Чтение онлайн

—Да. Что нужно делать?

—То же, что и раньше — сопоставлять контакты, обращая внимание на то, о чем я тебе говорила: радиационное излучение, птицы или животные в непосредственной близости, религиозные запреты на медицинское вмешательство. Тебе понадобятся сводные таблицы первичных и вторичных.

— Пришлю за ними Колина, — решил Дануорти.

— Кстати, проверь заодно контакты Бадри четырех-шестидневной давности, на случай если вирус все же зародился у него. Инкубационный период в очаге возникновения может быть дольше, чем при передаче от человека к человеку.

— Этим пусть Уильям займется.

Он подвинул аппарат обратно сторожу, который тут же вышел из-за стойки и выпроводил гостя за ворота. Дануорти даже удивился, что сторож не побрел за ним до самого Баллиола.

От себя он сразу позвонил Полли Уилсон.

— Вы можете как-то проникнуть в систему управления сетью без доступа в лабораторию? Напрямую, через университетский компьютер?

— Не знаю. Университетский компьютер под защитой. Я могла бы попробовать пробить брешь или просочиться с баллиольского терминала. Надо посмотреть, что там стоит защитного. Вы уже нашли оператора, чтобы прочитал, если я пробьюсь?

— Как раз ищу. — Он отключился.

Вошел Колин, взять еще рулон скотча. С его куртки текло ручьями.

— Знаете, что пришло секвенирование и что вирус оказался мутантом?

—Да. Сбегай, пожалуйста, в лечебницу, забери у бабушки таблицы контактов.

Колин сгрузил стопку плакатов. «Берегитесь рецидива!» — предостерегал верхний.

— Говорят, это биологическое оружие, — поведал Колин. — Мол, вирус сбежал из какой-то лаборатории.

«Не из Гилкристовой, конечно», — подумал Дануорти с досадой.

— Ты не знаешь, где Уильям Гаддсон?

— Нет. — Колин скорчил гримасу. — Небось целуется с кем-нибудь на лестнице.

Уильям обнимался с одной из карантинных в буфетной. Дануорти попросил его установить передвижения Бадри с четверга по утро воскресенья, а также взять выписку с кредитного счета Бейсингейма за декабрь, сам же отправился обратно к себе обзванивать операторов.

Один протягивал сеть для кафедры XIX века в Москве, двое других уехали кататься на лыжах. Остальных не оказалось дома, или они, предупрежденные Эндрюсом, просто не подходили к телефону.

Колин принес таблицы. Там царил хаос. Никто даже не пытался как-то сопоставить данные (за исключением тех, что касались Америки), и число контактов просто зашкаливало. Половина первичных побывала на танцах в Хедингтоне, две трети ходили по магазинам, и все, кроме двоих, ездили на метро. Легче иголку найти в стоге сена.

Полночи Дануорти проверял религиозную принадлежность и отмечал совпадения. Сорок два — англикане, девять — реформисты, семнадцать — невоцерконленные. Восемь — студенты Шрусбери, одиннадцать стояли в «Дэбенхеме» в очереди к Санта-Клаусу, девять работали на раскопках у Монтойи, тридцать делали покупки в «Блэкуэлле».

Двадцать один человек пересекался также по крайней мере с двумя из вторичных, а Санта-Клаус из «Дэбенхема» контактировал с тридцатью двумя (со всеми, за вычетом одиннадцати, в пабе после смены), но со всеми первичными без исключения виделся только Бадри.

Утром Мэри — в СЗК, но без маски — привела больных, не поместившихся в лечебнице.

— Койки готовы?

—Две палаты по десять мест.

— Хорошо. Мы займем все.

Пациентов отвели в полевой лазарет, уложили на раскладушки и поручили заботам практикантки, крутившей шашни с Уильямом.

—Лежачих привезем, как только освободится «Скорая», — предупредила Мэри, идя вместе с Дануорти обратно к воротам колледжа.

Дождь прекратился совсем, небо посветлело, будто обещая проясниться.

— Когда привезут аналог? — спросил Дануорти.

—Дня через два, не раньше.

Они дошли до ворот, и Мэри остановилась в арке.

— Когда все это закончится, я отправлюсь куда-нибудь по сети. В какое-нибудь столетие, где нет эпидемий, где не надо ждать и волноваться или торчать беспомощно рядом, не в силах ничего поделать. — Она пригладила седые волосы. — В какую-нибудь страну, которой далеко до десятки. Только ведь такой не существует, — улыбнулась она. — Да?

Дануорти подтвердил.

—Я тебе рассказывала про Долину царей?

—Ты говорила, что вы туда поехали в Пандемию.

Мэри кивнула.

— Каир закрыли на карантин, поэтому домой мы вылетали из Аддис-Абебы, и по дороге туда я сунула таксисту на лапу, чтобы он отвез нас в Долину царей посмотреть на могилу Тутанхамона. Безрассудство, конечно. Пандемия уже добралась до Луксора, и мы едва не угодили в карантин. В нас дважды стреляли. — Мэри покачала головой. — Нас могли убить. Сестра отказалась вылезать из машины, а я спустилась по лестнице, подошла к двери в усыпальницу и подумала: «Вот так, наверное, все было, когда ее откопал Картер».

Она смотрела сквозь Дануорти, вспоминая.

— Гробница, когда они до нее добрались, оказалась запечатана, и им пришлось дожидаться разрешения от властей на вскрытие. Картер пробил дыру в преграде и посмотрел внутрь, поднеся свечу, — рассказывала Мэри слегка осипшим голосом. — Карнарвон спросил: «Видите что-нибудь?» «Да, — ответил Картер. — Удивительные вещи».

Мэри прикрыла глаза.

— Никогда не забуду, как стояла у этой запертой двери. Я и сейчас отчетливо ее вижу. Может, туда и отправлюсь, когда все закончится. В момент вскрытия гробницы Тутанхамона.

Мэри выпрямилась, высовываясь из-под арки.

— Опять дождь, ну что ты будешь делать... Мне надо обратно. Тяжелых пришлю, как только освободится «Скорая». — Она пристально посмотрела на Дануорти. — Ты почему без маски?

— У меня от нее очки запотевают. А ты почему?

— Их мало осталось. Т-клеточное вкололи?

Дануорти покачал головой.

— Некогда было.

— Найди время. И маску носи. Если заболеешь, Киврин от тебя никакой пользы не будет.

«Ей от меня и так никакой пользы, — подумал Дануорти, возвращаясь в корпус. — В лабораторию попасть не могу, привезти оператора в Оксфорд не могу, Бейсингейма не нашел». Он стал размышлять, с кем еще можно связаться. Все агентства, рыболовов-инструкторов и прокаты лодок в Шотландии он уже обзвонил. Нигде никаких следов. Наверное, Монтойя права, и Бейсингейм вовсе не в Шотландии, а где-нибудь в тропиках с женщиной...