Чтение онлайн

– Поэтому нам, скромным служителям Священного Ока, готовящимся к священной битве, что продлится многие годы и охватит многие миры, – Цагене тем временем перешел к практическим вопросам, – очень нужны опытные проводники вроде тебя… Соглашайся, и мы щедро вознаградим тебя.

– Запросто… – пробормотал Олег. – Но я, пожалуй, все-таки откажусь…

– И даже не поделишься информацией об этом предмете? – Инквизитор повел рукой в сторону «компаса». – Да, вижу, что в твоих глазах нет желания сотрудничать с нами. Брата Луижи сюда!

Последняя фраза предназначалась одному из оставшихся у двери монахов. Тот кивнул и исчез за дверью кабинета, а через пять минут вернулся в сопровождении еще одного носителя черной рясы – низенького сухонького старичка с морщинистым загорелым лицом. Этот приволок с собой большой футляр вроде того, в каких на Земле таскают аккордеоны.

– Преподобный отец, – прохрипел старичок, падая перед Цагене на колени.

– Встань, брат! – торжественно объявил главный инквизитор. – И готовься! – Повернувшись к Олегу, он добавил: – Брат Луижи служит в Замке Истины больше пятидесяти лет, и большей частью в подземельях. Он постиг искусство добывать сведения у других людей, когда ни тебя, ни меня, грешного, не было на свете. И если обычному дознавателю нужны дыба, кнуты, огонь и прочие грязные и грубые инструменты, то истинный мастер обходится малым…

Поставленный на пол футляр открылся с негромким щелчком, и глазам стало больно от игры света на лезвиях многочисленных инструментов, аккуратно размещенных в петельках и кармашках. Нечто вроде ледорубов, но очень маленьких, ножи, гладкие и иззубренные, шила, пилки и какие-то вовсе не понятные штуковины с утолщениями на конце. Олег похолодел.

– Впечатляет? – спросил Цагене. – Страшна участь нераскаявшегося грешника…

Брат Луижи глянул на Соловьева оценивающе, погладил один из инструментов, ласково коснулся второго и вытащил третий, совсем крохотный, напоминавший помесь сверла с моточком колючей проволоки.

– Я готов, во имя Факела Ересей! – объявил он.

Олег выпрямился, задрал подбородок – пока его не схватили за руки и за ноги, есть шанс удрать, а значит, ему нечего бояться, нужно продолжать свою игру, тянуть время, а заодно тянуть из святош информацию.

– И это все, что вы можете предложить? – поинтересовался он.

Брат Луижи сердито насупился.

– Уховертка тебя не впечатлила? – В голосе Цагене прозвучало удивление, нижняя губа вновь оттопырилась. – Вижу, что так… Придется нам прибегнуть к другому способу. Девушку сюда.

Тот же монах, что ходил за старым палачом, вышел из кабинета.

Ждать пришлось несколько дольше, чем в первый раз, но когда дверь кабинета открылась, то на пороге возникла Ингера в компании парочки могучих конвоиров в рясах. На ее лбу красовалась ссадина, волосы были растрепаны, а руки связаны за спиной. Шагала она, слегка прихрамывая, но выглядела бодро, а на инквизиторов смотрела с презрением. Увидев Олега, сделала морду кирпичом и отвернулась.

В первый момент он не понял, в чем дело, а потом сообразил – да она же хочет показать, что они не знакомы, что она никак не связана с проводником по кличке Соловей!

– Ну да, ну да, верю… – протянул Цагене. – Совершенно чужие друг другу люди. Брат Луижи, готовься…

Старик смерил Ингеру взглядом из арсенала гробовщика, изучающего потенциального клиента. Уховертку спрятал, достал сначала один из «ледорубов», задумчиво взвесил в руке, потом заменил на нож, больше всего похожий на отлитый из блестящего металла язык пламени.

– Отлично, – сказал глава Ордена Взыскующих Истины, облизывая губы. – Факел. Режет больно, но еще и оставляет страшные рваные раны, шрамы после них не исчезают никогда. Так что если ты сейчас же не согласишься на наши условия, то эта красавица будет мучиться, а затем красавицей быть переста…

Ждать, пока он договорит, Олег не стал. Ингеру он повидал, убедился, что она жива, да еще и знает, где ее, вероятнее всего, будут держать в ближайшие дни. Без него, просто так, ее пытать не станут, а значит, можно уходить, оставить на время Цад и весь Центрум, лишиться поднадоевшего статуса пленника…

Олег слегка хлопнул себя по бедру, чуть повыше раны.

Ногу словно облили кипятком, и посреди комнаты, прямо перед столом Цагене, возник круг радужного света.

– …нет, – тот как раз закончил фразу и тут же завопил: – Что?! Хватай его!!!

Но Олег уже прыгнул вперед – рыбкой, точно бросаясь в воду с вышки.

Краем глаза заметил, что ринулись к нему монахи, что Ингера врезала одному из них связанными руками в ухо. Кто-то вроде бы вцепился в лодыжку, но он уже покатился по сухим листьям, что зашуршали под его телом, вписался боком в березу, да так, что хрустнуло ребро.

Несколько мгновений лежал, переводя дыхание, с наслаждением глотая прохладный осенний воздух.

– Не трожь, не купил, – сказал Олег с торжеством, после чего поднялся.

Холм над Истрой выглядел так же, как в тот день, когда он уходил в Центрум, разве что листья чуток облетели. С трудом верилось, что прошла всего неделя, семь дней, – столько разнообразных событий вместил в себя этот короткий в общем-то период времени.

Солнце висело в зените, но грело по цадским меркам слабенько.

Олег поднялся, огляделся, убеждаясь, что никто не бродит по зарослям, и отправился раскапывать схрон. Извлек мешок с вещами, нацепил ветровку, задумчиво покрутил гарнитуру – эх, если бы знал, как все обернется, взял бы с собой смартфон, вызвал бы сейчас такси и добрался домой с комфортом. А так придется сначала пешком, потом на электричке… и с больной ногой.

До станции доковылял без особых приключений и только на платформе, когда на него удивленно обернулась бабка с сумкой на колесиках, сообразил, что после темниц Замка Истины воняет не хуже бомжа. Да и не брился и не мылся давненько…

Ладно хоть копия паспорта в кармане есть – по давней привычке москвича таскать с собой хоть какие-нибудь документы на тот случай, если тобой заинтересуется родная милиция-полиция. Хотя сейчас эта копия может не помочь.

Но, к счастью, электричка прикатила уже через пятнадцать минут, а гулявшие по вагонам менты не обратили на Олега внимания. Таксист на вокзале удивленно вытаращил глаза при виде залезшего в салон пассажира, но волшебные бумажки с видами Ярославля убедили его, что все в порядке.