Чтение онлайн

Забить вечер помог Павлик — позвал на берег, на костер.

На костер Коле идти не хотелось: ему уже порядком приелись романтические игры молодняка с их повторяющимся ритуалом. Но еще больше не хотелось оставаться одному.

Зовут — надо идти…

Народу у костра прибавилось. Многих Коля уже знал. С ним здоровались, он здоровался. Павликов приятель, рыжий Костя, обрадовался встрече и тут же пристроился рядом, под левый бок, справа сел Павлик.

Поговорили, попели под гитару. Дошло и до печеной картошки. Ею на этот раз командовал Костя. Колю он не обделил.

В антракте между песнями Павлик перебрался на лавочку, негромко буркнув:

— Я сейчас.

Коля вгляделся и понял, что отлучка эта надолго: на лавочке сидела та мясистая толстощекая девчонка, которую он видел тут же в первый свой вечер в Ключе. Точно, она. Кубышка.

Девчонка сидела сжавшись, сдвинув колени, выставив локти и прикрыв кулачками грудь. Маленькие ее глазки были настороже.

Молодец, подумал Коля, солидно, подстраховалась. Прямо крепость в обороне.

Когда шли домой, Павлик спросил негромко, как бы отключая от разговора чуть поотставших ребят:

— Марью не разглядел?

— Это какую?

— На лавке сидела. Я вас знакомил в тот раз.

— Эту разглядел, — сказал Коля. — Очень даже хорошо.

— Ну и как?

— Вариант?

— Пока не знаю.

— А тебе самому как?

Павлик произнес, подумав:

— По-моему, она порядочная.

Коля согласился:

— Это да, порядок любит.

— Тебе она не нравится?

— Понимаешь, — объяснил Коля, — она кубышка. Куда деньги суют. Вроде копилки, только чугунная. Ты ей в щелочку что ни кинь, все возьмет. А обратно понадобится — гривенника не вытрясешь.

— По крайней мере, с двумя одновременно не ходит, — возразил было Павлик, но голос его упал, и фраза повисла.

Коля сказал, стараясь пободрее:

— Ты, брат, не огорчайся. Все эти варианты не для тебя. Твои девочки еще в седьмой класс ходят.

— И долго мне их ждать? — криво усмехнулся Павлик.

— Ждать не ждать, но…

Что «но», Коля не уточнил. Чего тут скажешь? У каждого свои тягостные заботы.

По счастью, ребятишки, шедшие сзади, догнали, обступили, стали прощаться — все по очереди за руку.

Ну и ну, подумал Коля, совсем обжился. Друг есть, женщина есть, даже компания имеется. Хорошо, куда лучше.

Ему и вправду было неплохо. Хотя внутри временами словно бы легонько познабливало: не беспокойство, а так, нечто…

Похоже было прошлой весной, когда путаная дорога завела его в подмосковный желудочный санаторий. Почему-то там задержался. Помогал культурнику, когда надо, подменял шоферов. Но больше контачил с больными и постепенно сделался как бы одним из них: вместе и в карты, и. в кино, и на танцы. Через неделю, наслушавшись, вполне квалифицированно судачил о язвах и гастритах. Даже тепловатую лечебную воду пил для компании.

Но и тогда жила в нем слабая, но стыдная, какая-то дезертирская тревога: в отличие от сотоварищей, у него живот не болел!

В пятницу на ужин затеяли жарить картошку. Но оказалось, нет масла. Коля предложил пережить, картошка и в мундире годится. Однако Павлик уже настроился на поджаристые ломтики, заупрямился и пошел по соседям.

Коля пока принялся чистить.

На третьей картофелине в дверь постучали. Коля крикнул, чтоб входили, открыто, и вошли два парня. Он, как был, с недочищенным клубнем и длинным кухонным ножом, выглянул к ним в прихожую.

Парни рядом смотрелись забавно — один малорослый и худощавый, другой едва в дверь пролез.

— Извините, — сказал маленький, — не подскажете, кто ответственный за комнату?

— Павлик вроде, — вспомнил Коля. — Вы посидите, он сейчас.

Парни так и стояли у двери.

— Да вон, проходите в комнату, — глазами показал Коля.

Но они все мялись на пороге. Наконец тот, что уже высказывался, вновь спросил:

— Извините, а с вами можно поговорить?

Коля радушно ответил:

— Это ради бога. Проходите, я сейчас. Хозяйственные заботы!

И показал нож.

Парни оказались крайне вежливые — дождались, пока он вытер руки, и лишь тогда прошли в комнату следом за ним.

Сели — Коля на кровать, гости на стулья. Теперь он разглядел обоих. Маленький был остроглаз, сухощав и ладен. Он чем-то походил на хулиганистого подростка, из тех, что нехватку силы и массы вполне успешно компенсируют смелостью, быстрой реакцией и взрывной, мгновенно вскипающей злобой. Другой же был не то что высок, а просто огромен: здоровенные плечи, грудь как ящик, руки как бы стол не продавили. Вместе парни выглядели как эстрадная пара силовых акробатов. Братья Битюговы или как их там? Ап!

— Так, значит, ответственного нету? — вновь заговорил маленький. В эстрадной паре он явно был главным. Он смотрел на Колю сразу и пристально, и неуверенно.

— Сейчас явится.

— Понятно…

— А что, дела какие? — полюбопытствовал Коля и глянул на здоровяка, флегматично молчавшего. Тот растерялся и забормотал:

— Мы вообще-то дружинники…

— Погоди! — оборвал маленький. Но сам, помедлив, начал с той же информации: — Мы вот с ним дружинники. Рейд у нас. Так что нужен ответственный по комнате.

— А повязки где же? — дружелюбно поинтересовался Коля.

— Жень! — скомандовал маленький. Огромный Женя достал из кармана две повязки, показал и вновь сунул в карман.

— Вот, пожалуйста, удостоверение, — вежливо сказал маленький и протянул книжечку.

Коля бегло глянул. Все точно, вполне официальный молодой человек.

— Артур, значит?

— Артур.

— А повязки чего прячете?

— Рейд у нас.

Причину конспирации Коля не понял, а выяснять не стал. Надо, так надо.