Чтение онлайн

— Нет нужды извиняться, — сенатор Каллаган улыбнулся. — Я рад, что вы поставили его на место. Ему это не повредит.

Кажется, я забыла закрыть рот. Окей, этого я точно не ожидала, и мое восхищение сенатором возросло еще больше.

— Признательна вам за эти слова, сэр, но мне нужно научиться сдерживать свои эмоции в отношении Баррета, иначе наша затея не сработает на людях.

— Я рад, что ты хочешь продолжить работать над этим, — он пристально посмотрел на Баррета, — уверен, ты сделаешь то же самое.

— Разумеется, — ответил Баррет, хотя его тон был не очень убедителен.

— Теперь, когда вы познакомились, думаю, вам стоит обсудить контракт с моим юристом, — сказал сенатор Каллаган.

— Контракт? — хором спросили мы с Барретом.

— Да. Я попросил Маршалла его подготовить.

В ответ на наши одинаково удивленные лица сенатор Каллаган пояснил.

— Вы не можете вступать в такую серьезную сделку, не имея контракта, — он качнул головой в сторону Баррета. — Честное слово, уж ты-то должен понимать важность контрактов.

— Если это касается бизнеса, то да, — нахмурившись, ответил Баррет. — Назови меня безумцем за то, что не предвидел, что моего слова будет не достаточно.

— Этот документ не только защитит вас перед законом, но и установит ожидания от вас обоих в течение следующих нескольких месяцев.

— Чудненько, — пробормотал Баррет.

Сенатор Каллаган проигнорировал его замечание.

— Мне нужно сделать несколько звонков, поэтому сейчас я вас оставлю.

Маршалл появился словно из ниоткуда, но потом я сообразила, что он, должно быть, работал в одной из комнат. Вьющимися волосами, невысоким ростом и очками в тонкой оправе он напомнил мне молодого Ричарда Дрейфуса. Пожав мне руку, мужчина улыбнулся Баррету.

— Как всегда, рад встрече.

— Я бы согласился с этим, но не уверен насчет настоящего момента.

— Да, обычно это ты выдаешь мне приказы что-нибудь составить, — Маршалл рассмеялся. — Вижу, ты уже плачешься о потере власти и контроля над ситуацией?

— Да, похоже на то.

Боже, да он же просто испорченный богатенький мальчик, который привык все делать по-своему.

Я скрестила на груди руки.

— Что ж, лучше тебе привыкать к этому, красавчик, потому что я не дам себя контролировать и уж конечно ты не будешь здесь командовать.

— И почему это меня не удивляет? — Баррет хмыкнул.

Маршалл сверлил нас глазами над дужками очков, и я могла прочитать на его лице, что динамика наших отношений его очень интригует.

— К счастью, в контракте нет ничего ужасного, — он открыл папку, которую держал в руках, и вытащил несколько листов. — Приступим?

— Если настаиваешь, — ответил Баррет.

— Мисс Монро, почему бы вам не присесть здесь, — он похлопал рукой по стулу, стоящему справа от передней части стола, — а ты, Баррет, можешь сесть сюда, — он указал на стул, стоящий напротив моего.

Баррет обошел стол, но прежде чем сесть, приподнял на меня брови.

— Дамы вперед.

Я сузила глаза, так как его тон можно было назвать скорее снисходительным, чем любезным. В том, что касалось манер и личного отношения, Баррет был полной противоположностью своего отца.

— Спасибо, — пробормотала я. Только я села, Баррет опустился на свое место.

Протянув одну копию контракта мне, а другую Баррету, Маршалл, откашлявшись, начал зачитывать его вслух.

— Параграф один. На все время кампании, полное или сокращенное, обе стороны согласны проживать вместе. Этот пункт включает в себя как номера отелей во время поездки, так и квартиру в городе.

При слове «проживать» в мой мозг словно воткнули иглу. Боже. Мой. Миллион долларов, переливающий всеми цветами в моем сознании, не дал мне времени задуматься о деталях, или, как они это называют — текст мелким шрифтом. Это было очень, очень плохо.

— Я должна переехать к нему?

— Сейчас не пятидесятые годы, мисс Монро. Большинство обрученных пар живут вместе до брака, — ответил Маршалл.

— Это все, конечно, замечательно, но мне не очень нравится идея переезжать жить к незнакомцу, и уж тем более к такому.

— Я тоже от этого не в восторге, сладкие щечки, — заметил Баррет.

— Не называй меня так, — отрезала я, закатив глаза.

— Как? Я лишь репетирую ласковые прозвища для моей невесты.

— Что ж, я не считаю «сладкие щечки» ласковым прозвищем. Оно отвратительно.

— Как скажешь, лапушка.

Вместо того, чтобы перегнуться через стол и придушить его, я сделала несколько глубоких вдохов. Ты сможешь сделать это, Эддисон. Просто представь себе миллион долларов и новенькие Джимми Чу, которые сможешь надеть.

— Хорошо, я согласна переехать к нему. А что с моей квартирой?

— Вы можете сохранить аренду, или, если пожелаете, можете найти себе другую после окончания партийного собрания, или же после выборов. Независимо от того, что вы выберете, у вас будет мало возможностей бывать там в течение следующих нескольких месяцев.

С финансовой точки зрения более выгодным будет просто перевезти вещи в Арлингтон, пока не закончится кампания, к моему брату Эвану. А потом я смогу посвятить время поиску жилья своей мечты.

Ох, черт. Моя семья.

Что я им расскажу? Хотя мои родители жили в нескольких штатах отсюда, мы общались не реже раза в неделю. И раз уж я не упоминала о том, что встречаюсь с мужчиной, сложно будет убедить их в чем-то, а учитывая, как близки мы были с Эваном, не было ни единого шанса, что он поверит моей внезапной помолвке. Я полагала, что смогу уговорить его молчать, особенно, если упомянуть тот факт, что сенатор Каллаган знает людей, которые смогут заставить его исчезнуть.

Если убрать друзей, то у меня не было никого вне кампании. Друзья, которые появились у меня, когда я впервые приехала в округ Колумбия, были связаны с Уолтом. И только мы разбежались, друзья исчезли. Думаю, они утешали его после нашего расставания.