Избранное
Шрифт:
Да разве ж так можно, товарищ Присыпкин! Если с вами в вашем танцевальном вдохновении такой казус случится, вы закатите глаза, как будто даму ревнуете, отступите по-испански к стене, быстро потритесь о какую-нибудь скульптуру (в фешенебельном обществе, где вы будете вращаться, так этих скульптур и ваз разных всегда до черта наворочено). Потритесь, передернитесь, сверкните глазами и скажите: «Я вас понял, кoварррная, вы мной играете… но…» и опять пуститесь в танец, как бы постепенно охлаждаясь и успокаиваясь.
Присыпкин
Вот так?
Баян
Браво! Хорошо! Талант у вас, товарищ Присыпкин! Вам в условиях буржуазного окружения и построения социализма в одной стране – вам развернуться негде. Разве наш Средний Козий переулок для вас достойное поприще? Вам мировая революция нужна, вам выход в Европу требуется, вам только Чемберленов и Пуанкаров сломить, и вы Мулен Ружи и Пантеоны красотой телодвижений восхищать будете. Так и запомните, так и замрите! Превосходно! А я пошел. За этими шаферами нужен глаз да глаз, до свадьбы задатком стакан и ни росинки больше, а работу выполнят, тогда хоть из гopлышкa. Оревуар.9(Уходит, крича из дверей.) Не надевайте двух галстуков одновременно, особенно разноцветных, и зарубите на носу: нельзя на выпуск носить крахмальную рубаху!
Присыпкин меряет обновки.
Парень
Ванька, брось ты эту бузу, чего это тебя так расчучелило?
Присыпкин
Не ваше собачье дело, yвaжaeмый товарищ! За што я боролся? Я за хорошую жизнь боролся. Вон она у меня под руками: и жена, и дом, и настоящее обхождение. Я свой долг, на случай надобности, всегда исполнить сумею. Кто воевал, имеет право у тихой речки отдохнуть. Во! Может, я весь свой класс своим благоустройством возвышаю. Во!
Слесарь
Боец! Суворов! Правильно!
Шел я верхом,
шел я низом,
строил мост в социализм,
не достроил
и устал
и уселся у моста.
Травка выpoслa у мoста.
По мосту идут овечки.
Мы желаем
очень просто
отдохнуть у этой речки…
Так, что ли?
Присыпкин
Да ну тебя! Отстань ты от меня с твоими гpyбыми агитками… Во! (Садится на кровать, напевает под гитару.)
На Луначарской улице
я помню стapый дом —
с широкой чудной лестницей,
с изящнейшим окном.
Выстрел. Бросаются к двepи.
Парень
(из двери)
Зоя Березкина застрелилась!
Все бросаются к двeри.
Парень
Эх, и покроют ее теперь в ячейке!
Голоса
Скорее…
Скорее…
Скорую…
Скорую…
Голос
Скорая! Скорей! Что? Застрелилась! Грудь. Навылет.
Средний Козий, 16.
Присыпкин один, спешно собирает вещи.
Слесарь
Из-за тебя, мразь волосатая, и такая баба убилась! Вон! (Берет Присыпкина за пиджак, вьшвыривает в дверь и следом выбрасывает вещи.)
Уборщик
(бегущий с врачом, придерживает и пpипoдымаeт Присыпкина, подавая ему вылетевшую шляпу)
И с треском же ты, парень, от класса отpывaешьcя!
Присыпкин
(отворачиваясь, орет)
Извозчик, улица Луначарского, 17! С вещами!
Большая парикмахерская комната. Бока в зеpкалax. Перед зеркалами бумажные цветища. На бритвенных столиках бутылки. Слева авансцены рояль с разинутой пастью, справа печь, заворачивающая трубы по всей комнате. Посредине комнаты круглый свадебный стол. За столом: Пьер Скрипкин, Эльзевира Ренесанс, двое шаферов и шафериц, мамаша и папаша Ренесанс. Посаженный отец – бухгалтер и такая же мать. Олег Баян распоряжается в центре стола, спиной к залу.
Эльзевира
Начнем, Скрипочка?
Скрипкин
Обождать.
Пауза.
Эльзевира
Скрипочка, начнем?
Скрипкин
Обождать. Я желаю жениться в организованном порядке и в присутствии пoчeтных гостей и особенно в присутствии особы секретаря завкома, уважаемого товарища Лассальченко… Во!
Гость
(вбегая)
Уважаемые новобрачные, простите великодушно за опоздание, но я уполномочен передать вам брачные пожелания нашего уважаемого вождя, товарища Лассальченко. Завтра, говорит, хоть в церковь, а сегодня, говорит, прийти не могу. Сегодня, говорит, партдень, и хочешь не хочешь, а в ячейку, говорит, поттить надо. Перейдем, так сказать, к oчepeдным делам.
Присыпкин
Объявляю свадьбу открытой.
Розалия Павловна
Товарищи и мусье, кушайте, пожалуйста. Где вы теперь найдете таких свиней? Я купила этот окорок три года назад на случай войны или с Грецией или с Польшей. Но… войны еще нет, а ветчина уже портится. Кушайте, мусье.
Все
(подымают стаканы и рюмки)
Горько! Горько!..
Эльзевира и Пьер целуются.
Горько! Г о-о-о-р ь-к-о-о!