Чтение онлайн

Сестру, чтобы скрыть смущение, пусть и от невольной лжи, я поцеловал бы, подругу – обнял. С Дженни мы были близки – но по-другому. Поэтому я просто улыбнулся ей и пошел умываться и переодеваться.

Хороший коньяк пах виноградом и, казалось, возвращал свет камина солнечными лучами. Я крепко сжимал пузатый бокал и с удовольствием глядел на Дженни – ее раскрасневшееся лицо освещали сполохи пламени, зеленые глаза горели колдовским огнем.

– В субботу – бал, – напомнил я. Мысль о предстоящем вечере доставляла мне удовольствие. – Уверен, ты затмишь всех. От кавалеров отбоя не будет.

– Каждый будет пытаться познакомиться? – фыркнула девушка.

– Почему пытаться? Ты ведь будешь со мной – поэтому они будут просить меня, чтобы я представил их тебе. И просить разрешения на танец. Хочешь – можешь танцевать с теми, кто тебе понравится. Не хочешь – только со мной.

– А тебе бы как хотелось?

Я на мгновение задумался.

– Ты приехала ко мне в гости, и любое твое желание – закон. Поэтому поступай так, как тебе нравится.

– И все же?

– Любой мужчина – собственник. Такова наша природа. Мы пытаемся получить все – и контролировать все. Независимо от того, нужно нам это или нет. Полагаю, так. Я ответил не очень обще?

Дженни улыбнулась, пригубив коньяк.

– Может быть, и очень… Но настаивать на более конкретном ответе я не стану. Пожалуй, не стоит представлять меня никому.

– Вообще никому?

– Да.

– А как же знакомства? Общение?

– Пообщаюсь в другой раз. А на балу буду только смотреть. К тому же я не слишком люблю танцевать.

– Хорошо. Как скажешь.

Перспектива ходить с интересной девушкой и отгонять от нее всех по поводу и без, подобно ревнивому мужу, меня не слишком вдохновляла. Но желание женщины – закон.

Тишину нарушал только треск дров в камине. Я не включил новости сразу, а сейчас было лень вставать. Дженни, похоже, тоже не горела желанием смотреть телевизор. Она задумчиво глядела на огонь, иногда переводила глаза на меня.

– Ты не думай, что у нас каждый день такое на улице творится, – зачем-то попытался оправдаться я.

– Это я во всем виновата, – совершенно неправильно поняла меня Дженни. – Потащила тебя в трущобы на ночь глядя. И ладно бы, у меня на самом деле имелся какой-то план. Просто хотела поглазеть. Вот и получила развлечение.

– Гражданин России может свободно перемещаться по своей стране – если он не нарушает границ частной собственности и охраняемые государством объекты. Поэтому мы можем ходить там, где нам нравится, в любое время суток. Ты ни в чем не виновата. Наоборот – виноват я, что не смог защитить тебя в полной мере. Что ты испытала кое-какие неудобства.

– Ты говоришь, как с кафедры. – Дженни произнесла это без раздражения – просто констатируя факт.

– Может быть, – кивнул я. – И в школах, и в специальных учебных заведениях, и в университетах очень много внимания уделяется воспитанию. В том числе и правовому. А того, кто не знает своих прав и не уважает чужих, учит жизнь. Порой весьма жестоко.

– Смертью?

– Бывает и так. Социально непригодный человек должен умереть, чтобы жили другие, – это правило естественного отбора.

Девушка откинулась на спинку кресла, подобрала под себя ноги. Взгляд ее стал задумчивым.

– Два континента – две системы жизненных ценностей, – вздохнула она. – И все-таки в Европе ведь нет дуэлей? А живут они не хуже вас.

– Но в космос первыми полетели мы. – Я не смог удержаться от констатации столь приятного для России факта.

– А атомное оружие есть и у Германии, и у Великобритании, и у Франции.

– И у Америки с Китаем. Но не обладание атомной бомбой делает страну могущественной. Мы сильны экономически.

– А уровень жизни выше в Америке.

– По вашим подсчетам…

Возражая, я все же не мог опровергнуть Дженни в полной мере. Слишком много налогов мы платим, слишком масштабные национальные проекты реализуются. И армию мы вынуждены содержать значительно большую, чем американцы, которых защищают океаны. К тому же у нас холоднее – тривиально, но никуда от этого факта не денешься. Дома приходится строить с толстыми стенами и коммуникациями для обогрева, дороги разрушаются под действием перепадов температур, граждане вынуждены покупать теплую одежду… Расходы, расходы, расходы, которые покрывает только богатство земных недр. Но полезных ископаемых немало и в Соединенных Штатах.

– Пора спать, наверное. – Дженни улыбнулась мне так, что по спине пробежали мурашки. «Р» в слове «наверное» она опять произнесла по-английски, хотя днем разговаривала практически без акцента. – Что мы будем делать завтра с утра?

– Я хотел предложить тебе погулять по городу. Где-нибудь в центре. Потом – видно будет.

– Жаль, что бал еще не завтра. Его, ты говорил, устраивает глава управы? Это мэр города?

– Нет, глава одного из городских районов. Впрочем, он почти мэр. Район очень большой.

– Как его зовут?

– Константин Леонидович Щеглов. Очень достойный человек.

– Бал будет у него дома?

– Нет, в Доме офицеров. Он выступает организатором – мероприятие государственное, но кто-то ведь должен за него отвечать? Каждый раз поручать все заботы мэру неправильно. Главы районов, некоторые богатые промышленники по очереди организуют такие мероприятия, ищут источники дополнительного финансирования, чтобы все проходило по высшему разряду и не ограничилось только поздравлениями. Нужно нанять музыкантов, купить продукты, организовать обслуживание. А строить в каждом доме бальный зал – это чересчур. Для всех мероприятий вполне достаточно общественных помещений – их немало.

– Погулять по городу, когда на тебя не нападают, – это хорошо, – почти сонно протянула Дженни, поднимаясь с кресла. – Пойдем, проводишь меня до спальни.

– Боишься одна в большом доме? – улыбнулся я.

– Может быть, и боюсь…

Мы прошли по полутемному коридору, остановились у дубовой двери.

– Спокойной ночи, – шепнула девушка, приподнимаясь на цыпочки и целуя меня в щеку.

– Приятных снов. – Я слегка обнял ее. И когда отпустил, она отстранилась не сразу.