Чтение онлайн

БОЛЬНО.

Так БОЛЬНО, что время застывает, останавливается. А как БОЛЬ остынет, если ни ветерка, все недвижимо и статично?…

Врачи говорили: после избиения состояние Игоря удовлетворительное.

Милый морщился, улыбаясь разбитыми губами.

– Теперь наконец-то я смогу работать, а не отбиваться от влюбленных в меня пациенток.

Ольга смотрела на желто-фиолетовые синяки. На гипс, схвативший любимое, тонкое, нежное, такое хрупкое запястье. И ее трясло от ненависти.

Гад, урод, скотина, ублюдок, сукин сын!

Да как он смел прикоснуться к Игорю! Как он додумался бить, грабить?! Его? Его?!!

Игорь – самый лучший психотерапевт, он – прекрасный человек, идеальный любовник, очень красивый, веселый, оптимистичный… И вот какая-то тварь его избивает! Как можно было до такого додуматься? Человек на такое не способен, так может поступить придурок, существо низшего порядка, ничтожество.

Отомстить им. Уничтожить. Выжечь тварей, вытравить.

Пасынок – шантажист, двоечник, – но он этот момент понимал четко, правильно…

– Ты верно говорил: эти кавказцы – они нелюди. – Ольга с надеждой поглядывала на Егора. Согласился встретиться – уже хорошо. Только бы удалось договориться, только бы получилось! – Помнишь, ты рассказывал мне о том, что создал организацию, которая очищает Москву от этой мрази? Ты – умница! И я буду вам помогать! Можно? Ты не откажешься от моей помощи? Нет, нет, ты не можешь мне отказать, пожалуйста, пожалуйста…

Игорь полностью доверял ей в финансовых вопросах. И – никогда не интересовался расходованием средств.

Плюс – ее бережливость, экономность, спокойное, граничащее с равнодушием, отношение к одежде, украшениям. Какие-то собственные заработанные в центре психологической помощи деньги. Доходы от сдачи маминой квартиры, которую в складчину снимали четыре студентки. В распоряжении Егора в конечном итоге оказывались очень значительные средства…

Ольга платила и была счастлива.

Каждый рубль – это шаг к очищению Москвы. Все меньше будет русских семей, куда нелюди принесут грязь, боль, слезы.

Эта ненависть напоминала ей вечно тлеющий, дышащий жаром пожар.

Двухгодичные курсы по подготовке профессиональных психологов, дававшие право трудиться в центре в качестве сотрудника с минимальной подготовкой, позволяли многое. Корректировать плохое настроение, вызывать прилив энергии. Лучше понимать себя и окружающих. Но все знания, техники и методики пасовали перед красно-пепельными головешками жажды мести.

Мучительно сильно, невыносимо крепко хотелось отомстить за Игоря, за себя, за любовь.

И Ольга мстила – так, как могла, имеющимися в ее распоряжении способами.

Кроме мести, был еще Юрий Иванович. Папа Игоря.

Папа. Па-па. Сильное слово, загорелое, надежное. Незнакомое, непонятное, не прочувствованное…

Арсений случился – после курсов по подготовке психологов Ольга это поняла очень четко, – потому что не было отца. И Юрий Иванович – это тоже попытка найти в чужом родственнике все, чего не хватало в детстве.

Особенно после его выхода на пенсию они стали много времени проводить вместе. Ходили в кино, часами сидели на террасах кафе. Какое наслаждение! Ольга – с белыми усами от пены капучино, Юрий Иванович – тоже с усиками, пенными пивными. Не надо никуда торопиться, можно смаковать кофе и болтать обо всем на свете. Обсуждать прохожих, кулинарные рецепты, мебель из каталогов. Правда, то, о чем говорил свекор, сначала казалось Ольге слишком сложным и непонятным. Юрий Иванович писал книги по истории, и поддержать вот так, с ходу, затрагиваемые им в разговоре темы было непросто. Но – близким людям хочется доставить радость – Ольга пыталась разбираться, искала информацию.

Когда свекор рассказал, что, возможно, его знакомому из Германии удалось найти копье Лонгина, Ольга очень заинтересовалась.

Книг про этот артефакт было издано множество. Чем больше она с ними знакомилась, тем отчетливее понимала: копье Лонгина – это что-то вроде волшебной палочки, исполняющей любые желания. Ведь не зря им владели в разные годы и Наполеон, и Гитлер. Эти люди получили от жизни все, что хотели…

– Юрий Иванович, если бы у вас оказалась эта вещь, о чем бы вы попросили? – спросила Ольга, выгружая из сумки кастрюлю с диетическими голубцами. У папы Игоря – больное сердце, врач рекомендовал нежирное меню. – Какое желание попросили бы исполнить?

Свекор рассмеялся:

– У меня все есть! Я – счастливый человек.

– Я тоже. Но мне все-таки столько всего нужно, с ума можно сойти! Хочу, чтобы Игорь на мне женился, чтобы ремонт поскорее закончили. Хочу стулья пластиковые на кухню – желтые и синие, – но прозрачные, а в магазинах есть только непрозрачные… А у нас прозрачные пластиковые светильники, было бы хорошо выдержать оформление одним материалом…

Она не врала, нет! Все эти желания действительно были искренними, сильными, горячими. Но больше всего на свете Ольге хотелось, чтобы тот ублюдок, который своим грязным паскудным недоношенным ботинком бил в божественно красивое лицо Игоря, сдох, сгорел, исчез с лица земли. Исчез! Но только чтобы перед этим он обязательно испытал весь страх мужа, и всю ее боль, в сто крат сильнее, в миллион раз мучительнее…

– Ганс должен приехать в Москву. – Юрий Иванович, заметив недовольное выражение ее лица, истолковал его по-своему. Подхватил противную, вечно тявкающую собачонку на руки и вышел из кухни. Потом прокричал из спальни: – Оленька, я Шварца закрою, пока вы у нас в гостях! Так вот, Ганс должен приехать, привезти реликвию. И я думаю, у вас будет возможность увидеть копье и высказать все ваши желания!

Бедный, бедный Юрий Иванович… Никто его в последнее время не слушал. Игорь занят с пациентами, бывшим коллегам недосуг хотя бы пару минут по телефону поговорить. Одна у него оставалась отрада…

– Оленька, вы благодарный слушатель, – радовался он и рассказывал про предстоящий визит Ганса Вассермана, про гостиницу, где немец намерен остановиться.

Так незнакомый человек из чужой страны, оживая в неспешных рассказах, стал почти родным, понятным, предсказуемым. И так появился план.

Ведь копье Лонгина выполняло желание только своих владельцев.

Значит, надо стать его собственником. По-другому никак, чтобы ни говорил Юрий Иванович. Пасынок должен справиться с этой задачей. К тому же других кандидатов на примете все равно не имелось.