Чтение онлайн

Теперь фыркнул Каи, но сдержанно, глядя в сторону, на огромный кипарис на противоположном берегу.

– Люди на острове, – уточнила Санья, – тала-как-там-они?

– О, талай-алау. – Рамад уселся обратно на скамью и вытер пот со лба. – Это интересные люди, но у них имеется целый кодекс строгих правил поведения. Они немного похожи на грейлов, только без их учтивости и гостеприимства.

– Грейл – самые разумные люди на всем восточном континенте, – прокомментировала Зиде, – но они же и самые утомительные.

– Талай-алау намного хуже, – заверил ее Рамад.

Тенес прошла по лодке и села послушать рядом с Саньей. Рамад был хорошим рассказчиком, самокритичным, когда речь заходила о попытках завести друзей в Зарождающемся мире с самыми душными обитателями во всем восточном архипелаге. Каи почувствовал, как у него расслабляются мышцы на затылке, и понял, что ему необходим смех. Оказалось, что он слишком напряжен из-за цели их путешествия, чего раньше не понимал.

Они плыли все дальше, горы постепенно уступили место открытым полям и небольшим рощам. Дни были длинными и жаркими, но ночи оставались прохладными, дул приятный ветер, в кустарнике поблескивал свет – то ли светлячки, то ли заблудившиеся призраки. Они делали короткие остановки, чтобы вычистить ведро, которое использовалось как отхожее место, или собрать урожай на заросших полях давно заброшенных ферм. Иногда им приходилось стараться, чтобы избежать песчаных отмелей. Из-за состояния баржи они с трудом держали одежду в чистоте; Рамад брился редко и вскоре стал походить на речного торговца.

Они много разговаривали. Зиде подробно расспрашивала Тенес, стараясь помочь ей вспомнить хоть что-нибудь из ее прошлого, до того как Аклайнс лишил ее памяти в Скарифе. К несчастью, Тенес почти ничего не могла рассказать: насколько Зиде поняла, Тенес происходила из Ведьм, которые действовали вместе с призраками земли, что не особенно помогло. Рамад делился с ними другими историями: о своих путешествиях к далеким союзникам и редких охотах на жестоких толкователей.

Каи не мог говорить о войне или Башасе, но рассказывал об их прежних путешествиях или о поездках, которые совершал в одиночестве.

К тому времени, когда канал пересек старую границу Сана-саркофа, добыча провизии стала проблемой, и им пришлось сделать остановку под плакучими ивами, рядом с причалами деревни речных торговцев.

С карманом, полным взятых у Рамада монет Зарождающегося мира, они отправили Санью одну на поиски городского рынка. После того как она ушла, Зиде послала за ней Тенес, чтобы убедиться, что девочке ничего не грозит, но велела не вмешиваться, если Санья решит не возвращаться обратно.

– Вы даете ей шанс сбежать, – сказал Рамад, наблюдая за ними.

Каи снова устроился на носу, опираясь головой на мягкое дерево. Солнце не вредило его коже, поэтому он оставил место под навесом для остальных.

– А разве ты сам не хотел, чтобы она ушла от нас? – спросил Каи.

Рамад коротко пожал плечами.

– Этого хотела командир когорты Ашем. Я убежден, что люди должны сами выбирать свою дорогу, – ответил он.

«Если бы только я мог поверить, что ты так считаешь», – подумал Каи.

Примерно через полчаса вернулась улыбающаяся Тенес и забралась в лодку. Потом на тропе появилась Санья, тащившая за плечами мешок с провизией. Кроме того, она несла три широкополые соломенные шляпы, которые купила для себя, Тенес и Зиде.

– А почему ты не купила шляпу для меня? – решил подразнить ее Каи, встав, чтобы подать ей руку.

– Ты бы не стал ее носить, – парировала Санья, осторожно перешагивая через борт. – Ты не любишь, чтобы у тебя в волосах что-то было. А если тебе понадобится шляпа для маскировки, я отдам на время свою.

– Кстати, – сказал Рамад, вставая, чтобы помочь Каи сдвинуть лодку в воду из-под деревьев. Теперь они пользовались шестами, которые подобрали по дороге. – Что будет после того, как вы найдете камень поиска и освободите Тарен Старгард? Каков ваш план?

Отталкиваясь от крупных корней деревьев и небольших островков, они вывели лодку на середину реки.

Течение стало толкать их вниз, но Зиде призвала ветродьяволов, чтобы продолжить путь в прежнем направлении. Каи позволил Рамаду помочь убрать мокрые шесты, а потом ответил:

– Ты с нами все время. Ты хоть раз слышал разговоры о плане?

Рамад огляделся по сторонам, пытаясь найти способ стереть грязь с рук, но вскоре сдался.

– Я знаю, что ты и Зиде Дайаха можете разговаривать так, чтобы никто не услышал, – заявил он.

Зиде подняла мех с водой, салютуя Рамаду.

– Очень умно, – сказала она.

Рамад вздохнул:

– Я знаю, что уже говорил это прежде, но я бы мог помочь, если бы вы мне позволили.

– Почему? – Каи устроился на переднем сиденье, чтобы иметь возможность смотреть, куда они плывут, и избегать взгляда Рамада. – Почему ты так хочешь нам помочь?

Рамад недовольно поднял руки:

– Я уже говорил. При дворе должны находиться предатели, которые поддерживают фракцию Ниент-арайка. У них имеется связь с изменниками, Благословенными Бессмертными, они нанимают толкователей. Все это является сознательной попыткой помешать возрождению Имперской коалиции.

Каи бросил взгляд на Зиде, которая помогала Тенес с завязками новой соломенной шляпы.

– Ты знаешь, что Зарождающийся мир никогда не собирался становиться Империей, – сказал Каи.

– Осторожно, – беззвучно сказала Зиде.

– Я знаю, что это начиналось как временный союз, который перерос в нечто большее. – Рамад внимательно смотрел на Каи, словно пытался прочитать его мысли. – Вы помогли ему таким стать.

«И он вырос, как опухоль», – подумал Каи, но не стал произносить этих слов вслух. Он хотел верить Рамаду, и одну смертную жизнь назад Рамад мог оказаться разведчиком, вместе с которыми Каи воевал и строил планы, когда они освобождали мир из хватки Иерархов.

«Он напоминает тебе Башасу», – сказала Зиде, но она ошибалась.

– Сейчас у нас нет плана. И не будет до тех пор, пока мы не вернем Тарен.

Каи проснулся до рассвета в день, когда они должны были добраться до Летних залов. Он лежал на носу, на своем любимом месте, и сначала подумал, что проснулся из-за беспокойства, от мыслей, что снова окажется в том месте.

Небо оставалось темным, редкие деревья виднелись на берегу канала, высокая листва была неподвижной в предутреннем воздухе. Затем он понял, что его разбудило нечто другое.