Чтение онлайн

Макота едва не упустил шакаленка со здоровяком в плаще, хорошо хоть помнил направление, в котором они шли, и сумел нагнать, когда парочка сворачивала за длинный ряд контейнеров, принадлежащих торговцам манисами. Здесь пахло гнилью, в загонах шипели ящеры, стояли кадки с арбузными корками, плавающими в скисшей мякоти. Продавцы закрывались: солнце сползало за горизонт. Заметив, как впереди взметнулись полы плаща из желтой кожи, Макота поспешил туда. Свой плащ он застегнул на все застежки, накинул на голову капюшон, в рот сунул трубку, но раскуривать не стал, лишь посасывал, ощущая на губах горечь табака, которым пропитался мундштук. Под плащом на груди висел обрез, на ремне – маузер Зияда; черный пистолетик атаман перезарядил и сжимал правой рукой в кармане.

Хотя открывать пальбу на Корабле, тем паче в Арсенале, он не собирался. Про местные порядки ему рассказывали. Кресты с распятыми ворами высились у борта, по дороге Макота дважды проходил мимо прокторов.

За контейнером открылась пустая площадка, на дальнем краю которой лежала цистерна с прорезанными окнами и дверями. Над цистерной, установленная на длинной штанге, скрипела на ветру вывеска: «Бакен». Рядом с основанием штанги дежурил вооруженный охранник.

Макота остановился. Шакаленок и великан в плаще шагали к цистерне не торопясь, но и не медленно, и вид у обоих был очень деловой. У шакаленка за ремнем топорик, на плече винчестер. Откуда такое ружье? – удивился Макота. Он прикусил мундштук, пытаясь сложить картину воедино. Шакаленок – с фермы на юге Пустоши. От нее до Корабля много-много дней пути. Мог у него быть знакомец здесь? Не мог. Значит, что получается? Хлопец сбежал в пустыню, и здоровяк в плаще подобрал его там, прежде чем он сдох в иловой буре. Подобрал и привез назад, на Корабль. Вроде ничего другого не придумаешь?

Прячась за контейнерами, атаман обошел цистерну с тыла. Здесь дверей не было, только окна вверху, затянутые шкурами ползунов. Цистерну удерживала балка, упирающаяся в палубу. Макота подошел ближе, размышляя.

В бок ему уперлось что-то твердое. Атаман замер.

– Не шевелись, – прозвучал тихий-тихий голос.

Правая рука сжимала пистолетик – Макота потянул его из кармана, но голос раздался снова:

– Замри, падаль!

Макота так и сделал. Краем глаза он видел силуэт человека, упершего ствол ему в поясницу. Длинные тени легли на палубу, стало прохладнее. В кабаке сидели люди, но на площадке никого не было, хотя в округе народу еще хватало, судя по гулу голосов и звукам шагов.

Его карманы ощупали.

– Пальцы разожми! И медленно клешню вытащи. Медленно!

Макота вынул из кармана руку. Чужие пальцы тут же сунулись туда, достали пистолетик.

– Ты кто такой?

– А ты кто такой? – спросил Макота.

– Молчать! Отвечай! Почему за ним следишь?

– За кем слежу?

– За Ставридесом, катрана тебе в глотку! Тоже проектор ищешь?

У Макоты даже екнуло слегка в груди – ну точно, он прав, здесь какая-то тайна, и тайна большая! Небоходы, Ставридес, проектор… По спине между лопаток пробежал холодок, и сердце заколотилось чаще, выстукивая: да, да, да! Он на пороге чего-то важного, связанного с большими деньгами – большущими, огромными, такими, каких главарь клана в жизни своей не видел, – с деньгами и властью. Теперь главное не спешить, показать себя робким простаком…

– Слышь, брат, – сказал Макота, все еще сжимая зубами трубку. – Я про Ставридеса ничё не знаю. Ето кто? У меня раб сбежал, я его на Арену хотел сторговать. Паренек, который рядом с мужиком в плаще желтом топал. Видел, они в кабак зашли? Сбежал, тварюга неблагодарная, я его в толпе заметил ненароком, ну и пошел следом, чтоб, значит, вернуть себе взад свою эту… собсность. От и всё, понимашь?

