Чтение онлайн

будто в нем лежит белье и книги. Я взял его за ручку и попробо

вал поднять. Да, он был, конечно, тяжел, но не чрезмерно, я мог

вполне донести его до трамвая.

Я посмотрел на часы: двадцать минут шестого. Это хорошо. Я

сел в кресло, чтобы немного передохнуть и выкурить трубку.

Видно, сардельки, которые я ел сегодня, были не очень хороши

потому что живот мой болел все сильнее. А, может быть, это пото

му, что я ел их сырыми? А, может быть, боль в животе была и чис

то нервной.

Я сижу и курю. И минуты бегут за минутами.

Весеннее солнце светит в окно, и я жмурюсь от его лучей. Вот

оно прячется за трубу противостоящего дома, и тень от трубы бе

жит по крыше: перелетает улицу и ложится мне на лицо. Я вспоми

наю, как вчера в это же время я сидел и писал повесть. Вот она:

клетчатая бумага и на ней надпись, сделанная мелким почерком:

"Чудотворец был высокого роста."

Я посмотрел в окно. По улице шел инвалид на механической ноге

и громко стучал своей ногой и палкой. Двое рабочих и с ними ста

руха, держась за бока, хохотали над смешной походкой инвалида.

Я встал. Пора! Пора в путь! Пора отвозить старуху на болото!

Мне нужно еще занять деньги у машиниста.

Я вышел в коридор и пошел к его двери.

– Матвей Филиппович, вы дома?
– спросил я.

– Дома, - отозвался машинист.

– Тогда, извините, Матвей Филиппович, вы не богаты деньгами?

Я послезавтра получу. Не могли бы вы одолжить мне тридцать руб

лей?

– Мог бы, - сказал машинист. И я слышал, как он звякал клю

чами, отпирая какой-то ящик. Потом он открыл дверь и протянул

мне новую красную тридцатирублевку.

– Большое спасибо, Матвей Филиппович, - сказал я.

– Не стоит, не стоит, - сказал машинист.

Я сунул деньги в карман и вернулся в свою комнату. Чемодан

спокойно стоял на прежнем месте.

– Ну теперь в путь, без промедления, - сказал я сам себе.

Я взял чемодан и вышел из комнаты. Марья Васильевна увидела

меня с чемоданом и крикнула: - Куда вы?

– К тетке, - сказал я.

– Шкоро приедете?
– спросила Марья Васильевна.

– Да,- сказал я.
– Мне нужно только отвезти к тетке кое

какое белье. А приеду, может быть, и сегодня.

Я вышел на улицу. До трамвая я дошел благополучно, неся чемо

дан то в правой, то в левой руке.

В трамвай я влез с передней площадки прицепного вагона и стал

махать кондукторше, чтобы она пришла получить за багаж и билет.

(Я не хотел передавать единственную тридцатирублевку через весь

вагон и не решался оставить чемодан и сам пройти к кондукторше.)

Кондукторша пришла ко мне на площадку и заявила, что у нее нет

сдачи. На первой же остановке мне пришлось слезть.

Я стоял злой и ждал следующего трамвая. У меня болел живот и

слегка дрожали ноги.

И вдруг я увидел мою милую дамочку: она переходила улицу и не

смотрела в мою сторону.

Я схватил чемодан и кинулся за ней. Я не знал как ее зовут, и

не мог ее окликнуть. Чемодан страшно мешал мне: я держал его пе

ред собой двумя руками и подталкивал его коленями и животом. Ми

лая дамочка шла довольно быстро, и я чувствовал, что мне ее не

догнать. Я был весь мокрый от пота и выбивался из сил. Милая да

мочка повернула в переулок. Когда я добрался до угла - ее нигде

не было.

– Проклятая старуха!
– прошипел я, бросая чемодан на землю.

Рукава моей куртки насквозь промокли от пота и липли к рукам.

Я сел на чемодан и, вынув носовой платок, вытер им шею и лицо.

Двое мальчишек остановились передо мной и стали меня рассматри

вать. Я сделал спокойное лицо и пристально смотрел на ближайшую

подворотню, как бы поджидая кого-то. Мальчишки шептались и пока

зывали на меня пальцами. Дикая злоба душила меня. Ах, напустить

бы на них столбняк!

И вот из-за этих паршивых мальчишек я встаю, поднимаю чемо

дан, подхожу к подворотне и заглядываю туда. Я делаю удивленное

лицо, достаю часы и пожимаю плечами. Мальчишки издали наблюдают

за мной. Я еще раз пожимаю плечами и заглядываю в подворотню.

– Странно, - говорю я вслух, беру чемодан и тащу его к трам

вайной остановке.

На вокзал я приехал без пяти минут семь. Я беру обратный би

лет до Лисьего Носа и сажусь в поезд.

В вагоне, кроме меня, еще двое: один, как видно, рабочий, он

устал и, надвинув кепку на глаза, спит. Другой, еще молодой па

рень, одет деревенским франтом: под пиджаком у него розовая ко

соворотка, а из-под кепки торчит курчавый клок. Он курит папи

роску, всунутую в ярко-зеленый мундштук из пластмассы.

Я ставлю чемодан между скамейками и сажусь. В животе у меня

такие рези, что я сжимаю кулаки, чтобы не застонать от боли.

– 44

IV

М А Л Е Н Ь К И Е П Ь Е С Ы

– 47

ДЕВИЦА.

Подруги! Где вы?! Где вы?!

Пришли четыре девы,

сказали:"Ты звала?"

ДЕВИЦА (в с т о р о н у).

Я зла!

ЧЕТЫРЕ ДЕВИЦЫ НА ПОДОКОННИКЕ.