Когда Пора Отступиться
Шрифт:
Затем девочка исчезла в гараже.
Райли побежала за ней и вошла внутрь.
Внутри гараж был ещё больше и темней, чем вчера, как огромный заброшенный склад.
Райли нигде не видела Эприл.
– Эприл, где ты? – закричала она.
Голос Эприл отозвался эхом:
– Я здесь, мам.
Райли не понимала, откуда раздаётся голос.
Она медленно повернулась, вглядываясь в кажущуюся бесконечной темноту.
Наконец, включился свет.
Райли застыла в ужасе: прямо перед ней с потолочной балки висела девочка на пару лет старше, чем Эприл.
Она была мертва, но глаза её были открыты и смотрели прямо на Райли.
Вокруг девочки на столе и на полу были разбросаны сотни фотографий в рамках, на которых была изображена девочка и её семья в разные годы.
– Эприл! – закричала Райли.
Ответа не последовало.
Райли проснулась и села на диване, как ужаленная, от ночного кошмара пульс у неё зашкаливал.
Она едва удержалась, чтобы не закричать что есть сил: «Эприл!»
Но она знала, что Эприл спит наверху.
Вся семья спала – кроме неё.
«Почему мне приснился такой сон?» – гадала она.
Ей потребовалось не больше мгновения, чтобы узнать ответ.
Она поняла, что её инстинкты наконец включились.
Теперь она знала, что Эприл была права: в смерти Лоис что-то не так.
И она должна выяснить, что.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Когда Райли вылезла из машины в Колледже Бярс, у неё по спине пробежал холодок. Причиной тому была не только погода, не отличавшаяся теплом: аура школы была неизъяснимо недружелюбной.
Осматриваясь, она дрожала всем телом.
Студенты ходили по кампусу, плотно укутавшись от холода, торопясь добраться до зданий и едва разговаривая друг с другом. Никто не выглядел довольным.
«Ничего удивительного, что здесь подросткам хочется покончить с собой», – подумала Райли.
Во-первых, место выглядело так, будто принадлежит прошлому веку. Райли показалось, что она перенеслась назад во времени. Старые кирпичные здания были в превосходном состоянии, как и белые колонны: пережитки времени, когда в таких местах обязательно были колонны.
Похожий на парк кампус был впечатляюще огромным, учитывая, что находился он в столице страны. Конечно, это Вашингтон разросся вокруг него за почти два столетия существования колледжа. Маленькая, эксклюзивная школа процветала, подготавливая выпускников, которые после этого добивались успеха в самых престижных университетах страны, а затем занимали влиятельные позиции в бизнесе и политике. В таких школах студенты устанавливали важные связи, которые поддерживали потом всю жизнь.
Естественно, для семьи Райли учёба здесь была слишком дорогой – даже, считала она, с поддержкой стипендии, которую иногда давали блестящим студентам из многообещающих семей. Не то чтобы она вообще хотела бы отправить сюда Эприл. Да, кстати, и Джилли.
Райли вошла в здание администрации и нашла кабинет декана, где её приветствовала строгая секретарь.
Райли показала женщине значок:
– Специальный агент Райли Пейдж, ФБР. Я вам звонила сегодня.
Женщина кивнула.
– Декан Отри ожидает вас.
Секретарь ввела Райли в огромный, сумрачный кабинет, стены которого были обшиты панелями из тёмного дерева.
Изысканно одетый мужчина преклонных лет встал из-за стола, чтобы поприветствовать её. Он был высоким, с серебристыми волосами, на нём был надет дорогой костюм-тройка и галстук.
– Агент Пейдж, я полагаю, – сказал он с холодной улыбкой. – Декан Уиллис Отри. Присаживайтесь.
Райли села перед его столом. Отри тоже уселся и повернулся на кресле.
– Я не уверен, что понимаю цель вашего визита, – сказал он. – Это как-то связано с безвременной кончиной Лоис Пеннингтон, не так ли?
– Вы говорите о её суициде, – проговорила Райли.
Отри кивнул и сложил руки домиком.
– Едва ли это можно назвать делом для ФБР, по моему мнению, – сказал он. – Я звонил родителям девочки, чтобы выразить им искренние соболезнования от имени школы. Они, конечно, подавлены. Всё это такое несчастье. Но, похоже, у них нет особенных вопросов.
Райли поняла, что должна тщательно выбирать слова. Она приехала раскрывать не порученное ей дело – на самом деле, её начальство в Квантико вовсе не одобрило бы её визит. Но возможно, ей удастся сделать так, чтобы Отри этого не узнал.
– Другой член семьи выразил недоверие, – сказала она.
Райли решила, что нет нужды уточнять, что она имеет в ввиду сестру-подростка Лоис.
– Какое несчастье, – повторил декан.
«Ему как будто нравится это слово», – подумала Райли.
– Что вы можете рассказать мне о Лоис Пеннингтон? – спросила она.
Отри принял скучный вид, его мысли, по-видимому, блуждали где-то далеко.
– Что ж, ничего такого, что её семья не успела бы вам рассказать, я в этом уверен, – сказал он. – Я не был знаком с ней лично, но…
Он повернулся к компьютеру и что-то ввёл.
– Судя по всему, она была совершенно обычной первокурсницей, – сказал он, глядя на экран. – Достаточно хорошие отметки. Никаких сообщений о чём-то неподобающем. Хотя я вижу, что ходила к психологу по причине депрессии.
– Но она не единственная студентка вашей школы, кто покончил с собой в этом году, – заметила Райли.
Выражение Отри немного потемнело. Он промолчал.
Перед отъездом Райли вкратце изучила два самоубийства, упомянутых Тиффани.