Чтение онлайн

— Нежить исчезнет до завтрашнего вечера, уважаемый Бий-Султун. Она убегает уже сейчас, но это не может случиться мгновенно.

— Рад слышать, — кивнул староста и хлопнул в ладоши: — Чабык! Приставь стражу к нашему дорогому гостю. Я хочу быть уверен, что до завтрашнего заката с ним ничего не случится.

— Селим, Алатай, Нурза, — взмахнул плетью кривой кочевник. — Не спускайте с колдуна глаз! Вы слышали, что сказал ваш дед.

— Какая трогательная забота. — Олег покрутил ведро в руках и протянул одному из парней. — Благодарю покорно, уважаемый. Я как раз хотел хорошенько выспаться.

Охрана ведуну не досаждала. Может быть, потому что после нескольких бессонных ночей он провалился в объятия Морфея почти на сутки. А проснувшись — из юрты никуда не выходил. Перекусил набившими оскомину шариками сыра и медом, выпил немного кумыса, благо бочки с ним стояли справа от входа в каждой юрте, и специально им никто гостей не угощал. Просто пей сколько влезет, если хочется.

Бий-Султун явился еще до заката в сопровождении Чабыка, чье лицо не выражало никаких эмоций, и Фтахрана, которого просто распирало от эмоций. Тот и высказал общую тревогу:

— Люди беспокоятся с самого утра, чужеземец. Они не верят, что воду из ручья ныне можно пить. И многие видели в топях шевеление. Сказывали, нежить не ушла, а токмо разозлилась. Кони беспокоятся и не подходят к кочевью.

— Вот уж не думал, что мнение лошадей для вас важнее собственного, — хмыкнул Середин. — Пойдем, друг мой, посмотрим на ваш ручей.

Старейшины посторонились. Олег и Роксалана вышли наружу, где их уже ожидала изрядная толпа. Человек сто. То есть почти все жители стойбища.

— Сегодня для вас хороший день, смертные, — сообщил Олег, пока никто не ляпнул чего-нибудь другого. — И где там ваш ручей? Неужели покрылся льдом?

Он легко сбежал по склону, скинул сапоги, засучил шаровары и по колено вошел в воду. Наклонился, не торопясь умыл лицо, шею, плеснул немного на голову и пригладил волосы, потом зачерпнул полные ладони и напился, делая большие, хорошо различимые глотки.

— Ты чего, Олежка! Она же не кипяченая!

— А чего беспокоиться? — выпрямившись, стряхнул воду с рук ведун. — Неужели ты не веруешь в Чистую Экологию, дорогая?

— Ну, в общем, да… — задумчиво решила Роксалана, тоже подошла к ручью, присела, зачерпнула ладошкой, отпила, зачерпнула еще, снова попила, отерлась и выпрямилась. — Вкусная.

— А чего бы ей такой не быть? — выбрался на берег Середин и натянул сапоги. — Без лишних обитателей только чище стала. Чего беспокоиться?

— Чтобы не прослабило, — тихо ответила ему девушка.

Олег сделал вид, что не расслышал, и по берегу отправился к месту, откуда начинался последний путь невезучих гостей кочевья. Он посмотрел на небо:

— Смеркается… Ну что, храбрые воины, есть ли среди вас доброволец? Я-то пересеку болото легко, это вы знаете. Для вашей уверенности отправиться туда должен человек вашего рода. Которому вы поверите.

— Я пойду! — первым успел вскинуть руку Саакым. — Пойду, и если нужно — сражусь со злобной нежитью!

— Рад твоей храбрости. Рад и тому, что она не понадобится.

— Ты дозволишь, дядя? — оглянулся на старейшину юноша.

— Иди, — кивнул Бий-Султун. — Да пребудет с тобой удача!

— Лыжи ему дайте, — напомнил ведун. — За березками трясина тонкая, провалиться можно и на них, так что будь осторожен. Сажен двадцать минуешь — трава начнется. Дальше можно и пешком. Особо не торопись: ямок много, ногу недолго подвернуть. Ну, иди. Удачи.

Кочевники, следя за отважным джигитом, затаили дыхание. Неуклюже поднимая и ставя лыжи, Саакым прошагал по траве, перебрался через моховый валик возле берез, осторожно тронулся дальше. Через десять минут остановился, скинул деревяшки и дальше двинулся спокойной и уверенной походкой.

— Прошел, прошел… — зашевелились кочевники.

— Он воин, — тут же заспорили другие. — Кочки и раньше воинов не трогали. Они детей хватают.

— Коли кто на болото заходил — всех тащили!

— Не всех! Баб больше ловили! И малых наших!

— Роксалана, — наклонился к девушке Олег. — Принеси пахлаву на блюде, сделай милость. Иначе этот спор никогда не кончится.

— Где ее взять? У нас в юрте одни шарики из сыра. Даже лепешек нет. Я теперь до конца жизни ничего молочного жрать не смогу.

— Должна же она быть хоть у кого-то в этой деревне? Поищи пожалуйста. Меня не отпустят, пока парень не вернется.

— Хорошо, попробую.

Дорога до дальнего берега и назад заняла у храброго юноши часа два. Он бы обернулся быстрее — но злополучные лыжи, без которых трясину «кормушки» было невозможно одолеть, заставили его буквально волочить ноги лишних полчаса. Роксалана вернулась как раз на эти полчаса раньше. На круглом деревянном блюде у нее лежали три ломтя пахлавы: два больших и половинка. Поправив угощение, Олег пошел навстречу юноше еще до того, как тот выбрался на берег, поставил блюдо на мох под одной из березок, развернулся и вышел на берег сразу за Саакымом.

Кочевники встретили ведуна хмуро. Настолько, что даже забыли похвалить паренька за храбрость. Среди зрителей было изрядно маленьких детей — но стоило Олегу обратить на кого-то из них внимание, как мамы моментально прятали чадо за спину. И подальше, за спины близких родичей.

— Вот проклятье. Так мы ничего не добьемся, — понял Середин, расстегнул свой пояс и отдал его Роксалане. — Саакым, иди сюда! У тебя есть меч? Покажи!

Юноша с готовностью продемонстрировал свой клинок. Короткий, в локоть, толстый и тяжелый, он не был образцом кузнечного мастерства, но для грубой работы вполне годился.