Чтение онлайн

По нашему краю ползали черные тени. Много теней. Парень попытался их посчитать, но, насчитав тридцать семь, сбился. А тени ползали и ползали, таская за собой тяжелые рюкзаки. От штыков саперных лопат отражался лунный свет. Выкопав ямку, тени приподнимались, доставая из рюкзаков тяжелые кругляши, и опускали их в землю. От металлических кругляшей тоже отражался тусклый лунный свет. Закопав кругляш, тень переползала на другое место и все повторялось.

«Мины устанавливают, противотанковые, — догадался Мишка. — И ставят подальше от себя, по нашему краю, уроды… Небось, и пехотные тоже насуют, сволочи…»

Уже собравшись спуститься, он замер. По краю леса, явно прочесывая его, прошли две четверки фрицев. Шли они цепью, на расстоянии пары метров друг от друга, скрытно. Один шел по краю поля, второй по кромке леса, а двое других — на небольшом отдалении.

Пропустив первых четверых, Мишка, оглядевшись, спустился на пару метров, и услышал тихую немецкую речь. Следом шла еще одна четверка, но уже углубившись на пару метров в лес. Замерев, парень пропустил и их. Дав им отойти подальше, подросток тихо спустился с дерева, и, оглядываясь и сторожась, шарахаясь от каждой тени, пошел короткими перебежками к ребятам.

Нашел он их довольно быстро — все-таки ходить, не оставляя следов, они не умели. Но Мишку привлекли и другие следы, оставленные сапогами на рубчатой подошве. Следов было много, и в том направлении, в котором вели следы детей, их было особенно много.

Присмотревшись получше, парень наморщил лоб. «Стоянку они тут устраивали, что ли? Но шума, криков не было, значит, ребят не нашли. Может, я ошибся и не там их ищу? Следопыт из меня…» Оглядевшись, Мишка тихонько свистнул.

Притаившиеся в елочках ребята услышали тихий свист.

— Миша! — позвала девочка вполголоса. Через пару минут Мишка сидел рядом.

— На поле немцы. Много. Минируют, — коротко сообщил он. — Надо уходить. Быстро, но тихо. Полинка спит?

— Спит. В лесу тоже немцы. Я насчитала восемь, но их могло быть и больше, — также поделилась новостями Тамара.

— Как ты их считала, если не шевелилась? — влез Колька. — Ты же их не видела!

— Зато слышала прекрасно! А ты нет? — огрызнулась сестра.

— Ты их что, по голосам считала, что ли? — Колька пытался выпустить пар насмешками над сестрой.

— По струйкам! — огрызнулась Томка.

— Цыц! — шикнул на них Мишка. — Потом ругаться будете! А ты молодец, Тома. Думаю, правильно посчитала. Они четверками ходят, лес прочесывают. Тут, видимо, две четверки сошлись. То, что они по лесу бродят, плохо. А куда пошли, поняла?

— Туда, — махнула рукой Тамара в направлении, в котором ушли фрицы.

— Плохо… — задумался Мишка.

— Почему? — спросила Тамара.

— Там наша сторона. Нам туда надо. Можем нарваться на них. И пересидеть тоже… Когда они обратно возвращаться станут? — Мишка, потирая подбородок, искал выход. Нет, будь он один, он бы точно прошел, но ребята… Их же не бросишь. А протащить мимо немцев такую компанию… Ну, это только если фрицы абсолютно слепые и глухие, что вряд ли. Снова делать крюк? Не вариант. Слишком велики шансы заблудиться. Да и время… Черт, хоть и правда бросай их тут!

А что, если… не обходить фрицев, а пройти прямо у них под носом? По перелеску? Мозг у Мишки судорожно заработал. Если обнаглеть и пройти за кустами? Если что, в них можно залезть и отсидеться. По темноте могут и не заметить. Главное, пройти тихо и быстро. А вот с этим беда… Тихо — это определенно не про Колю и Полинку. А быстро… Мишка покосился на раздувшуюся ногу Тамары. Блин… Надо же было так упасть! Причем на ровном месте! Смогут или нет?

— Тамара, ты идти сможешь? — тихо спросил Мишка.

— Я постараюсь, — прошептала девочка.

Мишка закусил губу. Ей бы ногу перетянуть… О! А это он может!

Мишка стянул с себя рубаху, надорвал край и оторвал широкую полосу. Треск ткани, раздавшийся в тишине, был оглушительным. Ребята замерли, прислушиваясь. Тишина… Облегченно выдохнув, Мишка, надкусив шов, оторвал вторую полосу, сзади.

— Давай сюда ногу, — прошептал он.

Обмотав девочке ногу потуже, он закрепил край повязки.

— Попробуй встать. Только тихо, — прошептал парень.

Девочка поднялась. Попробовала идти. Прихрамывала, морщилась, кусала губу, но шла.

— Так гораздо лучше, спасибо! — прошептала Тамара. — А как мы пойдем? Навстречу немцам?

— Практически. Мы пойдем прямо у них под носом, по перелеску. Должно получиться, — прошептал Мишка в ответ. — Только идти надо очень быстро и тихо. Главное, тихо. Слышишь, Коля?

— Слышу, — проворчал мальчишка.

Мишка только вздохнул.

— Том, Полинку, может, разбудить? Не дай Бог, проснется, испугается и заплачет, или мамку звать примется, — глядя на девочку, серьезно спросил Мишка. — Тогда нам точно конец всем.

— Все равно ее нести… Лучше пусть спит. Меньше шансов, что капризничать начнет, — серьезно ответила Тамара.

— Ну смотри… Если что… — Мишка серьезно взглянул в глаза девочки. Та, ответив ему прямым взглядом, кивнула.

Следующие три часа Мишка помнил плохо. Они шли по перелеску, скрываясь за кустами, согнувшись в три погибели. Шли быстро. Тамара молчала, только иногда, когда Колька пытался идти с ней рядом, отвешивала ему подзатыльники и молча указывала себе за спину. Полинка спала. Каждый раз, когда девочка во сне вздыхала или начинала вошкаться у него на руках, у Мишки замирало сердце, и он, прижимая ребенка к себе покрепче, шептал: «Спи, маленькая, спи… Баю-бай, баю-бай!»

Казалось, этот лес никогда не закончится. Шли из последних сил. Руки у Мишки устали и сильно болели, он их уже практически перестал чувствовать. Тамара хромала все сильнее и сильнее, слезы давно промыли светлые дорожки на грязных щеках девочки. Губа была искусана до мяса, и тонкая струйка крови запеклась на подбородке. Но девочка молчала и шла.

Они шли и шли… До тех пор, пока перед Мишкой, словно черт из табакерки, не выскочил давно срисовавший их часовой и не двинул прикладом Мишке в спину. Обратным движением приклад уже полетел завизжавшей от неожиданности Тамаре в голову, но, разглядев девочку, часовой резко замер, вытаращив глаза. Но тут же поднял автомат в положение выстрела и направил ствол на детей, негромко, но грозно произнес: