Чтение онлайн

"Это сон, это все страшный горячечный сон" - попытался успокоить себя парень. Зажмурился. Кажется, стало темнее.

Сергей в надежде, что почудившееся окажется почудившимся, открыл глаза.

Слюнявая лошадиная морда нависла над головой. Не успел Серый закрыться рукой, как лошадь задрала верхнюю губу, оскалив крупные желтые зубы, и заговорила:

– Ты откуда такой красивый, товарищ? Одежка на тебе уж больно странная. Из реальности будешь?

– Ты это мне?
– удивился говорящей лошади парень.

– Ну не ему же, - лошадь мотнула головой себе на спину.

И только сейчас Серый понял, что тот самый Дин Винчестер совсем какой-то странный. Сидит верхом, узду в руках держит, улыбается, как полоумный, головой вертит.

– А чего это с ним?
– спросил Серый.

– Ничего с ним, - как-то спокойно ответила лошадь.
– Ваши художники так нарисовали. Сперва был я, потом этого дибила сверху прилепили. Так и ношусь с ним, героем хреновым.

– О! Сударь! Рад вас видеть!
– неожиданно затарахтел тот самый Дин Винчестер.

– О, - недовольно фыркнула лошадь.
– О - значит оперативность. Очнулся, красавец.

– И я рад, - растерянно пропищал Серый.

– Какими судьбами в нашем королевстве?
– с какой-то елейной радостью продолжал тот самый Дин Винчестер.
– Я - Эльф! Средиземноморский Эльф! Раньше я был не Эльфом, но не в этом суть...

– Лошадь!
– вдруг крикнул парень.
– Что он несет?

– Я не лошадь!
– возмутилась лошадь.
– Я - конь!

Не лошадь, а конь, задрал голову, дав лесному ветерку поиграть с длинной белоснежной гривой.

– Эльф!
– продолжал кричать тот самый Дин Винчестер.

– Да заткнись ты уже!
– рявкнул конь и стукнул наездника копытом по лбу. Дурная беззаботная улыбка вернулась на лицо того самого Дина.

– Вот так лучше, - резюмировал Серый.
– А как ты его копытом-то? Ноги же у тебя...

– Знаю, конь так не может, - перебил конь.
– Но эти твои писатели... Хуже художников.

– Ты еще корректоров не видел. Эти ребята совсем без тормозов.

– Боже упаси, - перекрестился копытом конь.

– А ты, я смотрю, верующий, - заметил парень, оглядываясь по сторонам.

Но конь - не лошадь, ум за разум у этой животины не заходит, а потому смекнул хвостатый, что парень-де собирается сбежать.

– Есть немного, - конь выпятил перед Сергеем грудь, где среди шерсти можно было без труда разглядеть образок.

– Ты серьезно?
– удивился Сергей.

– Вполне, - фыркнул конь.
– Конь Победоносца Георгия. Дан мне автором для сил и просто так. Ты чего это напрягся так? Бежать собрался? Так не пытайся, тут локации прописаны только по сюжету. Не вздохнуть, ни пукнуть. Ни убежать, ни скрыться. Ни нырнуть, ни прокатиться. Ни копать, ни колотить. Ни...

– Заткнись уже!

– Виноват, - смутился конь.
– Увлекся. В этом ограниченном мире столько ограничений, что иногда заносит.

– Что?
– удивился Серый.
– Мир по книге ограничен?

– Приплыли, - конь уселся на пенек.
– А ты чего думал? Что тут тебе бесконечность в степень "энн" возводить будут? Конечно все в этом мире бушующем, друг, конечно. Смирись, ты - в книге. И давай, это... Морду попроще организуй. Мы тут в разведке, вроде как, до твоего явления были.

И тут же конь лег на пузо, оставив того самого Дина Винчестера торчать из кустов.

– В разведке сидите? Мне фиолетово, если честно, - брезгливо поморщился Серый.

Конь глянул брезгливо на того самого Дина Винчестера в седле, фыркнул:

– Кто сидел в засаде, а кто и стоял.

– Я в книге, твою мать!
– в сердцах выругался парень.
– Я, мать его в бога душу, очутился в чертовой, тупой, нелогичной книге! Этот мир нежизнеспособен.

Конь, будто желая доказать Серому обратное, поднялся и начал мочиться прямо посреди лужайки.

– Можно не при мне?!
– возмутился парень.

– Я же конь. Физиология, ткскзть, - парировал конь.

– Как отсюда выбраться? Я хочу домой!

– Нужно прожить книгу до конца, дружище, - совсем по-конски ответил конь.

– Я тут сдохну много раньше, коняшка!
– воскликнул Сергей совсем как Сергей.

– Коньяшка?
– подмигнул конь.
– Их есть у меня. Эльф, достань из сумки пузырь и...

– Да сколько можно, а! Ты издеваешься?

– Неа, - из стороны в сторону покачал головой конь, закручивая пробку.

Повисла неловкая пауза, только не как самая неловкая пауза, а как самая-самая неловкая пауза. Но только на секунду, на мгновение, на неуловимый легкий миг.

– Друзья!
– вновь воскликнул тот самый Дин Винчестер.
– Чего ж мы ждем! Вперед! Навстречу опасности и приключениям! Пора спасти мою любовь из лап чудовищ!

– Когда же ты заткнешься, сука!
– конь попытался схватить эльфа за шиворот, но тот уклонялся, словно таракан - от тапка.
– Сиди смирно, чучело! А то с обрыва сброшу, вот те крест!

И тут же копытцем подцепил образок, поцеловал, перекрестился и снова кинулся к тому самому Дину.

– Люб-о-овь моя!
– на одной высокой ноте взвыл тот самый Дин Винчестер, когда конь схватил того самого Дина Винчестера за ухо. Но схватил не за то самое ухо, а за оставшееся.

И тут же в кустах затрещало, зашумело, потревоженные стаи птиц взмыли в воздух, щебеча и распевая сказочные диснеевские песни; еноты, верхом на маленьком пятнистом олененке, вооружившись палками, проскочили через поляну, скрывшись в зарослях черемши. Из зеленых кустов высунулась сперва одна рука - она тут же не понравилась Сергею татуировкой "Псков, 2012, часть N 346", затем - другая, следом - толстое поросячье лицо с мелкими глазками и бесформенными губами. Через минуту потуг и кряхтения из зарослей вывалилась целая девушка, походившая больше на крупную свиноматку, нежели на принцессу голубых кровей и необычайной красоты.