Чтение онлайн

Вертолет кружил и кружил. Охранник пялился на него и думал, что интересно было бы прокатиться. Или там сильный грохот и очень трясет? В армейских, наверное, тряско. А в туристических комфортабельные салоны…

«Борт» пошел на снижение и одновременно прибавил скорость. Прошел так низко над вышкой, что ударило по ушам. Охранник погрозил ему кулаком и выкрикнул матерное ругательство.

Будто бы испугавшись, вертолет понесся прочь от зоны, набирая высоту. Интересно, какого хрена он так вилял? Фотографировали чего-то? Вот чудаки!

Охранник промокнул нос рукавом и смотрел за вертолетом, пока тот не стал на фоне неба невидим. Потом опустил взгляд на ту территорию, которую ему следовало контролировать.

Возле барака кто-то лежал, и к нему со всех сторон уже бежали люди.

Охранник поднял бинокль и присмотрелся.

Человек в черном бушлате был мертв. Затылочная часть головы просто отсутствовала, а на стене барака расплывались бурые пятна.

Этим мертвым человеком был пахан ижменской зоны Железный.

Около трех часов пополудни в городок Ормара, расположенный на побережье Аравийского моря, с северо-западного направления въехал темно-синий запыленный «Пэйкан-1600». Водитель плохо знал город. Несколько раз приходилось останавливаться, опускать наглухо тонированное стекло и справляться у пешеходов, как отыскать нужную улицу. Но то ли аборигены давали неверную информацию, то ли водитель сильно устал, одолев две сотни километров от Турбата по разбитым второстепенным дорогам, однако сориентироваться не удавалось. До встречи оставалось всего несколько минут, а машина продолжала суетливо кружить по грязным проулкам.

Только взяли верное направление, как снова не повезло. Проехать через перекресток было решительно невозможно. Несколько легковушек, желтый автобус и арба, влекомая флегматичным ослом, сгрудились в одной точке. Водители жали клаксоны и поливали друг друга отборнейшей руганью, не предпринимая никаких попыток разъехаться. Кто сказал, что дорожные пробки — беда одних мегаполисов?… В маленьком городе тоже можно нарваться. Особенно если местные жители отличаются темпераментом и врожденным пренебрежением к правилам.

Синий «Пэйкан» притормозил, выскочил на тротуар и попытался объехать затор. Это должно было получиться — места, хоть и впритирку, хватало. Но раздолбанный красный «Рено» неожиданно дернулся назад и вмазал бампером в левое крыло «Пэйкана», уже почти проскочившего мимо. Раздался скрежет мнущегося железа, посыпались осколки фонаря. Синий автомобиль, приложившись боком о фасад дома, взревел мотором и все-таки освободился. Набирая скорость, он миновал перекресток и соскочил с тротуара. Красный «Рено» пустился в погоню, но быстро отстал.

Толстяк, занимавший добрую половину заднего сиденья «Пэйкана», перестал оглядываться и перевел дух. С раздражением посмотрел на маленький пистолет, который сжимал в правой руке. Убивать ему приходилось, но никогда — в условиях схватки. Бывало, стрелял пленным в голову или дырявил брюхо предателям. Но те не могли оказать ни малейшего сопротивления. Всего и делов-то: встать так, чтоб не забрызгало, и нажать на крючок. Противно, конечно. Но безопасно. А сейчас… Не было даже уверенности, что сумеет воспользоваться пистолетом. И на водителя мало надежды. Не боевик, спецподготовку не проходил. Просто надежный парень из местных. А все проклятая конспирация! Сюжет для кошмарного сна — он, Абу Рашид эль Фаттах, человек, приближенный к самому Усаме бен Ладену, вынужден опасаться уличной шпаны, бежать от нее сломя голову, будто рыночный карманник от полицейских…

Убрав пистолет, Абу Рашид сорвал злость на водителе.

Вцепившись в баранку и вжав голову в плечи, шофер сделал несколько резких поворотов и, наконец, вывел машину на нужную улицу.

— Здесь! — скомандовал эль Фаттах.

Двухэтажный дом из белого камня, перед которым они остановились, ничем не выделялся из ряда соседних. В таких обычно проживают лавочники и служащие со средним достатком.

— Видишь там, дальше, кафе? Жди меня около него, — поправив в кармане пистолет, Абу Рашид выбрался из машины.

В подъезде было темно. Испытывая беспокойство, эль Фаттах долго поднимался на второй этаж. Деревянные ступени скрипели и гнулись под весом его жирной туши. В очередной раз остановившись, чтобы вытереть лицо, эль Фаттах ощутил, что в нише на промежуточной площадке кто-то стоит. Стоит и смотрит на него. Эль Фаттах не мог видеть этого человека, но его присутствие ощущал. Полицейский филер? Они бы не стали так грубо работать. Скорее, охранник Сеида…

Сеид был без преувеличения лучшим из людей эль Фаттаха. Умный, решительный, жесткий. Прекрасно обученный. Он работал практически в одиночку по всему миру и добивался потрясающих результатов. Эль Фаттах не мог вспомнить, чтобы Сеид хоть раз промахнулся. Единственный недостаток — тяга к роскоши и деньгам. Но Сеиду платили достаточно, чтобы можно было не опасаться предательства.

На втором этаже были две двери, расположенные напротив друг друга. Эль Фаттах постучал в правую. Открыли быстро. На пороге стоял сам Сеид — среднего роста, жилистый, гибкий, с густыми черными волосами и ниточкой ухоженных усиков. Выглядел он намного моложе своих тридцати шести лет и в студенческом городке вполне мог бы сойти за четверокурсника.

— Я ждал тебя раньше, — сказал Сеид, освобождая проход.

— Задержались в дороге…

Эль Фаттах прошел по длинному коридору и оказался в большой комнате, на всех стенах которой и на полу были толстые ковры с ярким рисунком. Из предметов меблировки имелись только диван, два кресла, журнальный столик и стойка с музыкальным центром. Играла визгливая западная музыка. Эль Фаттах поморщился. Сеид выключил проигрыватель, достал компакт-диск, аккуратно убрал его в коробочку с ярким вкладышем, на котором теснились грудастые девицы, какая-то нечисть, машины и небоскребы.