Его схватили за плечо и развернули, при этом ствол, скользнув по пояснице, уперся в живот.

Перед глазами возник мужчина в черной кожаной куртке и штанах. Черные надраенные сапоги, черный кожаный шлем на голове, и глаза тоже черные, жгучие, глядят так, что сразу становится ясно: обладателю таких глаз человека убить – что личинку многоножки каблуком раздавить.

За его спиной возле контейнера стоял еще один в такой же одежде, с необычным оружием. Вроде и ружье, а вроде и автомат, не разберешь: толстый короткий ствол, широкий приклад, большой круглый магазин снизу – два кольца из железа, между ними шесть толстых цилиндров.

Макота скосил глаза – ему в брюхо упиралась похожая штука.

Двое в черном стояли так, чтобы из кабака их не было видно.

– Слухайте, хлопцы, – заговорил Макота просительно. – Я до ваших делов не касаюсь. Ставридес-мавридес – мне-то что? Я хочу просто раба свово вернуть…

– Врешь! – перебил первый мужик. – Ты следил за Молотом, как мы следили за Максом.

– Это конкурент, Брас, – негромко подтвердил второй из-за его спины. – Охотник за сокровищами вроде Ставридеса. Пришей его, только тихо.

– Хлопцы, давайте я вам все объясню! – взмолился Макота. – Мож, мы друг другу подсобим – я свово пацаненка заберу, вы – свой молот? Тока я трубку из пасти вытащу, говорить мешает, ладно?

– Прирежь его, – повторил второй.

Первый кивнул.

Расценив это как ответ на свой вопрос, атаман медленно поднял руку, взялся за трубку и вытащил ее из зубов.

Потом он резко качнулся в сторону, повернувшись так, что ствол соскользнул с живота, сверху вниз ударил по оружию левой рукой, а правой что было сил ткнул узким мундштуком трубки в черный глаз.

С нижнего этажа доносился слабый шум.

– Проектор со мной, – сказала женщина, и Ставро кивнул. – Ты был осторожен? За вами никто не следил? И кто этот юноша?

– Осторожным надо быть не мне, – возразил хозяин «Крафта». – Проектор пока у тебя.

Ян, подхвативший плащ Знатока, повесил его на крючок, вбитый в стену, встал за спиной хозяйки и скрестил руки на груди. Второй охранник, у которого лязгало в плече, переместился к двери.

– Кто этот юноша? – повторила Знаток.

– Ну, Макс, – Ставро достал зажигалку, – я же не спрашиваю, кто эти двое. Будем считать, что он мой помощник. Можешь говорить при нем, как говоришь при них.

Второй охранник не шевелился, взгляд устремлен в пустоту, будто и нет никого в комнате. А Ян смотрел на Турана – недобро смотрел, пристально. Почувствовав себя неуютно между двумя телохранителями, Туран подошел к окну. Стянул винчестер со спины, поставил прикладом на пол и привалился к стене. Пускай себе говорят о чем хотят. Это их дела, а ему надо после встречи вернуться со Ставро на термоплан и потом… Что потом, он точно еще не знал. Надо как-то искать Макоту, это главное.

По Кораблю протянулись длинные тени. Рядом с наклонной балкой, одним концом упиравшейся в палубу, а другим – в покатый бок цистерны прямо под окном, стояла палатка. Полог откинулся, наружу вышел босой коротышка в замызганном халате, остановился у пустого лотка перед входом и недовольно покачал головой. Обернувшись, крикнул что-то. Тут же из палатки появились две смуглые женщины в расшитых замысловатым узором хламидах, схватили лоток и втащили внутрь. Коротышка одернул халат, постоял, глядя на сполохи заката, и вернулся в палатку.