, соглашаясь неведомо на что.
Однако гном сразу смекнул, в чем дело, расплылся в довольной улыбке:
– Сам напросился…
– Вы только не деритесь, – угрюмо напутствовал я парней. Небось, опять притащил гном заковыристую игру в надежде обыграть гоблина и орка. Но те, видимо, отказались…
– Кстати, интересно, откуда тогда взял Скелет эту пятерку, раз они нигде не упоминаются…
– Не то слово, лаэр, – согласился Горндт.
Беседа умолкла сама собой. Потихоньку докушали, прибрались. С трудом успокоили попугая, залезшего в пустой кувшин из-под пива. Самое забавное, когда перевернули кувшин, – птица не выпала. Раскорячилась внутри и на все попытки извлечения атаковала отнюдь не приветливым клювом. Матюгнувшись, я взял большую деревянную ложку, коей из кастрюльки разливали похлебку по тарелкам, и отоварил несговорчивого пернатого, вырубив того с третьего удара. Стойкий попугай!
Только я собрался пройти в свой кабинет, дабы часок-другой поработать, подремав, как гном принялся докладывать:
– Задание выполнил, лаэр!
– Что там? – поинтересовался я, старательно сражаясь с зевком. Природа таки победила…
– Девица, именуемая Дру Таей Лакнери, уроженка Найорми, по месту обитания не обнаружена. В течение последних трех седмиц не присутствовала на лекциях в Академии. При осмотре места жительства обнаружен лаз в городские катакомбы и один занятный камень! – бодро доложил Горндт, будто пять минут назад сам сонно не бродил по отделению, натыкаясь на столы и стулья.
– Ты мне покажи хоть пару дворов, где подвала нет в нашем любимом городе, – сонно пробурчал я, – а камней я тебе хоть мешок притяну…
– Не таких, – осклабился гном и предъявил находку.
– И че? – поинтересовался я, хмуро изучая прозрачный светлый и очень мелкий камень. Если бы выглядел благороднее, можно было в дешевое украшение для детей вставить, а так… мусор.
Гоблин, уткнувшись носом в ладонь гнома, пискнул:
– Дай погляжу! – и спокойно тиснул находку. Повертел так и эдак, лизнул, подбежал к фонарю, внимательно изучил камешек и довольно заверещал:
– Редкий камень! В славном Сантее всего одно место, где оные вкрапления в грунте могут застрять в обувке, как и произошло с этим прелестным осколком вулканического стекла! Квартал короедов!
– Отличная работа, – похвалил я без энтузиазма то ли гнома, то ли гоблина за знание минералов и такую оперативную сыскную работу. Только чего так орать-то на ночь глядя?
– Собираемся? – бодро уточнил гном.
– Зачем?
– Найдем девушку, по ней выйдем на пропавшего парня, схватим его! – расписал все прелести ночного похода гоблин.