Корабль беглецов
Шрифт:
«Слава, слава, слава», — пронеслось в его ошеломленном мозгу. Никогда раньше он не был так долго отделен от Возлюбленной, и никогда блаженство слияния не было таким сильным.
С того момента как он увидел силуэт своего корабля на фоне сине-голубого газового гиганта, Двенадцатый ощущал прилив энергии и радость. Уродливые магнитные захваты были демонтированы, и корпус судна покрывали новые ряды датчиков. Свет отражался от блестящих плоскостей двух дюжин новых атмосферных челноков, укрепленных по бортам корабля. Когда Двенадцатый вошел внутрь, его встретил ярко-оранжевый Неспециализированный Разумный номер Двадцать, чье тело светилось молодостью и здоровьем, и помог снять скафандр. Улучшенные неразумные прыгнули на него со стены, чтобы аккуратно и тщательно очистить кожу. Мембраны Возлюбленной отбивали знакомые ритмы, возвещая о ее незримом присутствии. С бьющимися в резонанс сердцами Двенадцатый двигался вдоль короткого коридора. В одной из темных комнат неподвижно висели несколько солдат, чьи защищенные панцирем тела формировались вокруг оружия. Возлюбленная выращивала их здесь, в незапертом помещении.
Проходя мимо следующей комнаты, Двенадцатый вздрогнул. Сквозь мембрану его жгутики ощутили запах дезинтеграционной камеры. Не для него ли она приготовлена?
«Ты все сделал правильно, — послышался голос Возлюбленной. — Ты привел других людей, конкурентов „Беглеца“. Это дает нам огромное преимущество».
Волна страха прокатилась по мозгу Двенадцатого. И, хотя он был слишком погружен в доставляемое Возлюбленной наслаждение, чтобы высказать свои чувства вслух, она обнаружила его замешательство. Чувство наслаждения ослабло до такой степени, что он смог собраться с мыслями.
«Слава Возлюбленной», — сказал он. — Опасность. Нельзя трогать мою память. Мысли данного индивидуума заражены».
Ему стало грустно от сознания того, что этими словами он приговорил себя к смерти.
«Данный индивидуум не приводил сюда клан де Соарес. Они сами это сделали. Возможно, им помогал злой бог».
Через соединяющие их нервные окончания он уловил размеренное и неторопливое движение мысли Возлюбленной. От ужаса кровь застыла в его жилах. Прикажет ли она немедленно уничтожить его?
«Мне нужна дополнительная информация, — сказала Возлюбленная. — Ты должен подробно рассказать обо всем, что видел».
Слияние длилось много часов. Питание Двенадцатого осуществлял Неспециализированный Двадцатый, который висел рядом и отрыгивал пищу ему в рот.
«Я буду осторожна во взаимоотношениях с кланом де Соарес, — сказала Возлюбленная. — Хотя конкуренция человеческих кланов дает Мне слишком большие преимущества, чтобы Я могла совсем отказаться от своего плана».
«Возлюбленная, данный индивидуум просит быть осторожной. Человеческий бог…».
Боль вспыхнула в мозгу Двенадцатого. Он скрючился и забился в агонии.
«Не позволяй себе давать советы Мне, — сказала Возлюбленная. — Твой разум заражен. Ты сам это определил».
«Слава! — с энтузиазмом откликнулся Двенадцатый. — Слава, слава, слава!»
Боль медленно отпускала. В голове звучали слова Возлюбленной.
«По крайней мере, ты выполнил часть своего задания — научился произносить звуки человеческого языка. Эта информация будет воспринята Мной, а затем передана Моему слуге, Неспециализированному Двадцатому».
«Слава Возлюбленной!»
Двенадцатый знал, что Двадцатый заменит его. После этого он будет подвергнут дезинтеграции, как представляющий опасность для священного разума Возлюбленной.
Искусственное наслаждение заполнило мозг Двенадцатого. Оно не смогло вытеснить его страдания и лишь сделало их более мучительными. Нервные окончания Возлюбленной пульсировали, заполняя лингвистические центры в мозгу Двенадцатого полирибонуклеидами сложной структуры, которые начали копировать его знание человеческого языка. Двенадцатый почувствовал, как его сердца забились быстрее, чтобы в мозг попало достаточное количество кислорода, и процесс завершился успешно. Он услышал, как Возлюбленная отдает приказание Двадцатому подключиться к ней.
Поначалу все шло хорошо. Воудер Двадцатого начал воспроизводить отдельные звуки человеческого языка, а затем целые слова.
— Коммммммандор, — произнес оранжевый организм и взмахнул правой рукой.
— Командор! — выкрикнул он. — Командор! Командор!
Он дернул правой ногой. От его жгутиков в разные стороны разлеталась слюна, правая сторона его тела дрожала, а левая казалась парализованной.
Двенадцатый, чье сознание было затуманено искусственным наслаждением и тоской, удивленно смотрел, как Двадцатый выпрямился, а затем обмяк и неподвижно повис на конце нервного окончания Возлюбленной.
Наслаждение ушло. В голове Двенадцатого зазвучал голос Возлюбленной.
«Двадцатый в шоке. Ты будешь наблюдать за ним».
«Да, Возлюбленная».
«Если он скоро очнется, ты выяснишь причину его состояния».
«Да, Возлюбленная».
«Меня убеждали, что это наиболее гибкий и адаптируемый тип Разумного. Мое разочарование будет передано остальным. Возможно, данный тип обесценится».
Ощущение присутствия Возлюбленной исчезло из мозга Двенадцатого, хотя сами нервные окончания не отсоединились. Ему показалось, что она переключила свое внимание на что-то другое.
Жгутики Двенадцатого вибрировали в такт дыханию, хотя тело оставалось неподвижным. Он ждал, дрожа от страха перед неизвестностью.
«Умри, — думал он, глядя на Двадцатого. — Умри, умри, умри».
Если Двадцатый погибнет, Двенадцатый может остаться в живых.
Шли часы. Двенадцатый почувствовал, что ему нужно отправить естественные потребности, но он не решился отсоединиться от нервных окончаний, поэтому облегчился тут же и позволил неразумным очистить помещение и самого себя.
С внезапным страхом он увидел в дверях солдат. Черные и суровые, они заполнили комнату. Множество рук протянулось к Двадцатому. Нервные окончания отсоединились. Не сказав ни слова, солдаты ушли, унося с собой неподвижное тело.
В мозгу Двенадцатого опять возникло ощущение присутствия Возлюбленной.
«Слава! Слава!» — воскликнул Двенадцатый.
«Двадцатого Я приказала дезинтегрировать».
«Слава Возлюбленной!»
«Я попытаюсь вырастить новых Разумных, таких, как ты и он. Необходимая информация относительно людей будет закладываться в них постепенно, в процессе развития. Возможно, шок будет не таким сильным».
«Слава Возлюбленной! Надеюсь, ее план увенчается успехом».
Надежда отчаянно забилась в его сердцах.