Кит
Шрифт:
Но все-таки они встретились еще раз. Это было ночью, перед выпускным, пока ее
одноклассники гуляли на вечеринке в ярком и шумном месте, поводом для которой стало
подписание
их табелей, Барбара ехала в аэропорт и встретила Кита там, где он и говорил: последний
выход, H-17. Он стоял на темно-бордовом ковре, напротив трех длинных скамеек, где сидели
туристы. Он ждал ее. Кит передал девушке зеленый брезентовый чемодан и пустой листик-
билет в
конверте.
– Ты можешь хоть раз побыть собой?! Тебе всегда нужно устраивать какой-то
спектакль?! И что теперь? Теперь мы прикидываемся, будто я куда-то улетаю?!
Однако сегодня он выглядел серьезным и уставшим. У него были ужасные синяки под
глазами. Его кожа имела сероватый оттенок.
– Ты хотела прощальной сцены. Я, в свою очередь, пытался ее не устраивать.
– сказал
Кит.
– Это все шутка!
– сказала Барбара.
– Ты всегда шутишь.
– Ты знаешь, что сказал мой консультант?
– Кит немного улыбнулся, будто был рад
сообщить об этом.
– Он сказал, что у меня сейчас та стадия, что я уже скоро прекращу
шутить.
Они снова смотрели друг другу в глаза.
– Иди сюда.
– сказал Кит, и девушка подошла ближе. Он взял ее за локоть.
– Ты хотела прощальной речи? Пожалуйста, слушай: тебе лучше позвонить Браяну
и забрать назад свой мопед. Скажи ему, что я обманул тебя. Проснитесь, леди!
Посмотри правде в глаза. Я просто хотел проверить, смогу ли я задурить голову
Барбаре Андерсон. И я сделал это. Да, это было эгоистично. Я просто с тобой
немного поразвлекался. Признайся же, наконец, сама себе: это все была игра! Это моя
последняя речь. Ну, как тебе?
– Ты не поигрался мною, Кит, ты не задурил мне голову.
– Барбара убрала его руку и
обняла его рукой за шею, и теперь шептала ему на ушко. Она видела, как люди за
ними наблюдали.
– Кит, ты влюбил меня в себя. Это не была игра. Я влюбилась в тебя и встретилась
сегодня с тобой для того, чтобы пожелать тебе всего самого наилучшего. Тяжелые
времена требуют трудных решений.
– шептала девушка Киту, стоя с ним в объятьях.
Мне всегда было интересно, как пройдет мой первый раз, и ты меня удивил.
Вот, что! Что ты думал? Что я хочу пойти в восемнадцать лет в колледж, будучи
девственницой?! Наши пижамы были классные. Я запомню тот день на всю жизнь!
Люди, которые прилетали, заходили через ворота, и им приходилось обходить ребят.
Барбара почувствовала, как Кит задрожал, и закрыла глаза.
– Да, это не была шутка, не была игра. Я действительно влюбился в тебя. Ты была там,
со мной, помнишь?! Я рад, что мы вместе провели ту ночь.
– девушка немного отвела
свою голову назад и нашла его губы.
Целуясь, на какой-то момент они стали объектом внимания всех этих людей, но
влюбленные
прижались друг к другу, став одним целым, и для них исчезло все вокруг. Она упустила
чемодан, вместе с ним из рук выскользнул и поддельный билет, когда девушка нежно и
ласково касалась своими пальцами шеи своего любимого. Молодая женщина в деловом
костюме присела и подняла билет и постучала Барбару по руке. Девушка забрала билет и
положила голову на грудь Кита.
– Я помню.
– сказал Кит.
– Я буду помнить.
– Скажи мне, Кит — сказала она.
– что думают все эти люди?
– Они думают, что мы прощаемся. Пускай себе думают, что хотят.
Это был последний раз, когда Барбара Андерсон видела Кита Зеттерстрома. Осенью, когда
она поехала в Провиденс на первый курс в Браяне, ее ждал подарок — большой трофей с
девушкой на мотоцикле вверху. Тот самый трофей... Она поставила кубок на окно в своей
комнате общежития, которая была на четвертом этаже. Барбара рассказала своим
подружкам
по комнате, на сколько этот кубок важен для нее. Он ассоциировался с удовольствием и
тяжелой работой, но ее мечта была победить на покорении холма Видовмейкер. И когда она
сделала это — она продала все свои мотоциклы и закинула их навсегда.