Кержак
Шрифт:
– Сбор у меня через полчаса, дело есть. Олони найдите, он где-то на сдохшем транспортере возится. Пусть ремонт на время откладывает и цепляется на общий канал.
Главный вопрос не в том, чтобы расконсервировать заботливо складированное барахло. Вопрос – как не продешевить и не отпугнуть потенциальных клиентов завышенной ценой. Это тоже надо обдумать, что выгоднее? Хапнуть сразу и плюнуть на последствия? Или стартовать в долгую, отбивая затраты за годы регулярных поставок? Аррэсман предпочел бы второе. Но для этого нужно будет сначала провести ревизию. И послушать специалистов, кто обрисует реальную ситуацию на полудохлом железе. Может, соседям и предложить особо нечего. Тогда будет больно и обидно. Но – сами виноваты.
На “Крылане” в самом деле было все хорошо. Грузовик полз по давным-давно привычному маршруту, забив трюмы кислородом и льдом. Кроме экипажа в каютах скучали шестнадцать пассажиров: десять местных и пятеро чужаков. Зачем купец с охраной примчались на личном шаттле к шахтерам, никого особо не волновало. Как и то, за сколько потом продали кораблик. И зачем возвращаются назад. Капитану за каюту с обеспечением заплатили, значит, все нормально. Остальное – не нашего ума дело.
Вот только парочка громил, прогуливаясь по пустому коридору, выглядели не столь довольными, как босс. И шептались, постоянно оглядываясь через плечо.
– Что связист сказал?
– Ори громче, спалимся… Стукнулся он к корешу, как и обещал.
– Еще бы не стукнулся, десять кредитов взял, сука.
– Да не ори ты!.. Короче, подвязки сработали, удалось пробить информацию. Благо, основной список пассажиров балкера для матросов доступен. Значит, именной билет только один, на Ирмана. Нас и в проекте нет.
– Значит, кинуть нас хочет?
– Выходит, так. Через три недели, как рядом с пассажирским будем проходить, нас в каюте запрут, босс с баблом на шлюпку и адью. Сосите член, я вам все прощаю.
– Что делать будем?
Самый хитрый из телохранителей поморщился:
– Икру метать поздно. Мы в дерьмо влезли, когда шаттл хапнули.
– Мы его не трогали, мы даже управлять им не умеем! Это Ирман коробку с заранее забитым маршрутом воткнул!
– Короче, расклады простые. Билет один. И переписать его на кого-нибудь не получится. Специально так сделано. Поэтому балкер для нас отпадает. Когда шахтеры на Трешку припрутся, нас вытурят. Проезд только до станции оплачен.
– И что дальше?
– Дальше мы с голой задницей… Поэтому единственный выход, который я вижу, это надо с дела соскакивать. Бабло за шаттл – не трогать. Вернем бывшему хозяину до последнего кредита. Пусть с залетчика трясет и ремни со спины режет.
– Жить на что?
– Второе и самое главное – надо Ирмана клану Тутси сдать. Я у шахтеров сумел новости собрать. За его голову штуку дают. По двести пятьдесят на нос – терпимо на первое время. И свалим с Пятерки к соседям. Жить нам на старом месте не дадут. Главное, чтобы не замочили, чужой головой откупимся и харэ.
– Кто нас с Предбанника отпустит?
– Совсем дурак? – здоровяк зашипел, с трудом осаживая разбушевавшегося приятеля. – Шахтеры паркуются на Тройке. Там же в доках обмен и проведем. Гарди нужен беглец? Пусть сам и летит. Думаю, мигом примчит. Местных сблатуем, чтобы на их территории никакого мочилова не было. Товар сдали, бабло получили. Все довольны.
– Может, наличку за шаттл все же прижучим?
– Без меня, Прас. Только с Кликером еще не хватает бодаться. Если он в загривок вцепиться, проще самим в распахнутый шлюз шагнуть. Этот чувак из старшей лиги, с ним даже Гарди не связывается. А Гарди – хозяин всего Предбанника сейчас.
– Хреновые расклады.
– Зато живыми останемся… Когда трехчасовую готовность объявят на отправку шлюпки, Ирман должен лежать в каюте упакованный. Живой, сука, связанный по ногам и рукам, с кляпом побольше. Я капитану сообщу, что клиент решил на станции сойти, деньги обратно не требует. Как в доки войдем – на волю и проблему решаем окончательно.
Чуть успокоившись, Прас уточнил:
– Связист еще сообщение может скинуть? Пусть на Трешку звякнет, чтобы встречали. Не хватало еще с местными копами бодаться.
– Это сделаю… И еще раз прошу – не суетись. Все решили, сделаем по высшему разряду. Если аккуратно бортами с Кликером разойдемся, может он чуть с щедрот и выплатит. Главное – не борзеть без меры. Мы же не виноваты, что Ирман полным козлом оказался.
Иногда председателю Совета хотелось стукнуть от души. Сжать кулак и приложить по столу. Чтобы выплеснуть накопившееся. Но – приходилось терпеть. Улыбаться, кивать, обещать обратить внимание. Смирившись с головной болью после подобных бесед. И речь шла не о заседаниях богатых и уважаемых людей, представлявших Чистые районы. Нет. Проблема была дома.
– Чего ты ждешь? Отребье нашло клад у погорельцев, уже третий раз туда собирается лететь, а ты ушами хлопаешь? Деньги везут ящиками, железом трюмы набивают и все мимо нас. Что, так и будешь спать?
Подумав, Машира решил не доставать бутылку. Середина рабочего дня. Стоит накапать чуть-чуть для нервов и супруга окончательно вызверится. Никак не может простить, что не уехали в первую волну. “Великий драп”, как ее для себя называл председатель. Тупая клуша – куда ехать, если из реальных ликвидных активов на руках было чуть больше тридцати тысяч кредитов. Остальное все или вложено в станцию, или болтается в виде нераспроданных товаров по системе.
– Откуда известно про ящики?
– Вся станция знает, все соседи в курсе и один мой благоверный спит!.. Алё, давно пора глаза продрать! Или ты решил так и остаться на сгнившем железе? Если не в курсе, через две недели балкер отходит. И я не помню, чтобы ты заказал на него билеты. Хотя бы в первый класс.
– Потому что все мои друзья и знакомые уверены, что мы остаемся еще минимум на год. Поэтому и не заказал, При. Именно поэтому половина принадлежащих нам доков уйдет Кликеру за полную цену, как и договаривались. А не за треть, как сбросила твоя любимая подруга вчера утром… Мы же обсуждали – я занимаюсь переездом, ты подбираешь информацию, где именно осядем.