Чтение онлайн

– Не понимаю, ваше величество, - морщится Норман, - по-моему, из этого можно было бы сделать прелестнейшую сказку для народа, а влюбленный принц - чарующее дополнение.

– Политические браки, посол, строятся на дипломатии, а не чувствах, - возражает Леонард, - я вынужден делать то, что лучше для моего народа. Принцесса Селеста - прекрасная партия и чудесная девушка, но слишком нестабильна, чтобы я без сомнений поставил ее рядом с моим сыном во главе региона.

– Раньше разговор об этом не шел, Леонард, - недовольно цедит мой отец, - Селеста - это дополнение к Габриэлю, а не правительница Стейси.

У меня перехватывает горло от его слов. Поверить не могу в то, что меня всю жизнь учили быть королевой, а в итоге я оказываюсь всего лишь украшением Габриэля. Да, я понимаю, что меня не подпустили бы ни к политике, ни к экономике страны, но это не значит, что у меня не было бы никакого веса в регионе. Я растерянно смотрю на маму, но она упорно избегает моего взгляда. Вот тебе и первый урок, Селеста - правда всегда больнее лжи.

– Более того, - бросая на чету Стейси мрачный взгляд, добавляет отец: - хочу напомнить вам, что любой королевский дом почтет за честь связать себя узами с дочерью Лакнеса.

– В этом нет никаких сомнений. Но нам нужна девушка, которая будет помогать Габриэлю поддерживать старый строй, на котором и держится Ламантра, - разведя руками, отвечает Леонард, - сам посмотри, Тристан, вот уже сорок лет прошло. Последствия Слепой войны начинают забываться, а все потому, что мы следовали правилам. Я запросил некоторые документы от моих Ищеек. Судя по тому, что мне было представлено, принцесса Селеста просветила трех человек без суда и следствия.

Все взгляды теперь обращены на меня. Внутри у меня все холодеет, и я ужасом цепляюсь за складки своего платья. Я и не думала, что мои старые ошибки так больно мне откликнутся.

– Эта информация не подтверждена, - злится мама.

– Клевета на принцессу может быть рассчитана, как неуважение к королевскому дому Лакнеса!
– заводится отец.

– Если эта информация окажется правдой, мы вынуждены будем настаивать на суде, - выступает посол Стейси, - разумеется, только в том случае, если помолвка все же будет расторгнута. В противном случае я не вижу причин предавать эти сведения огласке.

Я сжимаю свое платье и говорю:

– Я хочу высказаться.

Отец раздосадовано смотрит на меня, но королевская чета Стейси зажигается неожиданным интересом. Габриэль смотрит прямо перед собой, и я не могу точно сказать, какие чувства он сейчас испытывает.

– Я совершала...плохие вещи, - с трудом подбирая слова, наконец произношу я то, что должна была сказать уже долгое время назад, - вещи, за которые мне стыдно, за которые я должна понести наказание и которые преследуют меня по сей день. Не все люди, которых я просветила, заслуживали этого. Многие из них ошиблись - подверглись влиянию момента - как и я, когда просветила их. И я, и они совершили ошибки, за которые должны были расплатиться. Я должна признаться вам, что никогда не хотела быть королевой Стейси, но встреча с принцем Габриэлем изменила меня. Я поняла, что хочу принять эту честь, потому что считаю, что, несмотря на мое прошлое, я могу стать достойной королевой. Моя мать научила меня терпению, моя сестра - благородству, мой отец - ответственности, а мой брат - храбрости. Я готова стать достойной опорой моему будущему королю, примером для подражания моим жителям и той, кем вы и мои родители смогут гордиться. Если вы позволите, то я стану истинной королевой Стейси - той, кого вам не придется стыдиться или опасаться. Я стану безупречной.

Я замолкаю, и в комнате повисает тишина. Я чувствую на себе потрясенный взгляд Габриэля, но не мог повернуть голову - мои глаза прикованы к королевской чете.

– То, что ты сказала, очень похвально, - усмехается Кейтлин, - но не только ты хочешь стать королевой Стейси, Селеста. Это вовсе не ноша, как тебе кажется. Это честь.

– Ваше величество, - улыбается Адриан, - не смею допустить никакого непочтения, но для девушки, которая все детство стреляла в птиц, это весьма смелые слова.

Изящный ротик Кейтлин брезгливо кривится.

– Стреляла в птиц? Как...импозантно.

– Я так же впечатлен вашей речью, принцесса, - склоняет голову Леонард, - но я в своем мнении неприступен. Я не хотел бы отдавать власть в руки девушки, чье прошлое может скомпрометировать королевскую семью Стейси. Это, как минимум, мой долг - позаботиться о судьбе короны. К тому же, мне кажется, для Габриэля есть куда более подходящая партия. Я говорю о принцессе Эсмеральде.

Эсмеральда изумленно поднимает свои большие глаза и недоуменно смотрит на короля Стейси. Я все сильнее сжимаю свое платье.

– Эсмеральда?
– непонимающе качает головой отец, - но она посол мира от Лакнеса.

– Именно поэтому она составит исключительную партию моему сыну. Она умна, благородна, стабильна - люди ее обожают. Не поймите меня неправильно, но народ был бы куда более рад видеть у трона ее, чем...- он сочувственно смотрит на меня, - вас, Селеста. Да и за кого вы собирались выдавать ее замуж, ваша светлость? В Лакнесе вы оставляете править своего сына, а в Бишопе и Кравере уже есть наследные принцы и все они помолвлены.

– Исключено! У Эсмеральды дела в Лакнесе. Моя дочь куда нужнее здесь, чем где-либо еще. Разумеется, ваше величество, - ядовитым голосом замечает мой отец, - вам хотелось бы видеть ее с гербом Стейси на мантии, потому что для вас это будет и рекламой, и показателем восстановленных отношений, но для Лакнеса это обернется лишь неудачами.

– Ваша дочь будет королевой. Какие же здесь неудачи?

– Эсмеральда - символ новых начал. Ее любят не только в Лакнесе, но и за его пределами. Сами понимаете, - разводит руками Норман, - именно такая реклама сейчас нужна Лакнесу после Слепой войны.

– Что ж, сделайте из нее новую Эсмеральду, - махнув на меня рукой, говорит Кейтлин, - или то, что она просвещает всех без разбора не делает вам чести?

– Вы забываетесь, ваша милость, - кривится моя мама, - не нужно апеллировать недостоверной информацией.

– Она же сама в этом призналась.

Отец смотрит на меня так, как будто был бы рад куда больше, если бы я сейчас же исчезла с лица земли. Мне хочется закрыть лицо руками и не видеть всего этого, но я не могу просто прятаться от своих проблем. Я совершала все эти ошибки, зная, что за этим последует, даже втайне надеясь, что я буду сидеть на Совете, и отцу будет за меня стыдно. Господи, кто же знал, что шестнадцатилетняя глупость не лечится. Возможно, выбери я другой способ бунтовать, все было бы иначе.