Чтение онлайн

лежали свернутые платки, для сметанія пыли с бумаг, и десяток вновь очиненных

перьев, которыя употреблялись только однажды, а потом заменялись другими,

хотя-бы то было единственно для подписи имени. Поставка перьев, очиненных по

руке Государя, отдавалась на откуп одному из заслуженных дворцовых

служителей, получавшему за то ежегодно три тысячи рублей (17).

Император Александр, в начале своего царствованія, имел при себе довольно

ловких и сметливых камердинеров (обыкновенно двух, сменявшихся между

собою). Но в последствіи, заметив, что они передавали содержаніе бумаг,

оставляемых на письменном столе в царском кабинете, и, уличив виновных,

Государь удалил их, обезпечив будущность обоих, и затем держал при себе для

услуги людей по-проще, снося терпеливо их безтолковость и неловкость.

Однажды, когда помощник лейб-хирурга, Тарасов, пришел к Государю сделать

обычную перевязку ноги *), он, пересев с кресла на диван, приказал камердинеру

Федорову, котораго в шутку звал Федоровичем, подвинуть к нему столик, на

котором лежали бумаги и стояла чернильница с прочими письменными

принадлежностями. Исполняя приказаніе Государя, Федоров схватил столик и

повернул его так неловко, что опрокинул бумаги

*) Император Александр страдал тогда рожею весьма опаснаго свойства.

29

на пол и залил их чернилами. „Ну, брат Федорович, какую ты наделал

кувырколлегію," сказал спокойно Александр, подняв сам бумаги, из опасенія,

чтобы его камердинер не испортил их еще более (18).

В первые годы по восшествіи на престол, Император Александр выезжал из

столицы и ея окрестностей довольно редко, но в последствіи почти безпрестанно

находился в путешествіи. Уверяют, будто бы он в двадцати-пяти-летіе своего

царствованія проездил до двух-сот тысяч верст, и нельзя сомневаться в том, зная,

по свидетельству находившагося при нем с 1814 по 1825 год генерала Саломки,

что в эти 11 лет Государь совершил более ста тысяч верст. За исключеніем

неыногих поездок, Государь всегда имел при себе весьма небольшую свиту,

состоявшую из трех, или четырех лиц. В первое время, он посещал

преимущественно различный части своей обширной Имперіи: еще в бытность

Великим Князем, ему доводилось часто путешествовать в свите своего родителя,

и между прочим в Казанскую губернію и другія дальнія области. В 1801 году, он

ездил для совершенія торжества священнаго Коронованія в Москву, а в

следующем отправился в Мемель, для свиданія с Королем Прусским.

Императора сопровождали обер - гофмаршал граф Толстой, граф Кочубей,

Новосильцов, генерал-адъютант граф Ливен и князь Волконекій. Последній, в чине

штабс-капитана, 17 ноября 1797 года, будучи назначен адъютантом Александра

Павловича, был, в продолженіи двадцати восьми лет, его неразлучным спутником

во всех вояжах и походах. Князь Петр Михайлович,

подобно маршалу Бертыз, заведывал многосложными расіюряженіями,

исходившими из главной квартиры Его Величества, но к чести князя Волконскаго,

он никогда не руководился мелкими страстями, заставлявшими Бертье

преследовать достойнейших офидеров (французской арміи. Напротив того, князь

Волконскій не только был просвещенным покровителем непосредственно

подчиненнаго ему генеральнаго штаба, но способствовал переводу в это

ВЕДОМСТВО многих отличных военных людей, и в числе их Семеновскаго полка

капитана Дибича и 20-го егерскаго полка маіора Толя. Заметим, что круг

деятельности князя Волконскаго не ограничивался его служебными

обязанностями: постоянно находясь при Государе, он должен был заботиться о

всех мелочных удобствах путешествія, принимать на себя роль неусыпной хозяйки

при Императоре и переносить вспышки и неровности его характера, которых не

чужды самые ласковые, самые очаровательные в обращеніи люди (19).

Путешествіе Государя в Мемель, по всей справедливости, можно сравнить с

тріумфальным шествіем. Император Александр, выехав из Петербурга, 1802 г. 20

мая ст. ст. в 8 часов утра, ввечеру того-же дня, прибыл в Нарву. Случилось, что

тамошній лютеранскій пастор тогда праздновал свою свадьбу. Император, будучи

приглашен принять участіе в столь важном семейственном событіи, отправился к

пастору и обворожил своею ласковостью новобрачных. На следующее утро, он,

после развода, посетил главную церковь и дом, в котором жил Петр Великій,

приказал сделать в нем необходимыя починки, осмотрел ратушу, водопад и

пильный завод на реке Нарове.

31

22-го, Император, прибыв в Дерпт, посетил тамошній университет; а 24-го, был

встречен с торжеством в Риге. Не смотря на отвращеніе Государя от всех шумных

изъявленій усердія, народ испросил его соизволеніе отпрячь лошадей у заставы и

вести на себе царскій экипаж. Городскія улицы, по которым ехал Государь, были

полны народа; во всех окнах развевались флаги и во многих из них были

выставлены бюсты Императора Александра, обставленные зеленью и увенчанные

розами. Весь город был преисполнен радостным восторгом, который разделяли

иностранцы туда прибывшіе. Один из любекских шкиперов. пробираясь с трудом

сквозь толпу к коляске Монарха, кричал: „Да позвольте-же мне носмотреть на