Ключи Пандоры
Шрифт:
Настил явно вел к тайному лазу. Никита заметил несколько окурков, один совсем еще свежий, и понял, что не ошибся. Он снова нырнул в камни и принялся карабкаться вверх, стараясь не потерять настил из виду. Закончился он утрамбованной площадкой, и Никита не сразу понял, что здесь и находится вход в шахту. Он прятался в тени под скальным карнизом среди огромных обломков скальной породы. Никита присел, оглянулся, затем ступил на площадку и быстро сфотографировал довольно узкий лаз, по которому человек мог пройти, только пригнувшись, и деревянный настил. Оказалось, что доски были не скреплены, а просто уложены в ряд между камней.
После этого он прокрался к самому входу, присел на корточки. Там царила кромешная тьма, и несло сыростью и холодом. Пригибаясь, он проник на несколько шагов внутрь и понял, что попал в штольню — узкую, с низкими сводами, которая под легким уклоном шла вниз. Она была проложена в кварце, Никита понял это по искрам, которые отбрасывали вкрапления слюды. По стенам сочилась вода, холодная капля упала за шиворот.
Внезапно послышались голоса, далекие и больше похожие на слабый рокот, что издает на камнях горный ручей. Никита насторожился и подался назад, но успел разглядеть где-то внизу крохотные пятнышки света. Они приближались, а неясный рокот распался на несколько голосов. И он понял, что нужно смываться.
Спускаться вниз оказалось сложнее, тем более ноги подкашивались от страха, и он несколько раз приземлился на пятую точку, сильно ударил локоть, но боль почувствовал лишь тогда, когда очутился возле трактора и затаился среди камней. И, как оказалось, вовремя. По настилу быстро спускался какой-то мужчина. Он подошел к трактору и откинул задний борт деревянного кузова. Затем повернулся, и Никита охнул про себя от неожиданности. Это был тот самый мужик, что возился у трактора возле магазина в Каменном Броде, а потом копался в моторе «Газели» недалеко от морга.
Никита сделал несколько снимков, впрочем, не слишком надеясь, что они будут удачными, но вспышкой воспользоваться побоялся. Вверху тем временем что-то загрохотало, раздались громкие крики вперемешку с матом, а доски настила заходили ходуном. Он вжался всем телом в камни. По настилу одна за другой цепочкой двигались темные человеческие фигуры в шахтерских касках с фонарями на лбу и толкали перед собой тачки, груженные обломками кварца. Давалось это с великим трудом. Тачки валились набок и тянули людей вниз. Те упирались ногами, клонились назад и матерились сквозь зубы. С грехом пополам, но тачки съехали вниз. Следом за людьми с тачками сбежали два крепких парня с дубинками в руках. И сразу подняли крик, тех, кто пытался присесть и перевести дух, вытянули дубинками и заставили подняться.
В этой суматохе Никита успел сделать несколько снимков, зафиксировав погрузку кварца в кузов трактора, самих людей — изможденных, оборванных, с черными лицами, на которых светились только глаза, и совсем не похожих на сытых обитателей Каменного Брода. На них больше смахивали тракторист и два ражих парня с дубинками. Никита не сомневался — то были охранники.
Прошло не меньше часа, наверно, прежде чем погрузка закончилась. Мельком скользнула мысль, что Юля уже извелась от страха и ожидания, но для мук совести не осталось времени. Люди с тачками потянулись вверх. Снова загрохотали доски настила. Охранники двигались следом, подбирали доски и прятали их среди камней. Часть же подняли на площадку перед входом. Когда последний «тачкист» скрылся в темном провале, закрыли его досками и, пользуясь ломами, привалили их огромными камнями. «Замуровали, демоны!» — некстати вспомнилось Никите, только сейчас ему было совсем не смешно.
Он перевел фотоаппарат в режим просмотра снимков через видоискатель и заглянул в окошечко. Увиденное его разочаровало. Фигуры людей были видны хорошо, и лаз в скале, и настил, и трактор, но вместо лиц — размытые, светлые пятна. Конечно, на большем экране детали смотрятся четче, но Никита решил не надеяться, переместился среди камней ближе к трактору и снова нажал на кнопку. И тут сработала вспышка — необыкновенно яркая в сгустившейся темноте.
Тракторист заорал как резаный и, вытаскивая на ходу пистолет, рванулся к камням. Сверху что-то закричали охранники. Никита, как заяц, сиганул в сторону и краем глаза отметил, что они скачками несутся по склону наперерез. Тракторист завалился в камнях и, видно, повредил ногу, потому что завопил от боли и громко выругался матом.
Одним преследователем стало меньше. Никита благополучно выскочил на дорогу и сразу взял неплохой старт. Дюжий охранник выбежал следом, запнулся, но, падая, успел выстрелить. Пуля вжикнула рядом, и Никита развил запредельную скорость. Он летел по разбитой дороге, едва касаясь земли. Позади слышались проклятия и топот. Но охранники не стреляли, видно, потеряли его из виду…
«Только бы не упасть, только бы не упасть!» — молил он на бегу. Горло саднило, сердце выскакивало из груди, еще немного, и легкие взорвутся от недостатка воздуха, который он не успевал глотать пересохшим ртом.
Он влетел в ворота, чудом не врезавшись в бетонный столб, и помчался к мертвому самолету. Кофр бил по спине, фотоаппарат, зажатый в руке, мешал бежать, тянул вниз килограммовой тяжестью.
Преследователи выскочили на плац, когда Никита был уже возле проема в заборе. Он услышал дикие крики за спиной, прыгнул на обрушенную панель…
И в этот момент раздался второй выстрел.
Глава 6
Когда ударил первый выстрел, Юля не сразу поняла, что это такое. Вдалеке глухо бахнуло, прокатилось эхом над лесом. Только тут она сообразила, что стреляют со стороны горы, и ее затрясло от страха. Она повернула ключ зажигания, но мотор, как назло не заводился. Выскочив из машины, Юля стукнула по капоту кулаком, выругалась, и мотор, словно испугавшись, заработал. Она ласково коснулась машины, устыдившись своей ярости: «Милая, не подведи!», и снова уселась за руль. Мотор работал ровно, а ее трясло от страха и неизвестности. Похоже, там, в темноте, убивали Никиту, а она ничем не могла ему помочь.
И когда она окончательно отчаялась, со стороны бывших бараков послышался шум, который вмиг разделился на громкие крики и ругань. Кто-то ломился напролом сквозь кусты.
«Только бы это был Никита! — взмолилась она мысленно и зашептала трясущимися от ужаса губами: Иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя…» — и осеняла себя крестом, не замечая, что плачет.
И почти сразу увидела его. Никита скачками миновал проем в заборе, прыгнул на бетонную плиту, и тотчас грянул выстрел.
Никита неловко взмахнул руками и рухнул вниз.
Юля вскрикнула, распахнула дверцу, но выскочить не успела. Никита рывком поднялся, но почему-то бросился в другую сторону. Юля вывернула руль, включила фары и, ломая кусты, направила машину за ним. Никита притормозил, метнулся навстречу и потянул на себя дверцу со стороны водителя.
— Пересаживайся! — заорал он.
Вид у него был совершенно безумный.
Она мигом перебралась на соседнее сиденье и не успела еще устроиться как следует, как он нажал на газ так, что «Тойота» зарычала и прыгнула вперед, как необъезженный мустанг. Никита отчаянно крутил руль, выбираясь на дорогу, и все оглядывался назад. Юля тоже обернулась и успела увидеть, как из-за деревьев выскочил мужчина и вскинул руку.