Карантин
Шрифт:
Жалящие ядовитые щупальца стремились убить его душу.
И сгорали, натыкаясь на непреодолимый барьер.
Серебряную пулю
Краем сознания Гильза ощущал, как Паутина, почуяв новую опасность, протянула темные отростки в сторону Чигура и Лю. Ведь они были так близко к ее гордости, ее святыне — готовым разорваться коконам.
Еще немного — и друзьям придет конец: в карманах соседей по массовке тихо зазвонят мобильники «Альфы», и ее рабы безропотно выполнят простой и понятный приказ.
«Убить!»
Все, что он мог сейчас сделать — это повиснуть на проклятой Паутине тяжелым грузом и быть, бить ее, не давая ей переключиться на новые цели…
И словно в жутком отражении он видел — тысячами своих новых глаз — как незримая битва перехлестнула через край хрустального мира, обрушившись на бренную землю.
…Вот какой-то невзрачный прохожий, вяло плетущийся по тротуару вдруг столбенеет, озирается — и с диким воплем кидается на проезжающего мимо парня на скутере. Сцепившись, две фигуры кубарем катятся по асфальту, слышится отчаянный визг тормозов.
— Отдай! — рычит прохожий, пытаясь дотянуться до горла парня. — Отдай мобильник!
— Убью! — вторит ему парень, чье лицо перечертила набухающая багровая полоса содранной кожи.
Они продолжают терзать друг друга — и к этой бессмысленной возне присоединяются все новые и новые участники, те у которых в карманах искрят, как противоположные заряды, sim-карты конкурирующих сотовых операторов.
…Вот безобразная драка на эскалаторе метро. На выходе с движущейся лестницы возникает «пробка», и люди с криками возмущения и боли, словно фарш из мясорубки, лезут на перила — и бросаются во всеобщую свалку.
Свистят милиционеры, подбегают ближе — и вместо успокоения буйных, начинают от души, с садистским удовлетворением колотить пассажиров резиновыми дубинками.
Вот «золотая молодежь» на крутых «тачилах» с диким хохотом догоняет — и бьет какую-то дряхлую малолитражку.
— Одна есть! — орет в «трубу» модно подстриженный юнец.
— А у меня — уже две! — весело отзывается динамик.
И с надсадным ревом «прокачанная» «субару» вспарывает бок машине ДПС.
Сотрудник выскакивает из поврежденной машины, взлетает на капот, передергивает затвор штатного «макарова» — и открывает огонь по удирающему нарушителю. Но что такое?! Нарушитель в лихом заносе исчезает за поворотом — зато по асфальту нелепо кувыркается подстреленный на полном ходу мотоциклист.
ГИБДДшник заходится в смехе — и продолжает стрельбу по движущимся мишеням. Отдача заглушает вибрацию «мобильника», но слышно, как в кармане веселым саундреком наигрывает «шансон».
…А вот улыбчивая девчушка в нарядном заведении «фаст-фуда» весело вскидывает руку и кричит: «Свободная касса!».
А в следующее мгновение, с перекошенным лицом, словно обезумев, опрокидывает в толпу посетителей тусклый чан с кипящим маслом. Отчаянное шипение, облака пара, вопли, полные боли и ненависти. Брызги раскаленного масла, вздувающиеся пузыри ожогов — и вслед за тем яростная драка.
Мелькают кухонные ножи, трещат разломанные столы и стулья. Аромат «картошки-фри» смешивается с запахом крови. Люди в панике пытаются вырваться из этого ада общепита — и в давке перекрывают двери.
Никому уже не покинуть этот террариум. Здесь каждый — сам за себя.
Точнее — за своего сотового оператора.
12
Сан Саныч вошел со стороны служебного входа. Никого не удивило, что был он в своем излюбленном белом халате: на телевидение являются еще и не в таком виде.
Его остановили на посту.
— Пропуск! — с профессионально ленцой произнес охранник.
— Я по вызову, — невозмутимо сказал Сан Саныч. — Ремонт оборудования. Посмотрите в списке.
— Паспорт! — потребовал охранник.
Взял документ, раскрыл и повел пальцем по смятой пачке листков, скрепленных степлерной скобкой.
— Тэк… Ага… Откройте это. Документы на оборудование!
Охранник указал на пластиковый ящик в руке оружейника. Сан Саныч послушно откинул крышку, протянул сложенную вчетверо бумажку.
— Инструмент, — пояснил он.
— А это что? — поинтересовался охранник, беря в руки маленькую коробочку со стрелками под стеклом, от которой тянулись проводки с зажимами-«крокодилами» на концах.
— Амперметр, — протирая очки краем халата, пояснил Сан Саныч.
Охранник захлопнул ящик. Обвел посетителя металодетектором. Бросил:
— Проходите!
— Благодарю! — с достоинством ответил Сан Саныч, подхватил ящик за ручку, и направился в глубины телецентра.
Дойдя до первого пересечения коридоров, поставил ящик на пол, открыл и извлек маленький круглый предмет, напоминающий компас.
— Тат-так… — пробормотал Сан Саныч, неловко вертясь на месте. — Где тут у оно нас? Ага…
Закрыл ящик, снова ухватился за ручку — и уверенно повернул налево. Так и зашагал, время от времени сверяясь с указаниями загадочного прибора. Пока, наконец, не оказался перед серой безликой дверью. Большая медная стрелка прибора указывала прямо на нее.
Сан Саныч поправил очки — и открыл дверь.
Это был довольно просторный зал, и здесь было множество самой разной аппаратуры: шкафы с оборудованием стояли вдоль стен, прямо посреди помещения. В воздухе висел характерный гул, пахло озоном и горелой изоляцией.
На входе Сан Саныча встретил угрюмый здоровяк в синей спецовке.
— Ну, где тут специалист требуется? — поинтересовался Сан Саныч.
— А вы, по вызову? — обрадовано воскликнул паренек в такой же синей униформе — на фоне здоровяка он просто терялся.
— Именно так, — солидно кивнул оружейник. — По вызову.
— Ну и быстро же вы! Идите за мной! — бодро позвал паренек, помахав паяльником. — Сейчас на резервную аппаратуру переключились, но если она полетит — накроется трансляция. Представляете, что тогда будет?!