Чтение онлайн

Рида покачала головой.

– Не смотреть? Несмотря на то, что ты гватре?

– Да. Он поступал очень благородно.

– И что было дальше?
– спросила Гелиэр, останавливаясь.

– Он выздоровел и ушёл. Но он мне очень нравился. И в свой день рождения я пришла и сказала ему об этом.

– Ты сама пришла к нему?
– потрясённо спросила Айлери.

– И он... он тебя поцеловал, как в той книге?
– спросила с придыханием Рида.

– Да, - сказала Аяна.
– Да. Он поцеловал меня.

Она стояла и смотрела, как три девушки потерянно бродят по комнате, прижав ладони к пылающим щекам, и снова и снова проговаривала про себя весь список Верделла, с начала и до конца, вверх-вниз, и через одно слово, и снова, и снова, каждый раз находя новые сочетания слов.

– Но он не женился на тебе?
– вдруг резко остановилась Рида.

– Мы сказали друг другу слова, после которых у нас люди считаются мужем и женой.

– Вы... вы сказали?
– спросила Айлери.
– Ты имеешь в виду, что ваши отцы не договаривались? А бумаги?

– Нет. Не договаривались. У нас всё по-другому, - сказала Аяна.
– Я ведь издалека, понимаете? У нас всё настолько по-другому, что и не описать. Слушайте, я не могу больше. У меня уже рябит в глазах от вашей беготни. Я сойду с ума от ваших вопросов. Может быть, выпьем по паре стаканов каприфоли?

Аяна хотела выиграть время, чтобы сесть и подумать. Всё зашло слишком, слишком далеко. Один её ответ порождал три новых вопроса, и это продолжалось бесконечно.

– Так что было дальше?
– спросила Рида.

– Да ничего не было, - простонала Аяна.
– Всё. Конец. Конец истории.

– О чём ты говоришь, - сказала Айлери.
– Если вы поженились, почему ты тут... почему ты капойо кирьи Гелиэр? Ты опять что-то скрываешь?

– Ладно. Ладно!
– воскликнула Аяна.
– Его силой увезли. Я пошла искать его. Я почти нашла его. Он должен вернуться в декабре. Я тут одна, и у меня не было денег. Поэтому я пошла работать у Гели.

– Но почему ты не пошла к его родне?
– удивилась Рида.
– Ты можешь попросить помощи у них. Севас обычно не возражают против таких браков, тем более, что вы... нравитесь друг другу. А бумаги оформишь после того, как он вернётся.

– Он не из севас. И с бумагами всё сложно...
– тоскливо вздохнула Аяна.

– Но и не из катьонте, - сказала негромко Рида.
– Катьонте никуда не ездят. Он бы не смог «приехать» к тебе, тем более что это всё происходило не в Арнае. Как же...

– Да остановитесь хоть ненадолго!
– умоляюще воскликнула Аяна.
– Зачем вы это спрашиваете? Почему вы задаёте мне все эти вопросы?

– Да потому, что нам никто ничего не рассказывает!
– вдруг почти крикнула Рида.
– На все наши вопросы, которые мы задаём дэскам, мы только и слышим, что это не женского ума дело, и что нужно иметь терпение, что нужно сесть за вышивку, вместо того чтобы страдать ерундой, и что мы слишком маленькие! Ты приехала издалека, и ты не называешь нас детьми и не стыдишь, когда мы спрашиваем о поцелуях! А я даже не знаю, как это! Мама целовала меня в щёку, и я видела спектакль с поцелуем, но я не настолько тупа, чтобы считать, что это то же самое!

Её щёки пылали, и Аяна подумала, что кир Эрке не зря назвал Риду бодрой. Она отвернулась к стене и уткнулась в неё лбом.

– Я не могу. Я не могу! Я не могу с вами говорить об этом!

– Аяна, мы хотим знать!
– крикнула Рида.
– Мы хотим знать!

Аяна закрыла глаза, ещё сильнее упираясь в стену.

– Я однажды задавала такие вопросы моему... родственнику, и мы так же ходили туда-сюда и кричали, пока он не предложил мне выпить хмельного, чтобы оно развязало языки и размягчило уши. Я сейчас бы выпила не каприфоли, а хмельного, потому что это невыносимо. Невыносимо! Но вам, кирьям, нельзя хмельное.

Она повернулась к ним, потёрла ладонями лицо и убрала волосы назад, и увидела, что все трое остановились напротив неё, а ещё ей показалось, что Рида еле заметно толкнула Гелиэр локтем в бок.

– А почему бы нам не сделать так же?
– вкрадчиво спросила Рида.
– Мы можем... мы можем выпить вина. И ты расскажешь нам, что было дальше.

– Но...
– начала Айлери.
– Мне...

– Твой муж не запрещал тебе, - быстро сказала Рида.
– Я уверена.

– Ты права, - сказала Айлери, сильно, до синевы, побледнев.
– Он вообще не говорит со мной. Он не запрещал мне хмельное.

– А я не кирья, - сказала Рида.
– Я дочь севас. И тебе, Гели, отец не запрещал.

Аяна смотрела на них с растущим изумлением. Сейчас они напоминали ей не три бутона в саду, а скорее близнецов и Сэла.

– О чём вы говорите?
– спросила она с изумлением.
– Что происходит?

– Мы просто хотим узнать некоторые вещи, - сказала Рида.
– Те, о которых нам не рассказывают. О которых все молчат, понимаешь? Как, например, о том, что каждый месяц...

Она замялась, и все трое одновременно покраснели.

– Я ведь права?
– по очереди обернулась она к Гелиэр и Айлери, и те смущённо, едва заметно, кивнули.

– Ты говорила, что может быть по-другому, помнишь?
– сказала Гелиэр очень, очень звонко.
– А я даже не понимаю, как это всё... ну... даже если не по-другому.

Рида вдруг отвернулась, закрывая лицо руками.

– Пожалуйста, - сказала она.
– Пожалуйста. У нас слишком много вопросов, на которые никто не отвечает. Это мучительно... Пожалуйста, помоги!

– Кир Эрке хочет тебя видеть, - сказал Лерт.

– А где Илойте?

– По делам отлучился.

– Сейчас. Зайду к кирье.

Аяна взбежала по лестнице и поспешила на женскую половину.

– Заходи!

Гелиэр лежала на кровати в нижнем платье, обмахиваясь веером. Она слегка беспокойно посмотрела на Аяну, но промолчала.

– Гели, мы теперь вообще не будем говорить?
– спросила Аяна.
– С тех пор, как ты села в экипаж позавчера, я не слышала ни слова. Может, хотя бы сегодня начнём разговаривать? С тобой всё хорошо?