Чтение онлайн

Биллинхарст неуклюже и важно поклонился.

— Очень рад познакомиться, — сказал он. — Местечко у вас — просто чудо! Столько слышал о нем, что решил взглянуть собственными глазами.

— Надеюсь, вам у нас понравится, мистер Биллинхарст. Постараемся сделать все возможное, чтобы вы чувствовали себя у нас, как дома.

«Дома у тебя ничего подобного не было и не будет», — подумал Граймс и почувствовал, земля под ногами слегка вздрогнула.

Биллинхарст был неколебим. Потребовался бы куда более мощный толчок, чтобы вывести его из равновесия.

— И часто вас трясет, миссис Клаверинг? — спросил он.

— Довольно часто. Скоро вы к этому привыкните.

— Надеюсь… от души надеюсь, у меня получится. Знаете, есть люди, которые в принципе не способны привыкнуть ко всякого рода переменам, а потому начинают пользоваться разными снадобьями для поддержания физического и психического равновесия.

Она рассмеялась.

— Одно из таких снадобий у нас есть, мистер Биллинхарст. Вы можете заказать его в баре. Называется алкоголь.

— Думаю, мне стоит пропустить стаканчик, — проговорил Биллинхарст. — Вы не присоединитесь ко мне, миссис Клаверинг? А вы, коммодор?

— Возможно, позже, — ответила она и сбросила халат, под которым ничего не было. — В это время я обычно принимаю горячую ванну.

Граймс принялся поспешно раздеваться.

— Позвольте присоединиться.

Глядя, как она спускается в бассейн — высокая, стройная, — Граймс вошел в обжигающую воду. Они расположились подальше от купающихся и их любопытных ушей. Повернувшись к Граймсу лицом, Салли медленно погрузилась в воду, пока на поверхности не осталась только голова. Коммодор последовал ее примеру, и у него тут же перехватило дыхание… видимо, от горячих испарений.

— Мне не нравится ваш толстый приятель, Джон, — сказала она.

— Откровенно говоря, мне тоже.

— Понимаю. Мне никогда не нравилась таможенники.

— Таможенники?

— Не забывай, когда-то я тоже была астронавтом, более того, казначеем корабля. Я знаю эту породу. И к чему такие неуклюжие намеки на наркотики? Неужели он думал, что я сразу предложу ему трубку с «травой мечтаний»?

— Возможно, он так и думал, — произнес Граймс. — Возможно. — Но ты точно так не думаешь?

— Хотел бы.

— Но…

— Я не знаю, откуда эти чертовы наркотики берутся в Приграничье, Салли, Но из-за них молодой парень — офицер с одного из наших кораблей — расстался с карьерой. Еще двое ребят погибли при взрыве контейнера с травой, который был сброшен с «Дитмара» Контейнер уничтожили дистанционно, чтобы он не попал в руки таможни. Я не говорю, что Йену об этом что-либо известно, я почти уверен в обратном. Но даже на этой планете — самой прекрасной планете, черт возьми! — ему не стоит забывать старую поговорку: хочешь ужинать с дьяволом, выбирай ложку подлиннее.

— Вы… считаете, что Йен виновен?

— Возможно, в чем-то он замешан — да вы и сами об этом говорили. Если он готов выйти из подполья — надеюсь, я смогу защитить его от последующих неприятностей. В противном случае…

Салли посмотрела ему в глаза долгим пристальным взглядом.

— На чьей вы стороне, Джон?

— Пока не знаю. Порой мне кажется, что преступность — порождение бессмысленных законов. Проходит время, и я начинаю думать, что эти законы не столь уж лишены смысла. Если говорить о «траве мечтаний» — вокруг нее раздули настоящую истерию. Гораздо проще иметь дело с наркотиками типа алкоголя: из него никто не делает религиозного культа.

— Я просила вас поговорить с Йеном…

— Я пробовал, и не раз, но он «закрывается».

— Еще бы! Думаю, он прекрасно понимает: дело проиграно, и все, что ему остается — это сообщить поставщику, что выходит из игры. Он не сможет добраться до завода — там у него хранится личный передатчик. Воздушный катер до сих пор на ремонте, по земле — слишком далеко… Но, думаю, капитану порта не возбраняется немножко повозиться с Карлотти-оборудованием на диспетчерской вышке собственного космопорта, — уже уверенно закончила она.

— Да, конечно, — отозвался Граймс. — И я не буду плакать, если моя поездка окажется безрезультатной.

Туристическая экскурсия — не лучший способ познакомиться с планетой, но когда другого способа нет… На счастье Граймса, туристы, прибывшие на «Македонии», оказались весьма жадными до впечатлений. И три аэробота настоящие летающие вагончики — были тщательно отремонтированы и готовы к их услугам.

Биллинхарст наградил Граймса и Вильямса презрительной усмешкой и пожелал весело провести время за государственный счет. Сам он предпочел остаться в Долине Ада, держа нос по ветру и ушки на макушке. Из его офицеров на экскурсию отправилась только Дениза Долгети — и отнюдь не с тем, чтобы смущать Вильямса своей красотой. Теперь она обратила свое обаяние на Ларвуда, который отвечал за организацию экскурсий. Граймс от души сочувствовал этому хмурому, замкнутому человеку, но не представлял, как его предупредить. Тем временем становилось все заметнее, что рыжеволосая красавица ему приглянулась. На лице помощника все чаще расцветала улыбка. Но рано или поздно наступит пробуждение — неожиданное и горькое.

Для начала туристов повезли на Пестрые Пустоши. Граймс и Вильямс летели в головном аэроботе, которым управлял сам Ларвуд. Они разместились на передних сиденьях по правому борту, непосредственно за пилотом. Места в первом ряду по левому борту заняла супружеская пара с Земли — пожилой бизнесмен и его жена. В громоздких и тяжелых костюмах из металлического полотна они смотрелись почти карикатурно, но такая экипировка была необходима. Кресло слева от Ларвуда пустовало, и там, разумеется, оказалась Дениза Долгети. Что ж, любое транспортное средство имеет свои преимущества… Не считая Вильямса, она оказалась в этом аэроботе чуть ли не единственной представительницей молодежи. Накануне за ужином в баре ее приятели достаточно громко заявили о своем нежелании «ходить в одном стаде с ископаемыми, с которых сыплется песок».

На рассвете под многоголосый вой инерционных двигателей аэроботы поднялись с летного поля, которое находилось неподалеку от отеля. Они двигались медленно, слегка забирая на запад, а внизу переливалось всеми цветами радуги фантастическое скопление «пузырей». Любопытно, подумал Граймс, каков будет эффект, если сбросить с катера пригоршню тяжелых стальных дротиков.

Аэроботы медленно набирали высоту, придерживаясь северной стены каньона. В лучах восходящего солнца она казалась сине-голубой, а не багровой, фосфоресцирующие лишайники и грибы покрывали ее опаловыми мазками. Медленно, очень медленно, но все выше и выше — и с каждым метром над головой расширялась оранжевая лента неба.