Чтение онлайн

Олби был среднего роста, возрастом, как Кофман, но более худощав, и не очень приметен, что было хорошо. Мы поздоровались.

В галерее было небольшое кафе, и наша компания переместилась в него. Женщины сели на диван и что-то принялись обсуждать, а мужчины расположились за длинным столом, на котором стояли бутылки с напитками.

— Я считаю, что выставка удалась, — обратился я к Филу.

— Спасибо, надеюсь, что мои вложения стоят того.

— Не прогадаешь, впрочем, как всегда, — подержал меня Стив. — Что планируешь дальше?

— Часть картин повешу дома, а здесь будет частная коллекция.

Пока мы сидели, к нам подходили знакомые Фила и художника. Фил знакомил меня с ними, сообщая, что идея принадлежит мне, а я с удовольствием знакомился, потому как становился вхож в круг, где информацию можно было получить из простого разговора, который иногда принимали за слухи.

Брукс, Кофман и Олби сидели справа от меня и вели свой разговор, точнее Кофман и Олби, Брукс, молча, слушал или делал вид.

— Нет, Алэн, что-то здесь не стыкуется, — произнес Олби.

— Все стыкуется, — возразил Кофман. — Надо подождать. Нет полной информации, чтобы принимать решение.

— Информация о возможных инвестициях всегда завязана на политику государства в том или ином регионе. Акции могут резко отреагировать.

— Всему свое время.

Я понял, что Олби работает над поставленной задачей, проявляя повышенный интерес к вопросам, которые относились к ведомству сенатора, а значит, были нацелены на регионы, где интересы США и России могли пересекаться.

Брукс встал, направился к жене и что-то ей сказал, после чего она попрощалась с женщинами, он подошли к нам и, сообщив, что уходят, вышли. После ухода четы Бруксов, я выждал минут пятнадцать и вместе с Ритой попрощался с хозяевами, после чего мы также ушли. Проводив Риту на такси до дома, я вернулся в свою квартиру. Теперь я знал, что операция идет.

Около полудня из подземного гаража дома, где жили сотрудник русской миссии ООН выехал «понтиак». Едва он чуть удалился от дома, от обочины в том же направлении отъехал «форд». «Понтиак» ехал по улицам, меняя направления, так что было сложно понять, куда он направляется.

— Не подъезжай близко, — сказал мужчина в «форде» водителю. — Он проверяется, значит, едет на встречу. Это Сергей Никифоров. Второй, — произнес он в рацию, — возьмите под наблюдение «понтиак», я отхожу.

«Форд» чуть притормозил и когда мимо проехал «олдсбомиль», свернул в ближайшую улицу. «Понтиак» покружив по улицам, припарковался не далеко от железнодорожной станции Jamaica. Из машины вышел мужчина и направился к станции. Спустившись на лифе на островную платформу, он прошел к информационному табло. Желтый кейс, что держал в руке, поставил на пол рядом с собой.

Вскоре подошла электричка, и пассажиры высыпали на платформу, устремляясь к выходу. Один из пассажиров подошел к информационному табло и остановился рядом с уже стоящим там мужчиной. В руке у него был такой же желтый кейс, который он поставил рядом с уже стоящим.

— Разделите часть средств. Часть отдайте Томасу, его группа будет на подхвате для финансирования вброса в прессу информации, когда потребуется. Часть для вас для работы в Вашингтоне.

— А если в Вашингтоне не получиться?

— Не надо лезть напролом. Сами знаете, намекните, запишите разговор, это уже достаточно, раз такая тема о лояльности при принятии решений обсуждается.

Разговаривали они тихо, так что со стороны могло показаться, что каждый сам по себе. После этого тот, что пришел первым, подхватил «чужой» кейс и вошел в вагон подошедшей электрички. Другой, взяв, оставшийся кейс, направился к выходу.

Следом за ним направился человек, который до этого смотрел расписание на другой стороне платформы.

Выйдя на улицу, мужчина остановил такси, и когда оно отъехало от станции, следом направилась машина, в которую сел тот, кто вышел следом за ним со станции.

— Разговор записали?

— Да.

— Куда делся Никифоров?

— Сел в поезд. Они обменялись кейсами. А это кто?

— Этот нам знаком. Это Олби Крафт из Вашингтона, нам передали о нем информацию, что он выехал в Нью-Йорк.

Разговор происходил в машине, что следовала за такси, и вели ее сотрудники ФБР. Такси остановилось на Манхэттене около не большого отеля, Олби вошел в отель, а машина с сотрудниками проехав мимо, припарковалась у обочины.

— Пришли кого-либо проверить в отель, надолго ли остановился Олби, — сказал сотрудник в рацию и назвал отель и улицу. — Мы пока здесь, подождем.

Вскоре на смену прибыла другая машина.

Олби вышел из отеля около шести часов вечера. Кейс был в его руке, он прошел до остановки и сел в первый же подошедший автобус. Машина слежения двинулась за ним. Через две остановки, Олби вышел и спустился в метро, агент слежения, выйдя из машины, направился также в метро.

Олби спустившись в метро, прошел через турникет и вышел на платформу. Он не делал никаких попыток сесть в поезда, не делал попыток в последний момент, когда закрываются двери заскочить в вагон, он просто стоял. За это время прошло несколько поездов и можно было заметить, остался ли кто на платформе, с того момента, как он вошел. Он делал вид, что кого-то ждет, всматриваясь в пассажиров, выходящих из вагонов. Постояв немного, он взглянул на часы, и словно не дождавшись, быстро направился к другому выходу из метро.