Чтение онлайн

– Но это же мошенничество, Виктория! А вы прокурор. Две совершенно разные профессии, два совершенно разных подхода. То, что приемлемо для прокурора, катастрофа для жулика, и наоборот. В мошенничестве ведь как… чтобы дело двигалось вперед, нужно вцепиться в него обеими руками, увеличивать уменьшая, умножать деля. Вы никогда не сможете с этим справиться.

– Не вам судить, справлюсь я или нет. Но в одном вы правы – я действительно много знаю о братьях Рина. Очень много. Мне детально известно, какой у них бизнес, на что направлены их интересы, с кем они кооперируются, кто их любовницы… короче, все. Вы тоже хотите это знать? Тогда придется выполнить мое условие.

– Это невозможно, – медленно произнес он.

– В таком случае ничего не получится, – сказала она. – А эти папки можете выбросить в мусорную урну. Любую, какая вам понравится.

Они молча постояли в тускло освещенном туалете еще пару минут. Наконец она повернулась, чтобы уйти.

– Ладно, – сказал он, – я включу вас в команду, но вы будете на заднем плане. Как источник информации, не больше.

– Идите вы знаете куда, – проговорила она сердито. – Сами полезли ко мне, пролили апельсиновый сок на мой лучший костюм, украли папки с делами, выдавали себя черт знает за кого, от Ампа Хейвуда до Мартина Кушбери… Господи, да у вас личин больше, чем у Сибил. [23] Нет, к черту! Я совершенно искренне симпатизировала Кэрол, она была моей приятельницей. И вам придется принять меня в игру, потому что я нужна. Дальнейшие переговоры мы будем вести только в том случае, если договоримся об этом.

– Но, Вики, это же не зал судебных заседаний. Здесь нет правил. Нет правовых положений, на которые можно сослаться, никаких ходатайств, контрпредложений, нет судьи, который все рассудит по справедливости.

– Да или нет? – потребовала она ответа.

Бино увидел в ее глазах огонь. Она стояла напротив, такая непокорная, дерзкая и красивая. Он не знал, какое из этих качеств заставило его принять решение.

– Встречаемся завтра в восемь утра у «Мотеля номер шесть». Но учтите, если хотя бы раз случится так, что мне что-нибудь понадобится, а вы будете пустая, не сможете мне предоставить нужную информацию, я оставлю вас на обочине.

– Давайте попробуем, – сказала она.

Бино двинулся мимо нее к выходу.

– Эй, – крикнула она ему вслед, он обернулся. – Вы что, так и не вернете мне бумажник?

Бино раздраженно сунул ей бумажник, а папки с документами кинул в урну рядом с раковинами. Если надо, она их вытащит. Выйдя за дверь, он свистнул Плуту Роджеру, но терьер не появился. Он снова вошел в туалет и обнаружил, что пес сидит перед Викторией Харт и смотрит на нее как на Пресвятую Деву Марию.

– Пошли, Роджер. Ты обслюнявишь ее завтра.

Пес неохотно последовал за ним.

– Вот засранец, – сказала Виктория и тоже вышла, даже не взглянув на папки в урне, которые совсем недавно были ей так дороги.

Они стояли у «Мотеля номер шесть» в пригороде Трентона, где жил Бино. Ярко светило утреннее солнышко. Из-под ржавых «понтиаков» и истрепанных пикапов капало масло, смешиваясь с росой.

– Мы поедем на вашей машине, – сказал он, посмотрев на стоящий рядом с ней новенький белый, без единого пятнышка, «ниссан».

– Кто платит за все это? – спросила она, садясь за руль.

Бино поставил на заднее сиденье свои чемоданы и полотняную сумку, потом открыл переднюю дверь для Роджера.

– Едем в Атлантик-Сити, – сказал он, не отвечая на вопрос.

– Зачем? – терпеливо спросила она.

– Потому что там меня встречает Бумажный Воротничок, – ответил он, приведя ее в еще большее недоумение.

Виктория сердито фыркнула и тронула машину, оставив позади захудалый мотель. Плут Роджер примостился рядом с ее бедром, положив морду на лапы, после чего бросил на Бино удовлетворенный взгляд.

– Я хочу знать, как мы собираемся финансировать эту операцию и почему едем в Атлантик-Сити? Я бы хотела получить ответ, – сказала она, стараясь сохранять спокойствие.

Машина выехала на шоссе 295 и направилась на юг.

– В Атлантик-Сити живет мой дядя, Джон Бейтс, – сказал Бино. – Там же находится принадлежащий мне трейлер со всем необходимым в нашем деле реквизитом.

Он протянул руку на заднее сиденье, достал холщовую сумку и поставил себе на колени. Затем открыл и вытащил большую стеклянную банку для солений, полную ассигнаций.

– Вот кое-какой начальный капитал. Могу спорить, что вы подумали, не добрался ли я до вашего счета в банке, использовав довольно тощую карту «Виза».

– Ну, для этого у вас руки коротки.

– Уже добрался. 596437672976, – процитировал по памяти Бино и широко улыбнулся. – Мораль сей басни такова: увидела приветливого пса – крепче держи сумочку.

Она недовольно поджала губы.

– Впрочем, беспокоиться вам не о чем. Счет у вас скудноватый, едва хватит Роджеру на хороший обед. – Он похлопал по стеклянной банке: – Это все, что у меня осталось. Около пятидесяти двух тысяч с мелочью. Когда я загремел в Рейфорд, фэбээровцы постарались, обчистили до нитки – у меня ведь был приговор с конфискацией, – но вот это пропустили. Конечно, таких денег явно недостаточно. Нам нужно утроить сумму.

– Вы хотите сказать, что для проведения операции потребуется сто пятьдесят тысяч долларов? – Викторию шокировала величина этой цифры.

– Мы затеваем Большую аферу, а значит, нужно будет подготовить и установить для Томми капкан на «лосином выпасе». Для чего придется купить тысячу галлонов краски и создать липовую многопрофильную международную корпорацию с секретаршами, оборотным капиталом, компьютерами и прочим. Причем все должно быть подлинное. То есть для Томми и его бухгалтера выглядеть абсолютно надежно, чтобы у них ни на секунду не возникло сомнений. Для всего этого потребуются довольно серьезные инвестиции.

– И где же мы возьмем еще сто тысяч? – спросила она, на время оставляя в стороне недоумение по поводу «лосиного выпаса».