Чтение онлайн

— А куда? — вырвалось у неё.

— Так вы согласны, ан? — Кавалер радушно протянул руку.

— Нет, я… — Лара попятилась. Что это он сразу — к ней?

— Медиумы мне нужны. Всепогодная связь в полёте необходима, — убедительно пояснил кавалер.

— Карамо, — заскрежетал профессор, вмиг превратившись в озлобленного старца, — я не позволю уводить моих подопытных! Граф, я требую…

— Чёрт, я бы полетела, — вздохнула Безуминка. — Давно не была в небе. Видеть мир внизу, под облаками…

Но Бертон жёстко пресёк её мечтательные вздохи:

— Как директор школы, должен напомнить, ан, что по должности вы — наставница, и подчиняетесь лично мне. Ваш отпуск — в сезон сева, а не в урожай.

«Так и прокиснешь тут, в Гестеле… — приуныла Бези, стараясь не терять лица. — Ничего утешного — только на выходной поехать в городок, съесть пирожное и поглядеть, как поезда идут в столицу… в столицу… О, бессмертные звёзды, неужели я обречена учить всяких дурёх эфирной связи?..»

— Гере кавалер, возьмите меня! — расхрабрившись, подскочила Ласка.

— А кто это у нас с мокрым носом? — склонился Карамо. — А у кого покраснели глазёнки? Кое-кому надо лечиться.

Горько разочарованная, Ласка всхлипнула раз, другой, и заплакала. К ней, нежно хрюкая, полезла с утешениями Пата.

— Батюшка, если Ларита полетит, я отправлюсь с ней, — заявила Лисси. Стерпеть, что дочь мастерового будет участвовать в экспедиции, а ты — останешься?!. Блеск её синих очей и особый звон в голосе подсказывали, что Лис придётся посадить на привязь, иначе она улетит следом.

— Барышни! — В речи Бертона послышался рык дракона. — Осмелюсь заметить — треть часа тому назад вы мирно занимались с гере Картеретом и не помышляли ни о каких путешествиях. Вы отказались уезжать, дабы остаться здесь.

— Относительно мирных занятий, ваше сиятельство, — заговорила Эрита, — должна сказать, что испытания меня на грузоподъёмность немного затянулись. Под началом кавалера Карамо мы с ан Лисеной сможем проверить себя на скорость. В его учёности, надеюсь, нет сомнений?

— Всё-таки — куда мы полетим? — настаивала Лара.

Карамо неопределённо поднял взор к потолку:

— Паломничество по святым местам, в исторических целях.

— Граф, прошу вас запретить! — не унимался профессор.

— Какая будет зарплата? — Лара, рождённая и выросшая в порту, умела считать деньги.

— Сколько вы здесь получаете за опыты? — Карамо сразу перешёл на деловой язык.

— Пятьдесят лик в день.

— Плачу шестьдесят. — Собрав кассу с миру по нитке, Карамо не желал сорить деньгами.

«Ох ты!.. А кавалер прижимист. — Лара почуяла в восточном дворянине некую родственную жилку. — Ну-с, ваше благородие, поторгуемся! Я девчонка бедная, мне и платье красивое хочется, и башмачки, и шляпку».

— Авиаторам доплачивают за риск, — завела она коварно, с видом простоты. — Мы полетим на той же колбасе, нам тоже надо. Не пассажиры ведь…

Встряла Бези:

— Ласточка, ты что? будто выжига какая-то!..

Но Карамо принял торг и набавил:

— Семьдесят пять. В неделю это четыре унции с полтиной… Да, в храмин-день приплата — четвертак на милостыню и утехи.

— Харчи ваши. — Так батя договаривался с нанимателем, подряжаясь на большой ремонт кровли. Ларе однажды довелось послушать, — а память у медиумов прочная.

— Договорились.

— Рабочая одежда, инструменты — за ваш счёт.

Темноволосая скуластая девчонка всерьёз начала нравиться Карамо.

— И ещё, — ввернула Лара напоследок, — при расчёте каждой два червонца — премия за качество. По рукам? наше слово честное…

Карамо с уважением пожал тонкую, но сильную кисть кареглазки:

— Червонец. По рукам, при свидетелях. Слово чести!

Ларе почудилось, что в её бисерный кошелёк сыплется серебро и золото. Вот здорово! То унции считала, на две стопочки раскладывала — себе, маме, себе, маме, — а тут такой приварок! Можно отложить на обновки, на книги. Купить роман с картинками…

«Я взрослая. — Она гордо, прямо огляделась. — Сама подряжаюсь, честным словом, с благородным человеком. Это не хухры-мухры, в кафешантане петь…»

Пата вконец зализала Ласку; Хайта гладила девчушку, прислушиваясь к разговорам — возьмут с собой? не возьмут? тут забудут?.. Ласка вздыхала, понемножку успокаиваясь, но смотрела на старших, обиженно нахохлившись — значит, если малявка, то никому не нужна? Бросили. Надо скорее учиться читать. Шумно втянула носом — даже не взглянули. Взрослые, серьёзные, делом заняты.

— Граф, неужели вы отпустите свою дочь? — вертелся вокруг профессор. — Поглядите на него! Он же законченный авантюрист! Всё оставил в экспедициях — здоровье, состояние…

— Но каждый раз он возвращался с победой, — хмуро ответил Бертон.

— И ан Эрите вы позволите уехать?..

— Она — не моя собственность. Ей могут запретить только родители.

— Ну так используйте родительское право! Телеграфируйте Динцам в Гаген!

— Девочки, если вас оставят здесь, — громко посоветовала Бези, с наглостью глядя на Картерета, — отказывайтесь от опытов. Лучше койку пролёживать, чем… Ну? вы союз или нет?

Тут девицы, исключая зарёванную Ласку, дружно обступили графскую дочь, положили руки ей на плечи и задорным хором воскликнули:

— Темные Звёзды!

«Союз на клятве, — понял кавалер. — Вон как спелись, хоть из разных сословий».

— Ан-эквита, — с благодарным поклоном обратился он к Бези, — прошу составить список барышень, включённых в экспедицию.

— Непременно, сударь. Принести его вам лично? — лукаво улыбнулась девушка.

— Мне в кабинет, — холодно молвил граф, затем взял кавалера за локоть и повёл к «летучим сиденьям», шепча: — Турман, что за внезапные выдумки?.. Я не против путешествий, но с чего вам взбрело в голову завлекать моих учениц?