Чтение онлайн

Бурной реакции не последовало, но что-то в Аренсе шевельнулось. Он сморщил лоб и скрестил руки на груди, а его бицепсы начали тихо и ритмично подергиваться.

— Кстати, — продолжал я, — интересно было бы узнать, при каких обстоятельствах был похищен ваш крутой автомобиль? А еще интереснее: когда и как вор получил ключи от вашей машины? Подозреваю, что даже такой небедный автовладелец, как вы, не оставит у ресторана свою машину с включенным двигателем.

Под его уложенной феном прической явно происходил мыслительный процесс. Я удобно откинулся на стуле, ласково посмотрел на него и дал ему время подумать. Когда пауза затянулась и стала работать не в его пользу, он наконец произнес:

— Все ясно. — На его губах заиграла кривая грязная улыбка. — Стало быть, ты — вор и хочешь получить выкуп за мою машину?

На какой-то момент мне показалось, что я сел не в ту лодку, но другого пути не было. Я вздохнул и небрежно бросил ему:

— Послушайте, Аренс, не надо блефовать Лучше ответьте, где вы находились в те четыре дня после того, как у вас якобы угнали БМВ?

Он действительно блефовал. Злобу, разлившуюся по его лицу, не могла вызвать только моя насмешка. Я и до этого пытался его разозлить, но это не производило на него никакого впечатления. Сейчас он оказался втянут в мою игру, пытался найти лазейку из выстроенной мною ситуации вместо того, чтобы просто вышвырнуть меня. Мы находились по разные стороны письменного стола, и от этой близости кровь хлынула ему в лицо.

— Кто ты? — спросил он, набычившись, и мне стало ясно, что в этом кабинете я пробуду недолго.

— Неважно.

— На кого работаешь?

— В данный момент только на себя.

— Так, — сказал он угрожающе. Вместе со стулом он оттолкнулся от стола, уперевшись руками в подлокотники. — Тогда какого черта ты, козел вонючий, вламываешься сюда и дуришь мне голову этой хренотенью с моей машиной?

— Я знаю, где она, и думал, что вас заинтересует, как мне удалось это выяснить.

Я сделал паузу, поправил воротник рубашки и посмотрел на стеклянную стену, откуда открывался вид на промзону с кучей грузовиков. Смотреть в глаза — кто кого пересмотрит — не в моих правилах, и я стал ждать, кто первый откроет рот.

— Ну и как же?

— На ней разъезжала команда, называющая себя «Армией здравого смысла», которая промышляла рэкетом. Позавчера два рэкетира бросили вашу машину, а я ее нашел.

— Вот как. — Он по-мальчишески разинул рот и выдвинул вперед подбородок. — Так почему же она до сих пор не у меня? Моя тачка! Ее угнали отсюда, из этого двора. Ни о какой «армии», как там ее, я не имею ни малейшего понятия.

— Армии здравого смысла, — подсказал я. — Совсем просто: здра-во-гo смыс-ла.

— Интересное название.

— Не такое уж интересное.

— Это почему же? — спросил он, и взгляд его на секунду изобразил подлинное любопытство.

Неужели я так быстро подошел к цели?

— Знаете, чего я не могу понять? — Я наклонился к нему ближе. — Сколько трудов затрачено на маскировку — переодевание, пудра, обет молчания, громкое имя. А поменять номера забыли. Как же можно быть таким легкомысленным?

Казалось, он сейчас выпрыгнет из стула и совершит нечто такое, о чем мне приходилось только догадываться: раздавит меня своими ручищами или сделает нечто подобное. И вдруг что-то его остановило, плечи опустились, а лицо приняло выражение, словно его озарила гениальная идея.

— Предположим, в той фигне, которую ты несешь, есть доля правды, — сказал он, и на губах его заиграло подобие улыбки. — А почему ты с этим не обратился к легавым? Зачем пришел ко мне? Чего тебе, собственно говоря, от меня надо?

Поскольку я ответил не сразу, он приблизился ко мне, и лицо его озарилось искренней приветливой улыбкой.

— Надеюсь, ты не собираешься шантажировать меня? Слушай, парень, да ты, я вижу, не понимаешь, с кем имеешь дело?

Улыбка еще некоторое время подержалась на его лице, и он удобно откинулся на стуле, удовлетворенно глядя на меня.

— Я хочу знать, кто были те двое, которые позавчера катались на вашем автомобиле?

— Что?

— Кто были те два рэкетира? Откуда они, чем занимались и какие у них были планы?

Довольная улыбка сразу испарилась.

— Что значит, были?

— А то, что они были.

Впервые я почувствовал, какая тишина царит в этом чертоге. Вообще-то снизу сюда должны были доноситься звуки, шум моторов грузовиков и автопогрузчиков. Однако стояла мертвая тишина, слышалось только какое-то легкое пощелкивание: это Аренс то и дело расстегивал и застегивал браслет своих наручных часов. Наконец он выговорил:

— А сейчас убирайся отсюда вон.

Было ясно, что он не собирается повторять свою просьбу, а мне, если очень повезет, надо поскорее убираться отсюда подобру-поздорову. Я поднялся и направился к двери.

— Я не шутил, когда сказал, что хочу знать, кто были те двое. Возможно, этого будет достаточно, и я оставляю вас в покое. Но это я должен знать. — Я ткнул себя пальцем в лоб. — До скорого. Только не думайте, что произвели на меня неизгладимое впечатление.

Я медленно потянул за собой дверь и прибавил шаг. Пройдя мимо двери лифта, спустился по лестнице вниз. По дороге мне никто не встретился, в коридоре не было слышно никаких голосов и звуков. Последние ступени, перед тем как спуститься на первый этаж, я проскочил на цыпочках, осторожно заглядывая за угол, пока с облегчением не отметил, что внизу у лифта меня никто не поджидал. Скорее всего, Аренс решил, что такая моська, как я, не представляет для него никакой опасности. А может, у него просто не было никого под рукой, чтобы послать за мной вслед.

Я подошел к диспетчерской и встал у стойки, облокотившись на узкую перекладину. Фрейлейн Жвачка оторвалась от модного журнала и вопросительно взглянула на меня.

— Да, своеобразный у вас шеф. На сафари вместе бывали?

Она повела бровью, но не очень удивилась вопросу, изучающе посмотрела на меня и покачала головой:

— Какое сафари? Кроме одного жирного кабана, никого не видела.

Я ухмыльнулся и взглянул на ее задорное узкое лицо с губами немыслимого бирюзового цвета — в тон с ногтями. Слишком поздно я заметил страх в ее глазах. Уловив взгляд фрейлейн Жвачки, я оглянулся — передо мной стоял приземистый плотный человек.