Чтение онлайн

обычаев и проч. Кроме того, в числе предметов обученія, были указаны: Законы и

судопроизводство своей страны, финансы, образованіе и содержаніе войск,

попечете о больных, дряхлых и неимущих.

Для чтенія, по мненію Императрицы, могли служить с пользою: цовествованія из

жизни великих людей, объясненія причин возвышенія и паденія государств и

народов; историческія и статистическія сведенія о различных государствах.

Императрица, сама занимавшаяся литературою, не приказала однакоже учить

великих Князей — ни поэзіи, ни музыке, полагая, что „для достиженія успехов в

этих предметах требуется много времени, которое с большею пользою может быть

употреблено на другія занятія."

В заключеніе изложенной инструкціи, начертаны весьма подробный и

определительныя правила для приставников, касательно их обхожденія с

вверенными их попеченію воспитанниками. Чтобы дать понятіе, как смотрела

мудрая Монархиня на этот предмет, приведем ея наставленія, на случай, если

приставники заметили-бы в которомълибо из воспитанников равнодушіе, или

неохоту к ученію. „Ежели окажется, что он в игре жив,

13

a ленив к одному лишь ученію, то можно напомнить ему ласково и без укоризны, как

противно здравому разсудку терять время на безделицы, тем более, что после

неболыпаго труда и самая забава гораздо пріятнее. В случае, если такое наставленіе

неисправит ленивца, стыдить его, спрашивая на-едине, но по-чаще, сколько времени

учился, что выучил, и т. под. обходиться с ним холодно, грозя отнять у него книги и

совершенно прекратить ученіе, чтобы понапрасну не терять время и досуг учителей.

Можно даже в действительности отобрать у него все книги и оставя его с одними

игрушками, заставить играть непременно в назначенные часы, до тех пор, пока игра ему

до того наскучит, что он станет просить сам, чтобы его учили по прежнему" (6).

Нет сомненія в том, что Александр необладал вполне классическим образованіем, но

воспитаніе дало ему качества, несравненно полезнейшія в его сане—любовь к наукам и

убежденіе в необходимости народнаго просвещенія.

Попеченія Великой Монархини о любимом внуке не ограничились его воспитаніем.

Императрица Екатерина, уже на закате жизни, нетерпеливо желала видеть своего

питомца счастливым супругом, отцем семейства, и торопилась соединить его, на 16-м

году от рода, с четырнадцати-летнею принцессою баденскою Луизою, Великою Княгинею

Елисаветою Алексеевною, одаренною щедро очаровательными качествами: красотою,

умом, образованіем и ангельскою кротостью. Говорят, будтобы отот слишком ранній брак

разстроил здоровье юных супругов. Дочери их, Марія и Елисавета, скончались во

младенчестве.

14

Находившійся в продолженіи десяти лет при Наследнике престола Павле

Петровиче и назначенный в 1784-м году воспитателем Великих Князей,

Александра и Константина, генерал-аншеф граф (в последствіи фельдмаршал и

князь) Николай Иванович Салтыков (7) отличался добротою и глубоким

религіозным чувством. По словам Грибовскаго и других современников, граф

Салтыков » почитался человеком умным и проницательным, т. е. весьма твердо

знал придворную науку, но о делах государственных имел знаніе поверхностное; в

делах-же собственно ему норученных ібыл управляем своим письмоводителем, а

в домашних — неограниченно графинею, раболепствовал случайным и чуждался

впадших в немилость." На попеченіи его лежали заботы о сохраненіи здоровья и

нравственном образованіи Царственных питомцев; а учебными- занятіями

Великих Князей руководил знаменитый Швейцарец Лагарп, человек умный,

образованный, но восторженный и витавшій в сфере мечтательных теорій. Тем не

менее однакоже ему принадлежит честь развитія в юноше Александре любви и

уваженія к человечеству. Немалаго труда стоила честному Лагарпу борьба с

дворскими происками; не все лица, окружавшія Царственных детей,

стремились к содействію высокой цели—их воспитанія, и даже нашлись люди

желавшіе устранить прямодушнаго наставника. Несколько писем Лагарпа к его

двоюродному брату, генералу французской республики, были перехвачены и

вручены Императрице. Доносчики, основываясь на некоторых выраженіях в этих

письмах, хотели выставить Лагарпа в глазах Монархини либералом, весьма

опасным и недостойным ея доверія. Но Екате-

___15___

рина, не придавая ни малейшей важности этим обвиненіям, пригласила к себе

Лагарпа, показала ему перехваченныя письма и спросила у него, шутя:

„действительно-ли он такой якобинец, каким его считают." — „Ваше Величество —

сказал он— поручая мне воспитаніе Великих Князей, знали, что я Швейцарец, и

следовательно — гражданин республики. Я остался им по прежнему, и ваша,

всему свету известная справедливость недозволит вам считать предосудительным

мой образ мыслей. Мои земляки, ваадтскіе граждане, угнетены Бернцами; я

советовал им домогаться возстановленія своих прав законным порядком. Неужели

могут за то обвинять меня в бунте? Впрочем — я удивляюсь вашим высоким

качествам, уважаю ваше правительство и, добросовестно исполняя принятия

мною на себя обязанности, всевозможно стараюсь оправдать ваше доверіе и