Иванушка Первый, или Время чародея
Шрифт:
Пока я придумывал ненавязчивый наводящий вопрос, одновременно пытаясь угадать запах, что было почти невозможно в таком ароматизированном классе, Василиса продолжала испепелять Ленку своим негодующим взглядом.
Ленка!.. Я ведь её никогда так не называл, даже про себя. Всегда – Леной или Еленой Прекрасной. Мне стало грустно.
Неужели Василиса думает, что у меня плохое настроение из-за Лены? Вполне вероятно. Ведь Лена пригрозила мне в субботу, что если я не принесу ей волшебное зеркальце, то…
Лена почувствовала взгляд Василисы и повернулась узнать, кто это её гипнотизирует. Они уставились друг на друга, и это было не очень забавно. Я выкинул из головы все мысли о запахах и насторожился. Как-то не очень хорошо они смотрели, к тому же встали.
Лена продолжала перебрасывать теннисный мяч из ладони в ладонь, но неожиданно выкрикнула:
– Лови! – и бросила мячик прямо в лицо своей сопернице.
Если бы теннисный мяч попал в Василису, она вряд ли отделалась бы синяком. Могло бы дойти и до разбитого носа. Но Василиса оказалась молодцом! Она успела подставить ладонь и поймала этот злополучный мяч. А потом так же резко бросила его обратно.
Вообще-то, Лена уже год занималась теннисом, но реакция её подвела. Мяч попал ей в ухо.
Ленка взбесилась. Она пошла на Василису. Тут подскочил Горбуньков. Он встал между девчонками, и вся Ленкина злость обрушилась на моего друга. Елена Прекрасная схватила с парты учебник и со всего маху опустила его на голову Горбунькова. Тот охнул и медленно повалился на парту. Наконец я вышел из оцепенения и тоже вскочил.
– Вы чего? С ума посходили?! – заорал я.
Лена уничтожила меня своим лазерным взглядом, повернулась и выбежала из класса. Василиса села за парту, спрятав лицо в ладонях.
И тут же в класс влетела Гренадерша.
– Так! В чём дело? Успокоились! Что было задано? Горохова, напомни!
– Размножение, – Горохова глупо хихикнула.
– Ничего смешного! – прогромыхала Ангелина Степановна. – Ты для того руку тянула, чтоб смеяться? Садись!
– И развитие растений! – пришёл на выручку сестре Горохов.
– Не вопите с места! Сколько раз повторять! Сядь, Горохов. Итак, повторим тему и поскачем дальше! Вспоминаем: при помощи каких клеток происходит неполовое размножение? Ивашов, может, ты нам расскажешь? Только чётко! Без лирических отступлений в духе «Хочу всё знать!»
Я пожал плечами и встал. Думал я при этом о Лене – надо бы было побежать за ней.
– Неполовое размножение происходит при помощи спор, – начал я на автомате. Оно свойственно низшим растениям и высшим споровым, например, грибам.
– Всё, достаточно! – Гренадерша взмахнула указкой, словно плетью. – Про грибы не надо! Иначе слюнки потекут!
Я словно очнулся, может, потому, что она вспомнила про грибы, а я из-за всех этих переживаний ужасно проголодался. Сейчас бы в буфет! Наверное, и Лена там.
Но спросил я совершенно о другом, даже сам удивился:
– А правда, что голубая роза считается символом таинственности, загадочности и недоступности?
– При чём тут голубая роза, Ивашов? – опешила Гренадерша. – Мы изучаем споры, понимаешь? Ещё нужно влияние условий среды на прорастание семени повторить. А у тебя чем голова занята? – и тут же, без перехода задумчиво добавила: – Да, эти розы считаются символом таинственности! Кстати, недавно мне их преподнёс мой одноклассник. Говорит, большая редкость, прямо из Австралии!
От неожиданности я сел. Ничего себе! Пупс, что ли, её одноклассник?
Глава 7
Дублёр
Больше никаких особых событий в школе не произошло. Лена вернулась в класс. С Василисой они старались взглядами не встречаться. Ко мне никто не приставал.
После уроков я отправился в мастерскую к Петру. На этот раз мы писали натюрморт с цветами. Пётр был какой-то рассеянный, а меня Лёха спросил:
– Ты чего такой пришибленный?
Я промолчал, он сказал: – Понял, меня нет.
А я водил кистью по бумаге и думал, что мне точно надо посидеть в своём углу, на чердаке, и хотя бы на время забыть о так внезапно навалившейся на меня бурной жизни, от которой я уже немного утомился. Просто посидеть в тишине и полистать старые книги. Пусть и на непонятном языке. Да хоть на древнеегипетском. Мне надо собраться с мыслями. А для этого дать своему мозгу три команды: первую – «Мозг, отдыхай!», вторую – «Мозг, сам разбирайся с проблемами!» и третью – «Мозг, сделай выводы!»
Наконец часам к трём я освободился и отправился к заброшенному дому на Большой Моховой. Здесь, у этого особнячка, прохожие редки не только ночью, но и днём. Тут нет магазинов, с одной стороны пустырь, а с другой начинается длинный овраг, который тянется на несколько сотен метров.
Но в тот день я ещё издалека услышал странные звуки, словно кто-то кричал в рупор, отдавая команды.
К дому я подойти не смог. Всё было огорожено, и двое полицейских никого не пропускали. Вообще-то, никаких зевак и не было, только я и подошёл.
Один из полицейских окликнул меня:
– Эй, пацан, ты куда? Здесь проход запрещён! Поворачивай назад!
– А что тут делают? – прикинулся я дурачком. – Мне на ту сторону надо…
– Кино снимают, – добродушно ответил второй. – Фильм-катастрофу.
– Катастрофу, – хмыкнул первый. – Какие в наших местах катастрофы? Триллер снимают! Фильм ужасов! Иди-иди, тут смотреть нечего. Только шуму много и дыма…
Я потоптался ещё минутку, а потом сообразил, что могу пробраться к дому со стороны оврага, но вдруг увидел, как толстый мужчина с буйной шевелюрой отчитывает хрупкую девушку в бейсболке:
– Ты ещё вчера должна была привести этого мальчишку! Чтобы через час он был здесь! Какая безответственность! Ты понимаешь, что режешь меня без ножа? Карякин нас убьёт!