Чтение онлайн

У нее в руках — большой китайский термос. Очень знакомый — на железном бордовом корпусе какие-то цветы. Хару даже удивился, увидев его — казалось, что это нечто неотделимое от детства Антона, когда экономили электричество и поэтому кипяток всегда держали в термосе, чтобы лишний раз не кипятить чайник.

— Откуда этот термос? — спросил Хару, принимая стаканчик с горячей водой.

— Знакомо выглядит? — ухмыльнулась девчонка. — У моих бабушки и дедушки тоже такой был, когда я была маленькой. Оказывается, китайцы все еще их продают. Вызывает ностальгию.

Хару задумчиво кивнул. Китайский термос, получается. Ну, тогда все логично — предприимчивый народ не стал бы делать термосы только для России, можно заодно и в Корею их продавать.

Попивая горячую водичку, Хару направился к входу в школу. Наён уже была внутри. Ну, ей точно было сложнее — она то в мини-юбке, то в шортах, у Хару хотя бы колени были закрыты. Наён растирала ладонями замерзшие ноги, но продолжала улыбаться. Свое недовольство полуторачасовыми съемками на улице она держала при себе. Как и Хару.

Когда Хару закончил съемку и взял в руки телефон, он немного удивился количеству сообщений от Роуна. Тот практически требовал, чтобы Хару вечером непременно явился в Encore. Переодеваясь, Хару продолжал думать об этой ситуации. Откровенно говоря — ему было любопытно заехать. Во вторник и среду над песнями должен был работать Ким Ынсоль, он добавил бы рэп-бриджи, где для них оставили место, кое-где мог изменить вокальные части на мелодичный рэп. Только после этого песни были бы полностью готовы к записи, без пустых мест. Но при этом Хару немного царапало то, что Роун практически тащит его в студию. Сейчас-то ладно, в эти дни расписание относительно свободное. А если бы оно было загруженным? Да и отдыхать когда-то нужно… Не станет ли это обязанностью? Лучше бы сейчас объяснить, что он не может мчатся в Encore по первому зову Роуна.

Но… Хару просто попросил менеджера отвезти его не в общежитие, а в студию. Потому что любопытство оказалось сильнее отстаивания личных границ. Впрочем, в дороге он был уверен, что поговорит с Роуном, высказав аккуратное несогласие с методами его работы.

В итоге, ни о чем они не поговорили. Поведение Роуна изменилось из-за присутствия Ынсоля — он снова язвил, смеялся и шутил. Словно не он позавчера походил на сумасшедшего ученого из комедийного сериала. Чисто выбрит, волосы в порядке, одежда свежая. Но в кардигане Хару, том самом, с котом-алкоголиком.

— Роун сказал, что этот шикарный кардиган ты ему подарил, — практически сразу после приветствия сказал Ынсоль.

Хару кивнул:

— Да. Я купил его за смешную цену на блошином рынке. А потом уже подумал, что фанаты не простят мне второго подозрительного кота на одежде.

— Какой подозрительный кот? — непонимающе переспросил Ынсоль.

Роун радостно улыбнулся и с удовольствием рассказал, как Хару проводил прямой эфир в пижамных штанах с котом, который занимается непотребством. Видимо, чувство юмора у Роуна и Ынсоля совершенно одинаковое, потому что они минут пять ржали над ситуацией, хотя Хару в этом не видел решительно ничего смешного. Еще и скрины с трансляции смотрели.

Когда мужчины закончили хохотать, пришло время включить музыку. В том числе — прослушали еще одну песню, которую Роун писал вместе с Ынсолем, она немного в хип-хоп стиле. Хару все послушал, высказал свое одобрение. Но честно заметил, что рэп-бридж в одной из песен стоит немного отцензурить — они все же айдолы, а не рэперы. Фраза «тряси задом, пока я пью свой мартини» точно не понравится фанаткам. Ынсоль расстроился. Сказал, что все стали какие-то нежные. Хару пожал плечами: ему, честно говоря, не хотелось бы исполнять подобное. От таких фраз резко понижается уровень… так сказать — культурной ценности песни.

Исправил Ынсоль все быстро — минут через пять — и этот трек зазвучал прилично.

— Ладно, с этим разобрались, — хлопнул в ладоши Роун. — О чем следующий камбек будет? На какую тему хочешь песню?

Хару непонимающе нахмурился:

— Вот так сразу? Мы же даже этот альбом не начали записывать.

— А что такого? В к-поп нормально выпускать по два-три камбека в год. Да и следующий альбом желательно бы нормально подготовить, без спешки, с полным погружением, — ответил Роун. — Лучше пусть лежит что-нибудь про запас…

— Но у вас ведь там точно много всего лежит, — заметил Хару, — Почему бы не собрать альбом из того, что есть?

— У тех песен нет связи с исполнителем, поэтому нет и души, — отмахнулся Роун.

— Он любит писать песни под определенных людей, — с улыбкой пояснил Ынсоль. — Чтобы лирика перекликалась с чувствами исполнителя, а музыка идеально подходила под его стиль и вокальные возможности.

Хару удивленно посмотрел на Роуна. Тот в ответ смущенно пожал плечами:

— Это действительно так. Так что — давай, предлагай.

Хару чуть наклонил голову — идей в голове не было. Он просто не был готов к подобному вопросу.

— То есть, я могу выбрать тематику, а вы по ней напишете песню? — уточнил он.

Роун кивнул:

— Ну да. В идеале — подобрать какой-нибудь образ, яркое сравнение, дать мне отправную точку. Идеально — что-то вроде твоей идеи «ночь на пляже». Или та, смешная, про «подарю тебе звезду… морскую». Но подойдет и общее направление, вроде первоначального «курортного романа».

Хару тяжело вздохнул: вот так задачка. Он к ней однозначно не готов. Еще и устал после съемки. Но при этом, конечно, очень хотелось бы поучаствовать в создании песен. Просто не сегодня.

— А это может подождать? — спросил он, — Я устал, в голове пусто, завтра вставать в четыре утра. Давайте я подумаю и позже скажу, что мне пришло в голову. Заодно с парнями поговорю — мы же группой поем.

Роун сначала кивнул, соглашаясь с логичностью доводов, но потом немного обиженно, словно подражая капризной девчонке, сказал:

— А сейчас-то мне что делать? Я не хочу домой, я хочу работать!

Хару улыбнулся, качая головой.

На самом деле, у него уже давно была одна идея, сейчас вспомнилась. Она не касалась альбома, речь только об одной песне, которая, при этом, есть у многих к-поп исполнителей.