Чтение онлайн

– Будем драться! Живыми не сдадимся! Не отдавайте меня на колбасу! Убейте, если паду, братцы! Не дайте злу сотвориться!
– со слезами на глазах, схватив Сергея за майку, а того самого Дина - за волосы, верещал Поль.

– Прекрати, а, - брезгливо гыркнула Ариель.
– Кому ты нужен на колбасу. Кожа, да кости.

– Тихо вам!
– цыкнул Сергей.
– Почему они не бегут сюда?

– Не бегут?
– выставив ухо из-за дерева, за которым поместились все, удивился конь.
– Тихо совсем.

– А там вообще был кто?

– А ты огни, пылающие адским огнем, не заметил?
– состроив конские бровки конским домиком, насупился Поль.

– Видел, - хмыкнул Серый. А спустя минуту хмыкнул снова и выдал.
– Или не видел. Я не помню, что видел. Если под каждым кустом трястись будем, так в школу не придем. Да книгу не переживем.

И без доли страха Сергей двинул уверенно вперед, где огней, заметим, уже не было.

– Стой, дурак! Стой!
– шикнул конь, попытался схватить парня за штаны, но копытом это было сделать сложно.
– Стой, дубина ты попаданческая!

4. Глава, в которой с главными героями происходят главные события, с второстепенными героями - второстепенные, а гордый рысак Поль пока не попадает в лапы к гордым и вредным отрицательным героям. Кто-то не умрет, кого-то не убьют снова.

– Стой, кому говорят!
– вторила коню Ариель.
– Мотать нужно отсюда!

– Тебе надо, ты и мотай!
– огрызнулся Серый.
– А я пойду и посмотрю, что там за фейерверк.

– Может, не надо?
– осторожно пискнул Поль, кивнув лохматой головой себе за спину, где сейчас притаились огни и их владельцы. Все это долгое время - целые пару минут - конь то и дело жался трусливой мордой к дереву, стараясь слиться с ним, мимикрировать, превратиться в моль, жучка, паучка, тараканчика и муравьишку. Плевать в кого! Главное - не стать кормом для тех зубастых овец-мутантов.

– Если кто-то хочет вернуться и договориться с баранами, держать не стану!
– почти прокричал парень.
– Вон, уже и белые кучерявые бока в сиянии луны мелькают.

В темноте затрещали сучья, кто-то несся сюда на всех парах.

– Бе-бе-бе-бе!
– хищно раздалось в тишине.

– Стартуем!
– визгнул Серый.

И с этими словами парень резко, без доли сомнения и страха, без ужаса и трепета, без паники и истерики повернулся на сто восемьдесят и рванул с места торпедой.

– Храни нас бог! Аминь!
– крикнул вдруг тот самый Дин.
– Мы не дрожим от страха! Нет! С нами избранный!

"Идиоты" - улыбнулся в глубине души Сергей.

И той же глубиной души взмыл, выпорхнул, почти расправил крылья, но через пару шагов грохнулся в неглубокий овраг прямиком мордой в лужу, зацепившись за один из множества пней.

– Ну что же за день-то такой! Что за бобуйня!
– в сердцах выругался Серый, подняв лицо из жижи.

Выругался он, заметим, много больше и крепче, чем во фразе выше. Но по известным причинам мы не может озвучить все эти прекрасные и глубокие слова, как бы сильно нам этого не хотелось.

– Какая досада! Какая досада!
– продолжал ругаться Серый, стоило Полю подхватить падшего героя под руки.

– Ах, какая досада! Какая досада!
– поддержал парня Поль.
– Вперед, наш герой, вперед!

– Ети его мать! Какая же гадость эти ваши магические леса! - не прекращал возмущаться Сергей, поднявшись и утираясь рукавом на ходу.

– Точно! Йети! Это йети! Его место! Его следы! Его лужи...
– изменился вдруг в морде конь, сообразив, что за яма, что за жижа.

– Его лужи?
– скривился Серый.
– Какие, мать его ети, у этого йети лужи?!

– Какие у него лужи?
– задрал бровь Поль.
– Не лужи! А озера! О-зе-р-ра!
– по слогам прокричал Поль.

– И чего ты орешь, дубина?
– не разделял общего восторга Серый.
– Он же нас того, сожрет, косточки обсосет все, на зиму консервы накрутит.

– Не сожрет!
– с деловым видом потряс копытом конь перед носом парня.
– Он тут веган! Идейный! Костры его! Пастухи за нами не сунутся, пшли. Я этого блохастенького еще вон каким помню! Такой был лапуся..

– Чего?
– не понял Серый и двинул за Полем, который совсем чего-то распоясался, страх потерял, прицел сбил и берега попутал, а потому пер сейчас к огням сломя голову. Сергей вроде бы как успел понять, что огни-то это не простые, а Йетевские. Поль с Йети были знакомы, а значит, и костры им не были угрозой. Серый разобрался, все разобрались.

Даже вы должны были разобраться, уважаемые читатели.

А Поль все мчал и мчал, сломя голову. Точнее, сломив голову, он бы уже никуда не попер, но сейчас - с не сломанной-то головой - пер и пер, топал и топал. Компания, банда, шайка не отставала. Магичка не отставала от того самого Дина Винчестера, а тот самый Дин Винчестер не слезал со спины Поля. Он забрался верхом, как только Поляк выдрал морду из той лужи. Вот возле той лужи тогда-то он и забрался, да. Так все и было.

Сергей старался держаться рядом с радостным конем, но костры все не приближались, а конь все не приходил в себя. Огни манили, звали, очаровывали. Они, как ему показалось, были на одном и том же расстоянии. Вроде бы и рукой до них подать - протяни только. Но, в то же время, словно на границе леса они, будто у края они держатся, и нет до них дороги, ходу. Рысак же, наоборот, с каждым шагом кричал, что "огни ближе", что "Йети ждет их", что "твари отстали", что "школа рядом", "ноги длиннее", "штаны подкатывать нельзя, как это делал тот самый Дин Винчестер, так как в лесу много кровососущих насекомых, а в том самом Дине крови совсем кот наплакал, осталась лишь вата, картон и три фантика от ирисок, что залепили Ариель все четыре зуба, а потому она замолчала и, причмокивая, рассасывала конфету".

– Нас ждут подвиги!
– ликовал тот самый Дин Винчестер.
– Нас ждут сражения! Почет и слава! Почет! И слава! Великие сражения, битвы и недруги! Мы, - он набрал воздуха в грудь, чтобы громче было, - БЕР-СЕР-КИ!

– КУ!
– отозвался лес.

– Ку!
– подхватила птица

Тот самый Дин Винчестер сжался.

– Нас ждет бесконечная дорога, ломаный казенный дом, - начал загибать пальцы Серый, сообразив, что в этом мире и жильцы странные, и пора поставить всех на свои места, как бы виртуозно не расставил ребят по местам автор сего опуса. Но стоило Сергею раскрыть рот, как уши обдало жаром от громадного костра. Рядом щелкнуло полено, свистнул топор и громогласный бас пропищал: "Добло пасалавать, длузья!".