Конвойник
Шрифт:
– Призрак. К вашим услугам, мисс… Не спешите, я подожду.
– Присаживайтесь пока. Хотите чего-нибудь выпить?
– Если только кофе, мисс.
– Сейчас принесут.
И верно, не успел Макс расположиться поудобнее на удивительно удобном диване, как двери в отсек вновь распахнулись, и внутрь катилась автотележка с подносом, на котором дымился кофейник с чашками. Мужчина удивлённо шевельнул бровью, затем снял с поверхности устройства поднос, наполнил себе чашку, сделал глоток, оценив качество, едва заметно сморщил лоб – синтетика, естественно. Но неплохого качества. Ладно. Подождём… Занавесь, закрывающая вход в одно из помещений отсека шевельнулась, и из-за него появилась стройная фигурка. Ольсен торопливо поставил чашку на стол, поднялся, чуть наклонив голову в приветствии:
– Рад познакомиться, мисс…
Выжидающе взглянул на красивое лицо молодой женщины, чуть помладше себя, та улыбнулась немного натянутой улыбкой, прожурчала:
– Все зовут меня Вдовой. Чёрной Вдовой… Я не стану возражать, если и вы будете меня называть так же.
– Значит, мисс Вдова?
– Если вам неудобно, то зовите меня Блэки…
– Тогда ко мне можно обращаться тоже просто – Макс.
– Хм…
Она спокойно уселась напротив, цапнула узкой кистью свободную чашку на подносе, тоже налила себе горячего напитка, сделала небольшой глоток, стараясь незаметно наблюдать за своим гостем, потом поставила чашку на столик, откинулась на спинку своего диванчика, немного прищурившись, уже не скрываясь, взглянула ему в глаза:
– Итак, что вам угодно, Макс?
– Пополнить запасы атмосферы, воды, если есть – что-нибудь из боеприпасов: батареи типа 'Пи сорок шесть – сорок восемь', гранаты, шагающие мины. Ну и развлечения для моей команды.
Неожиданно сухо хозяйка станции ответила:– Из последнего – лишь бар.
– Понимаю.
– Я не занимаюсь живым товаром. И проституток у меня на станции нет.
– Это ваше право, мисс. Ну а как насчёт того, чтобы купить у меня кое-какие безделушки?
– А именно?
Ольсен усмехнулся:– По пути к вам нам попалась какая-то станция, на которой живут, простите, жили, какие-то грубияны. Пришлось облегчить их карманы и кошельки. Но мне цацки совершенно ни к чему, я предпочитаю твёрдую валюту. Вы сможете помочь мне превратить украшения и камешки в деньги?
– Надо бы сначала взглянуть…
– Нет ничего проще.
Из нагрудного кармана появился кристалл памяти, бесшумно скользнул по поверхности, остановился точно перед женщиной. Рука ловко подхватила сверкающий в свете потолка предмет, спрятала в крохотном кармашке плотно облегающего стройное тело платья. И тут до неё дошло…
– Простите… Вы сказали, станция неподалёку?
– Да. Где то в пятидесяти парсеках. Поместье некоего Романа Макарса. Он, кстати, оказался довольно шумным малым. Когда поджаривался, так забавно орал…
Женщина сглотнула неожиданно возникший в горле комок, потом сдавленным голосом переспросила:
– Поджаривался? Роман Макарс? Один из десяти высших родов империи?!
– Ну, да. А что, есть кто-то другой? Понимаете, забился в капсулу спасения. Ну а поскольку возиться и вскрывать её, у нас не было ни времени, ни желания, мы просто выдрали её из конструкции, и запустили на солнце. Вопить он начал на четвёртые сутки, когда миновал границу первой планеты. Почти два часа без перерыва. Потом отказали датчики, но он сдох ещё до этого. Если у вас есть желание, могу предоставить запись его последних минут. Забавное, скажу вам, зрелище…
Сделал глоток из своей чашки, на этот раз не скрывая отвращения:– Кофе у вас, прямо скажу, не очень. Синтетика?
– Ра… Разумеется. Вы хотите мне сказать, что разнесли личное поместье его светлости Романа Макарса, а самого его отправили на солнце?!
– Да. А что?
– И даже не задумались над тем, что он высокородный аристократ империи, и принадлежит к высшим кругам?
– Абсолютно.
– Вы не боитесь, что вас объявят вне закона и начнут преследовать по всей Галактике?!
– Совершенно. Я уже давно вне закона. Почти семь лет. И, как видите, жив и здоров, мисс Блэки. И неплохо живу.
Женщина поражённо уставилась на мужчину широко раскрытыми глазами, но тот явно не блефовал. Отставив окончательно чашку, встал, не обращая внимания на хозяйку станции, подошёл к стене, остановился у одного из пейзажей, рассматривая его.
– Красиво.
Женщина поднялась со своего места, подошла тоже, замерла рядом. Потом тихо произнесла:
– Вас не оставят в покое, пока не уничтожат. Империя не простит вам этого убийства…
– Казни, мисс. Не убийства, а казни. Роман был казнён, согласно приговора. За многочисленные преступления перед человечеством.
– И кто же его приговорил? Я ничего не слышала об этом.
– Я, мисс. Думаю, вы ещё услышите о правосудии Призрака…
– Да что вы возомнили о себе, Макс?!
– Ничего особого, мисс Блэки…
Он иронично взглянул на неё из-под чуть опущенных век, потом вдруг развернулся и обхватил её талию своими ладонями, резко притянул к себе, и впился поцелуем в её губы, не взирая на слабую попытку сопротивления. Она рванулась, но тщетно, наконец, мужчина отпустил её. И молодая женщина, одним прыжком оказавшись на расстоянии в пару метров, чуть присела, выхватывая из-за пояска, охватывающего её платье, небольшой предмет и наводя его на Макса:
– Да как ты…
– Посмел?
Как он очутился возле неё и, ухватив за руки, снова прижал к себе, Вдова так и не поняла – только что был у картины, и вдруг она уже лежит на полу, а он спокойно заломил ей руки за голову и прижимает коленом её тело к полу.
– Вы обманули меня, мисс Блэки.
– Пусти! Отпусти сейчас же!
– Рано, Блэки. Рано…
Она не успела пискнуть, как оказалась на его руках, несколько шагов до портьеры, прикрывающей вход в спальню, и…
– Мне здесь нравится. Удобное местечко.
Она ощутила под собой кровать. Собственную кровать, потом услышала треск ткани…
…Макс погладил её по узкой спине, которая напряглась, затем повернулся на бок, притягивая к себе за живот и устраиваясь так, что женщина вписалась в изгиб его тела, легонько дунул в стройную шею. Она слабо дёрнулась, но тщетно.
– Тебе не понравилось?
Молчание. Впрочем, мужчина ощутил, как та напряглась, и чуть тронул её волосы, сейчас уже спокойно рассыпавшиеся по дорогому белью кровати.
– Прости. Хотел как лучше…