Чтение онлайн

Когда ноги Камлина лишились опоры и вся тяжесть тела пришлась на руки, он застонал и потерял сознание, но Энселя это обрадовало. Около четверти часа ушло на то, чтобы освободить мальчика. Его завернули в плащ и отнесли к стене, укрывая от ветра. Он медленно приходил в себя. Пока Энсель и стражники хлопотали, Эвайн разорвала свою рубашку на полосы и перевязала его раны, бинты напитались кровью. Бартоломью согревал тело на своей груди, а Энсель и Дамон растирали ноги и руки Энселя, возбуждая ток крови. Эвайн осторожно коснулась лба мальчика, но тот мотнул головой, сбрасывая ее руку.

– Вы можете помочь ему? – спросил Энсель, укрывая Камлина еще одним плащом.

– Не знаю, – ответила Эвайн. – Воля к жизни у него велика, но я не Целитель. Камлин, ты слышишь меня? Камлин, послушай, – настаивала она, когда опухшие веки открылись, мучительная боль отразилась в глазах и веки опустились.

Дамон откупорил фляжку с водой и протянул ее Эвайн.

– Попей немного, Камлин, – шептала она, проникая в его мозг и ограничивая боль, пока мальчик несколько раз глотнул через силу.

Камлин стонал, понемногу расслаблялся от прикосновения Эвайн, в нем были жизненные силы, и он пытался откликнуться на попытку исцеления. Она еще крепче ухватилась за краешек живого сознания и одобрительно кивнула, когда Камлин опустил защиты.

– Камлин, ты слышишь меня? – прошептала она. – Боль стала меньше?

Медленно, через силу, мальчик открыл глаза (такие похожие на глаза Эйдана), от перенапряжения он дышал шумно и прерывисто, но, кажется, теперь мог противостоять боли, сотрясающей тело.

– Тетя Эвайн, – удалось выдавить ему. – Вы можете сделать так, чтобы не болело? А дядя Рис здесь? Эвайн печально покачала головой.

– Нет, Камлин, его здесь нет. Я попытаюсь сделать для тебя все, что смогу. Как ты думаешь, тебе удастся уйти в транс? Нам нужно очистить раны, а это будет очень больно, если я не смогу контролировать тебя в контакте. Ты позволишь мне это сделать?

Мальчик едва кивнул и закрыл глаза. Эвайн вошла в контакт, чувствуя, как послушно опускаются его защиты. Она погрузила его в глубокий обезболивающий сон, какой умели вызывать неЦелители при помощи партнера. Затем Эвайн осторожно освободила от бинтов одно из запястий, кровь хлынула из раны, и Бартоломью, поддерживавший мальчика, отвернулся.

Энсель отвязал от седла походную лекарскую сумку и открыл флакончик с резко пахнущей зеленой жидкостью, которой Рис обычно очищал раны. Передавая Эвайн смоченный лоскут, он покачал головой.

– Это правда поможет? – спросил он безнадежно. – Он выживет или превратится в беспомощного калеку? Взгляните, что с его рукой. Гвозди просто разорвали ее надвое.

Прикусив губу и не желая признавать его возможную правоту, Эвайн протирала раны на запястье, осторожно погрузив в них пальцы. Кровотечение долго не удавалось остановить. Только истратив все бинты, Эвайн решила, что помочь больше ничем не может. В это время в контакте с Камлином она почувствовала чье-то призрачное присутствие. Обернувшись, она увидела за своим правым плечом трехлетнего Тиэга.

– Ради Бога, Тиэг, ты же должен спать!

Взглянув на Дамона, все еще растиравшего руки и ноги Камлина, она вздохнула и попыталась зажать раны, ладони стали мокрыми, кровь текла и по ее рукам.

– Дамон, отведи его обратно. Он слишком мал для этого.

– Нет! Я не маленький! – запротестовал Тиэг, хватая мать за руку и сжимая ее с неожиданной силой, когда Дамон попытался оторвать его. – Нет! Тиэг поможет!

Эвайн снова почувствовала странное покалывание в голове, присутствие кого-то, похожего на Риса.

Тиэг?

Удивленная, она остановила Дамона и внимательнее посмотрела на Тиэга. Мальчик тотчас перестал пищать и, обвив пухлыми ручонками шею матери, поцеловал ее в щеку.

– Тиэг поможет мамочке, – серьезно объявил он, его ореховые глаза заглянули в ее голубые. – Мы вылечим Камлина, да, мамочка? Мы вылечим его, как папа. – В то же мгновение возник поток энергии Целителя, ненаправленный, неумелый, но Эвайн почти поверила, что у них действительно получится.

Неужели это действительно было?

Эвайн задержала дыхание и медленно выдохнула. Попытаться стоило.

– Хорошо, дорогой. Ты можешь помочь мамочке. Крепко возьми маму за руку, смотри на Камлина и думай о том, как сильно ты хочешь помочь ему. Договорились?

– Я понял, – просто ответил он, выглядывая из-за ее плеча, и рассеянно положил подбородок на ее плечо.

Эвайн искала и устанавливала целительные пункты вне всякой логики и правил, но у нее все получилось. Она вошла с сыном в более тесный контакт и испытала те же самые ощущения, что во время работы с Рисом. Совершенно не понимая, как это удалось, она направила поток целительной энергии.

Все было привычно, все, как с Рисом. Только сейчас Тиэг давал силы, которые она направляла. Она была соединительной нитью, по которой поступала целительная энергия. Они могли это сделать!

Эвайн знала, что Энсель и стражники во все глаза смотрят на нее, но не обращала внимания. Она подняла руку Камлина, смело сжала пальцами сквозную рану, почувствовав, как увеличился поток энергии, несущей с собой тепло жизни к разорванным костям, мышцам и сухожилиям. Через ее пальцы в рану вливался поток целительной энергии, которая раньше принадлежала Рису, а теперь их сыну.

Эвайн ощупала запястье другой рукой и заметила, что кости возвращаются в нормальное положение, мышцы и сухожилия срастаются, а затем, когда она отняла руку, рана затянулась. Она осмотрела запястье Камлина с тыльной стороны, там тоже было все гладко. О пройденном мальчику будут напоминать едва заметные шрамы на руке и рубец в душе, для исцеления которого нужен другой Целитель, у нее недостаточно мастерства, чтобы заживить душу так, как это сделал бы Рис. Но по крайней мере кости срослись, и тело выздоравливало.