Чтение онлайн

Мэннинг незаметно покачал головой, и только тренированный глаз мог подметить этот его жест. Один-ноль в пользу первой леди.

Закрыв свою папочку, Бойл откинулся на спинку сиденья и наградил меня взглядом, который мог бы испепелить меня на месте. Ага, и тут я виноват.

Мы приближались к месту назначения, и Мэннинг молча уставился в светло-зеленое пуленепробиваемое стекло своего окна.

— Кто-нибудь знает, что сказал Кеннеди за три часа до того, как его застрелили? — поинтересовался он со своим лучшим массачусетским акцентом. — Знаете , прошлой ночью президента можно было запросто пристрелить.

— Ли! — упрекнула его первая леди. — Видите, с чем мне приходится иметь дело? — добавила она, с деланным смехом обращаясь к Калиноффу.

Президент взял ее руку и легонько пожал, бросив взгляд в мою сторону.

— Уэс, ты захватил подарок, который я припас для мистера Калиноффа?

Я принялся рыться в своем кожаном портфеле, магическом мешке со всякими хитроумными штучками, не отрывая взгляда от Мэннинга. Он коротко кивнул и почесал запястье.

«Не давай ему заколку для галстука… ищи другой, большой подарок».

К этому времени я уже более семи месяцев занимал должность его помощника. Я делал свою работу хорошо, поэтому нам не нужны были слова. Мы с ним сидели в одном окопе и понимали друг друга с полувзгляда. И я не мог не улыбнуться.

Как оказалось, это была моя последняя широкая улыбка. Через три минуты первая пуля снайпера разорвет мне щеку, мимоходом уничтожив столько нервных окончаний, что мое лицо никогда уже не будет таким, как раньше.

«Именно так, эти самые», — кивнул мне президент.

Из своего переполненного портфеля, в котором находилось все, что могло когда-либо понадобиться президенту, я извлек пару официальных президентских запонок и передал их Калиноффу, который наслаждался каждой долей секунды, проведенной на своем складывающемся, жарком и очень неудобном сиденье.

— Представляете, они настоящие, — заявил ему президент. — Так что не стоит выставлять их на аукцион в Интернете.

Это была та же самая шутка, которой он всегда сопровождал очередное вручение запонок. Мы все еще смеялись над ней. Даже Бойл, который начал растирать себе грудь, тоже улыбнулся. Нет лучшего положения и места, чем смеяться только вам понятной шутке вместе с президентом Соединенных Штатов Америки. И четвертого июля в Дайтоне, штат Флорида, когда вы влетаете на легендарный трек автомобильных гонок «Пепси-400 НАСКАР» [2] под команду стартера «Джентльмены, заводите моторы!» в мире не было лучшего заднего сиденья, чем наше.

Прежде чем Калинофф успел рассыпаться в благодарностях, лимузин остановился. Слева от нас замелькали красные вспышки — это вперед выскочили полицейские мотоциклисты с включенными сиренами. Совсем как в похоронной процессии.

— Только не говорите мне, что они перекрыли дорогу, — сказала первая леди. Она страшно не любила, когда для проезда президентского кортежа останавливали движение, потому что знала, что попавшие в эту пробку автомобилисты никогда не будут голосовать за нас.

Автомобиль медленно прополз вперед еще несколько футов и замер.

— Сэр, сейчас мы въедем на трек, — раздался с первого сиденья голос старшего группы. Снаружи бетонная пустыня взлетных полос аэропорта быстро сменилась бесконечными рядами навороченных автомобильных боксов.

— Подождите… мы что же, выезжаем на трек? — внезапно заволновался Калинофф. Он заерзал на месте, пытаясь разглядеть происходящее снаружи.

Президент ухмыльнулся.

— Неужели вы подумали, что мы всего лишь заказали пару мест в первом ряду?

Колеса подпрыгнули на металлической плите, которая лязгом напомнила мне непригнанную крышку смотрового колодца. Бойл все сильнее растирал себе грудь. В воздухе раздался негромкий рокот.

— Это что, гром? — спросил Бойл, поднимая глаза к ясному голубому небу.

— Нет, не гром, — ответил президент, прижимая руку к пуленепробиваемому стеклу и глядя, как собравшиеся на стадионе двести тысяч зрителей вскочили на ноги, размахивая транспарантами, флагами и руками. — Аплодисменты.

— Леди и джентльмены, президент Соединенных Штатов! — проревел из громкоговорителей системы местного оповещения голос распорядителя.

Резкий поворот направо заставил нас наклониться в сторону, и лимузин выкатил на гоночную дорожку, представлявшую собой самое большое и идеально забетонированное шоссе, которое я когда-либо видел.

— Хорошие у вас здесь дороги, как я погляжу, — обратился президент к Калиноффу, откидываясь на спинку роскошного сиденья с кожаной обивкой, сделанного по его фигуре.

Итак, все, что нам оставалось, это с пышной торжественностью обставить свой выход. Если мы этого не сделаем, то все двести тысяч болельщиков, собравшихся на стадионе, плюс десять миллионов телезрителей, наблюдавших за действом из дома, плюс еще семьдесят пять миллионов любителей гонок НАСКАР по всей стране станут рассказывать своим друзьям, соседям, родственникам и незнакомым людям в супермаркете о том, что мы пришли принять обряд крещения и высморкались в сосуд со святой водой.

Но ведь именно для этого мы и привезли с собой кортеж. Нам не нужны быливосемнадцать автомобилей. Взлетно-посадочная полоса аэропорта Дайтоны располагалась фактически по соседству с гоночным треком. Здесь не было светофоров. Можно было не опасаться пробок на дорогах. Но на глазах у всех… Вы когда-нибудь видели президентский кортеж на гоночном треке? Это бурный восторг Америки, переходящий во всеобщее и мгновенное помешательство.

Теперь мне было все равно, насколько мы оторвались от конкурентов. Один круг по стадиону, и можно будет заказывать места на процедуру инаугурации.

Сидевший напротив Бойл, похоже, ничуть не разделял моего энтузиазма. Скрестив руки на груди, он по-прежнему ни на миг не отводил взгляда от президента.

— Вы и звезд сюда притащили, а? — заметил Калинофф, когда мы прошли последний поворот и увидели небольшую толпу встречающих, состоящую из пилотов гонок НАСКАР. От многоцветного калейдоскопа их комбинезонов, украшенных рекламными лозунгами, рябило в глазах. Впрочем, его неопытный взгляд наверняка не обратил внимания на дюжину «членов команд», стоявших в несколько более напряженных позах, чем остальные. У некоторых на спине виднелись рюкзаки. Другие держали в руках кожаные сумки. Все, как один, носили темные солнцезащитные очки. А один еще и говорил что-то, обращаясь к собственному запястью. Секретная служба.