Я не берусь проникнуть в суть природы,Уму пытливому подать совет,Исследовать кружение планет,Архитектуру мира, неба своды.Не говорю про битвы, про походы.В моих стихах высоких истин нет,В них только сердца несколько примет,Рассказ про радости и про невзгоды.Не привожу ни доводов, ни дат.Потомкам не твержу, как жили предки.Не громок я, цветами не богат.Мои стихи — случайные заметки.Но не украшу, не приглажу их —В них слишком много горестей моих.
371. «Льстецы покажут нам искусство лести…»
Льстецы покажут нам искусство лести,Влюбленные раскроют сердца страсть,Хвастун свой подвиг приукрасит всласть,Вздохнет пройдоха о доходном месте.Ревнивец будет бурно жаждать мести,Ханжа докажет, что от бога власть,Подлиза скажет, как к стопам припасть,Вояка бравый помянет о чести,Хитрец откроет мудрость дурака,Дурак его похвалит свысока,Моряк расскажет, как он плавал в море,Злословить будут злые языки,Шутить не перестанут шутники.Я в горе вырос и прославлю горе.
372. «В лесу ягненок блеет — знать…»
В лесу ягненок блеет — знать,Овцу зовет. Меня вскормилаТы, Франция. Кого мне звать?Ты колыбель, и ты могила.Меня ты нянчила, учила.Меняют стих, меняют стать.Но как найти другую мать?Кому ты место уступила?Зову, кричу, а толка нет:Лишь эхо слышу я в ответ.Другим тепло, другим отрада.А мне зима, а мне сума,И волчий вой сведет с ума.Я — тот, что отстает от стада.
373. «Служу — я правды от тебя не прячу…»
Служу — я правды от тебя не прячу, —Хожу к банкирам, слушаю купцов.Дивишься ты — на что я годы трачу,Как петь могу, где время для стихов.Поверь, я не пою, в стихах я плачу,Но, сам заворожен звучаньем слов,Я до утра слагать стихи готов,В слезах пою и не могу иначе.Так за работою поет кузнец,Иль, веслами ворочая, гребец,Иль путник, вдруг припомнив дом родимый,Так жнец поет, когда невмочь ему,Иль юноша, подумав о любимой,Иль каторжник, кляня свою тюрьму.
374. «Счастлив, кто, уподобясь Одиссею…»
Счастлив, кто, уподобясь Одиссею,Исколесит полсвета, а потом,В чужих порядках сведущ, зрел умом,На землю ступит, что зовет своею.Когда ж узрю Лауру, что лелею,Мою Луару, мой убогий домИ дым над крышей в небе голубом?Я не хочу величья Колизея.Не мил мне мрамор. Как ни дивен Рим,Он не сравнится с домиком моим.На что бы ни глядел и ни был где бы,Передо мной не боги на горе,Не быстрый Тибр, а милая ЛиреИ Франции единственное небо.
375. «Хочу я верить, а кругом неверье…»
Хочу я верить, а кругом неверье.Свободу я люблю, но я служу.Слова чужие нехотя твержу,Который год ряжусь в чужие перья.Льстецы трусливо шепчутся за дверью,Вельможа лжет вельможе, паж — пажу.Не слышу правды, правды не скажу.Хожу, твержу уроки лицемерья.Ищу покоя, а покоя нет.Я из одной страны спешу в другуюИ тотчас о покинутой тоскую.Стихи люблю, а мне звучит в ответВсё та же речь, фальшивая, пустая —Святоши ложь, признанья краснобая.
376. «Зачем глаза им? Ведь посмотрит кто-то…»
Зачем глаза им? Ведь посмотрит кто-то,Доложит. Уши им зачем? Для сна?Они не видят горя, им виднаДоспехов и трофеев позолота.Кто плачет там? Им воевать охота.Страна измучена, разорена,Но между ними и страной стена.Еще поцарствовать — вот их забота.Страна в слезах. У них свои игрушки:Знамена, барабаны, трубы, пушки.Приказ готов. Оседлан быстрый конь.Так, на холме король троянский стоя,Глядел, как перед ним горела Троя,И, обезумев, прославлял огонь.
Поль Верлен
377. СЕНТИМЕНТАЛЬНАЯ ПРОГУЛКА
По небу струились закатные чары,И ветер, слабея, качал ненюфары,Большие цветы на уснувших прудахПечально белели в густых тростниках.Я шел одинокий и думал тоскливо,Меня провожали плакучие ивы.Туман безнадежный над темной водойСвивался, как призрак, усталый, больной.Сливаясь с туманом, с моими слезами,Пугливые птицы звенели крылами.Я шел одинокий с печалью моей,И ивы клонили верхушки ветвей.Вечерние тени сбегали безмолвноНа черное небо, на блеклые волны,Одни ненюфары в густых тростникахПечально белели на тихих прудах.
378. СЕНТИМЕНТАЛЬНЫЙ РАЗГОВОР
В покинутом парке, печальном, пустом,Две скорбные тени проходят вдвоем.Глаза их погасли, уста побледнели,Их тихие речи звучат еле-еле.В покинутом парке, печальном, пустом,Две тени, встречаясь, грустят о былом.— Скажи мне, ты помнишь ли счастье былое?— Зачем вы хотите, чтобы помнил его я?..— Душа моя снится тебе, и тогда,Скажи мне, ты плачешь во сне? — Никогда.— О, прошлая радость тебя не тревожитИ первых признаний восторги? — Быть может…— И синее небо и вера в сердцах?— Но вера исчезла в ночных небесах…Так тихо проходят две скорбные тени,И ночь только слышит их речи сомнений.
379. АМУР НА ЗЕМЛЕ
Сегодня ночью ветер тягостный и хмурыйВ аллее самой темной и пустой,Блуждая, сбросил с пьедестала хитрого Амура,Коварного Амура с тоненькой стрелой.Вчера мы целый день о той стреле мечтали,А ветер сбросил статую. Едва-едваВ тени дерев на опустевшем пьедесталеМы разбираем стертые почти слова.О мысли грустные, одна другой грустнее…Себя я вижу одиноким и пустым,Как этот пьедестал в заброшенной аллее,Перед которым мы сейчас вдвоем стоим.О, грустно это! Даже ты грустить готова,Почти растроганная… Но исподтишкаТы весело глядишь на ярко-золотого,Играющего над цветами мотылька…