Чтение онлайн

Он потянулся к лежащему на полке блокноту, но его рука лишь бесплотно прошла сквозь бумагу туда и обратно, так и не нащупав опоры.

«Чувствуется легкая вязкость, это не похоже на обычное рассекание воздуха… Возможно, когда я стану сильнее или научусь заимствовать больше мощи из пространства над серым туманом, у меня получится…» — Клейн попытался подхватить отдельный листок, но и эта попытка обернулась провалом.

Поразмыслив с десяток секунд, он подлетел к вешалке. Запустив свою иллюзорную, прозрачную руку в карман черного плаща, юноша коснулся «Талисмана глубокого сна» и «Талисмана упокоения» — тех самых, которые он недавно сделал взамен потраченных, успешно стряся компенсацию с Ночных Ястребов.

Эти артефакты были пропитаны его собственной Духовностью. С точки зрения мистицизма, они кардинально отличались от обычных физических предметов. Поэтому Клейн решил проверить, удастся ли ему захватить их с собой.

Его ладонь в очередной раз прошла сквозь материю. Но на этот раз он отчетливо ощутил присутствие талисманов и неразрывную связь со своей Духовностью. Увы, ему всё еще банально не хватало «сил», чтобы поднять их. Иными словами, духовная мощь самих артефактов была слишком слабой, чтобы вступить в полноценный резонанс с его нынешним призрачным состоянием.

«Духовность слабовата…» — Клейн задумчиво перевел взгляд на другой карман. Там лежал «Талисман Испепеляющего Солнца», созданный путем заимствования божественной крови вперемешку с его личной ментальной энергией.

Но стоило ему лишь коснуться цели, как мягкое, обжигающе чистое тепло вошло в резкий конфликт с его раздувшейся, ледяной призрачной Духовностью. Это было сродни столкновению льда и пламени.

Пшш!

Клейн отдернул руку, словно обжегшись, и выронил иллюзорную золотую пластину.

«Медный свисток мистера Азика и „Талисман Испепеляющего Солнца“ просто не могут находиться в моем духовном теле одновременно…» — с внезапным озарением понял Клейн. Он поспешно отложил медный свисток, позволив своей Духовности сжаться, а жуткому черному пламени в пустых глазницах — погаснуть.

«В таком состоянии обе мои псевдо-магические способности заметно ослабли…» — проведя еще парочку тестов, Клейн вновь потянулся к «Талисману Испепеляющего Солнца». На этот раз он ощутил лишь стабилизирующее, очищающее тепло, которое приятной волной омыло его призрачную оболочку.

Подлетев к окну, он предельно осторожно высунул руку сквозь плотно задернутые шторы.

Яркие лучи солнца коснулись его кожи. Юноша почувствовал лишь ласковое тепло, и никакого вреда.

«Весьма недурно…» — Клейн расплылся в искренней, довольной улыбке. Легко пройдя сквозь невидимую духовную стену, он вылетел на улицу, намереваясь продолжить свои эксперименты.

В начале сентября погода в Тингене сменилась с прохладной на зябкую, но лучи солнца в три-четыре часа пополудни все еще дарили приятное тепло.

Клейн прошел сквозь стену Духовности и эркерное окно. Зависнув в воздухе снаружи спальни, он смотрел вниз на снующих по улице Нарциссов прохожих и экипажи.

В этот самый момент какой-то мужчина, облаченный в серо-синюю рабочую одежду, внезапно поднял голову и уставился прямо на него.

Клейн вздрогнул от неожиданности. Он уже порывался спрятаться, но поблизости не нашлось ни единого подходящего укрытия.

Оглядевшись по сторонам и не найдя иного выхода, юноша попытался юркнуть обратно в дом. Однако краем глаза он уловил, что взгляд того мужчины лишь вскользь мазнул по окнам второго этажа. На самом деле рабочий неотрывно следил за порхающим воробьем, пока птица не скрылась из виду, оставив его с явным разочарованием.

В городской черте Тингена птицы все еще изредка попадались на глаза.

«Фух… Я и забыл, что обычные люди меня попросту не видят…» — Клейн с облегчением выдохнул, осознав, что еще не до конца свыкся со своим нынешним состоянием.

Обретя уверенность, он снизился. Приблизившись к довольно широкой улице, он безмятежно поплыл прямо над головами прохожих.

Стоило дистанции сократиться, как Клейн тут же обнаружил: теперь его обычное зрение практически ничем не уступало Духовному. Ему больше не требовалось активировать его отдельно, разве что радиус действия был слегка ограничен.

К тому же, помимо аур и цветов эмоций, он смутно ощущал присутствие душ каждого из прохожих — туманных, иллюзорных и прозрачных.

«Похоже, в этом состоянии я способен бить напрямую по душам, минуя физическую оболочку…» — Клейн задумчиво кивнул.

Сделав в воздухе круг, он решил проверить свою предельную скорость и изо всех сил рванул в сторону улицы Железного Креста.

Вскоре он остановился, оказавшись прямо перед тем самым доходным домом, где жил раньше.

«Скорость сравнима с обычным автомобилем из моей прошлой жизни, мчащимся по трассе… Жаль только, что я не могу свободно перемещаться сквозь Духовный мир, иначе было бы вообще идеально… Впрочем, если заблудиться в Духовном мире, последствия, по слухам, будут поистине катастрофическими…» — едва Клейн закончил самоанализ, как почувствовал, что его настроение стремительно падает. На него навалилась серая, непередаваемо тяжелая тоска.

Он огляделся по сторонам и увидел, что всё вокруг окутано мраком, который не под силу разогнать даже солнечным лучам. Обычным людям он был невидим, но здесь плотными, почти осязаемыми слоями наслаивались остаточные эманации апатии, отчаяния и боли.

«Всё в точности так же, как тогда, когда я стал „Провидцем“ и уловил это Духовным восприятием. Средняя и Нижняя улицы Железного Креста ни капли не изменились… Страшно представить, сколько лет потребовалось, чтобы скопить такую густую, давящую серость…» — вспомнив прошлое, со вздохом подумал Клейн. Он взмыл вверх, поднявшись на уровень третьего этажа.

Лишь здесь он наконец-то вновь почувствовал тепло солнца и сбросил с себя гнетущую тоску.

Клейн полетел вдоль Нижней улицы. То и дело ему на глаза попадались истощенные жители в изодранных лохмотьях с абсолютно ничего не выражающими лицами. Он даже стал свидетелем двух случаев естественной смерти — оба бедолаги скончались от внезапной болезни на фоне хронического голода и крайнего истощения.

«Один бог знает, сколько людей мучительно умирают здесь каждый месяц. Но их места тут же заполняют разорившиеся фермеры и бывшие рабы, хлынувшие с Южного континента…» — Клейн беззвучно выдохнул и, сменив курс, направился к Южному району.