Клякса бифуркации
Шрифт:
– Я был связным… В подполье… Конспирация, понимаете ли…
Усмехаюсь благожелательно:
– Видно, то «подполье» было очень глубоким!
Вмиг посерьёзнев, достаю очень добротно состряпанную «липу»:
– А вот по этому документу, можно предположить, что ваше «подполье» называлось «Государственной охраной» (контрразведка у Колчака. Авт.). Вы в ней служили в звании корнета, под именем Леопольд Кудасов35…
Вижу – покрывается разноцветными пятнами, чем-то напоминая выцветший тропический камуфляж.
Чтоб преждевременно не отдал душу Кондратию, а так же из-за соображений - что врать надо дозировано, несколько разочарованно добавляю:
– …Впрочем, именно за Вами никаких особых злодеяний не числится – лишь конвоирование арестованных и охрана. Как говорится: «Яблоко от яблони…»! Избиения, вымогательства, грабёж заключённых, редкие случаи насильственного мужеложства… Увы – свидетельств об участии в массовых казнях или порках шомполами нет. Однако, сам факт утаивания - характеризует Вас по крайней мере, как неискреннего по отношению к народной власти человека.
На самом деле, конечно - этот тип перекантовался где-то, всплыв только после установления твёрдого порядка в 1921-ом году. Был бы тот «твёрдый порядок» колчаковским - был бы этот тип в данный момент - жандармом, полицейским или ещё каким-нибудь сатрапом.
Бегло читаю написанное, пересказываю своими словами, комментирую:
– Единственный временной период вашей автобиографии, в котором концы с концами сходятся: после изгнания силами РККА и партизан «Омского правителя» из Сибири - Вы устроились на службу в уголовный розыск города Ейск и быстро пошли на повышение…
А далее пошла галимая «липа»:
– …Но одновременно, Вы через подставное лицо создали псевдо-кооперативную заготконтору «Рога и копыта» - нанеся урон государству в размере полутора тысяч миллионов рублей. Через другое подставное лицо, от имени «Добролёта» собирали деньги на строительство аэроплана «Ейский большевик» - с целью присвоения их в мошеннических целях, но главное…
Продолжительная театральная пауза – пусть помучается в догадках, и:
– …Вы создали подпольную антисоветско-контреволюционную организацию «Союз меча и анала», с целью свержения власти рабочих и крестьян.
Тут уж, имярёк не выдержав, соскакивает и вопиет:
– Это – чудовищная провокация!
Кулаком по столу и ору, давая понять, что игра в бирюльки закончилась:
– СИДЕТЬ, КОНТРА!!! МОЛЧАТЬ!!!
Немцы, довольно жёстко действуя, усаживают его назад на стул – от всей души добавив «заряд бодрости» под рёбра, а я помолчав, типа - успокоившись, продолжаю в очень суровом тоне:
– У меня нет оснований не доверять словам ейских товарищей из ГПУ, гражданин заговорщик. Ибо, перебравшись в Ульяновск после разоблачения в родном городе, Вы принялись за старое – за создание подпольной антисоветской организации. После этого, перешли к открытой террористической деятельности против представителей Советской власти – зверски убив Председателя Ульяновского волисполкома ВКП(б).
Захлопнув папочку, спрашиваю:
– Что на это скажите?
Спустя минуту, тот - прямо как в одном голливудском боевичке (не помню названия), пытается наглеть:
– Какие будут ваши доказательства?
Стараясь от показного удивления, поширше раскрыть свои очи:
– «Доказательства»? А какие доказательства Вы предъявляли командирам «Вагнера» Васильцеву и Купцову - которых уж неделя как, как мурыжите в подвале? По каким доказательствам ваши «заплечных дел мастера» угробили двух молодых комсомольцев из Нижнего Новгорода?
Тот:
– Доносы… Заявления граждан. А этих двоих задержали на месте преступления…
– «Заявления граждан»?! Так держите ответку!
Достаю из папки кучу от руки исписанных листов и бросаю на стол перед ним:
– Здесь, даже показания двух ваших «дуболомов» имеются – узнаёте почерк…?
Тот, только глянув на каракули одного из своих следователей-садистов, хватается за голову.
А я продолжаю:
– «На месте преступления»?!
Достаю из сейфа пачку бумаг (списки членов организации, инструкции на «ненанашим» языке, антисоветская литература и прочее тому подобное) и тычу ею ему в лицо:
– Всё это нашли при обыске в сейфе, ключи от которого имеются только у Вас…! Понятые Вам нужны? Вот Вам подписи понятых! Протокол обыска? Вот Вам протокол обыска!
Гражданин начальник, даже не читая - хватается за сердце и, обмякнув - пытается лишиться чувств. Однако, звонкая пощёчина от Фрица, возвращает его к суровой реальности сего говённого бытия.
– …Так что, перед известными компетентными органами Нижегородской губернии стоит лишь один вопрос – расстрелять Вас здесь, или предоставить это «удовольствие» чекистам Ейска.
Как бы раздумывая, несколько философски-спокойно:
– Как по мне – я бы экстрагировал Вас на вашу малую Родину. Но товарищ Жданов, узнав, что после убийства Анисимова ваша организация - планировала покушение на него, думает несколько иначе.
Остолбенел, остекленевшими глазами уставившись в одну точку…
***
После довольно затянувшейся паузы, с некоторым оттенком сочувствия, спрашиваю:
– Курите?
– Курю…
– Тогда закуривайте: как знать – когда ещё доведётся.
Когда тот крупными затяжками закурил, как будто перед смертью, обращаюсь к единственному понимающему по-русски немцу:
– Фриц! Выйди, тоже покури и дверь за собой хорошенько запри.
– Яволь, Шеф!
Когда тот скрылся из зоны доступа, доверительно обращаюсь к хозяину кабинета:
– Эти двое по-нашему – «нихт бельмес», разумеешь?
– Эээ… Да! Нет… Я не понимаю.
Перехожу на шёпот:
– Закон такой недавно вышел – «О сделке с правосудием» называется, слышал?