Чтение онлайн

До игры котировки удерживались на позиции полтора к одному – в пользу короля. Но после «объявления по стадиону» о яде, склепе и прочей унылой погребальной тематике на принца Рентала ставили уже десять к одному. А кое-где и пятнадцать…

Я мог сменить карты и после этого решать, продолжить игру или «лечь».

Туз и мелочь были сброшены в отбой и рассыпались в прах. Среди трех новых карт оказались еще две дамы и король. Таким образом, у меня на руках были четыре дамы, то есть каре, что практически стопроцентно гарантировало победу. А если учесть, что Фромп даже не посмотрел на свои карты, то… У него не было практически ни единого шанса.

Если бы карты были обычными, рядом не застыли неподвижными изваяниями пятеро близнецов и т. д. и т. п., то, разумеется, я бы подумал, что это элементарная «разводка». У короля в рукаве лежат четыре туза, и он просто играет на публику своими заявлениями о подготовке к смерти.

Но все говорило о том, что игра идет честная и Фромп не может знать, какие карты лежат на столе.

Я кинул девять фишек и как ни в чем не бывало спросил:

– Теперь мы можем вскрываться?

– Нет…

Ответ сидящего напротив человека откровенно застал меня врасплох.

– Я еще не вскрывался и поэтому могу удвоить ставку, полностью сменив все пять карт.

«Может быть, яд начал действовать?» – удивленно подумал я.

Ведь в поступках короля не прослеживалось даже крупицы здравого смысла. У меня были четыре дамы, и я чувствовал себя настолько уверенно, насколько это вообще возможно при игре в покер. А у короля не было ничего, и он собирался сменить пять карт, поставив на кон все, что имел. Включая жизнь.

Те брокеры, которые еще не покончили с собой до сих пор, сделали это сейчас. Ставки на короля упали до пятидесяти к одному, а некая таинственная личность поставила на кон четверть миллиона…

Пять карт рассыпались в прах (никто так и не узнал, что там было), а очередные пять легли на стол перед Фромпом.

– Теперь я могу положить в банк оставшиеся десять фишек – и мы вскроемся? – Мне успел надоесть этот дешевый фарс, поэтому я хотел как можно быстрее закончить игру, выиграть королевство и начать веселиться.

– Существует одно правило, – совершенно неожиданно ожила одна из пяти «карликовых статуй». – Если игрок дважды играет втемную и выигрывает, то становится абсолютным победителем.

– Что значит «абсолютный победитель»?

– Абсолютный победитель получает все, включая и жизнь поверженного игрока.

Только сейчас я понял коварный замысел Фромпа. Он выпил яду, напичкал себя какими-нибудь возбуждающими таблетками, возомнил себя богом – и решил взять противника «на слабо».

Десять фишек я уже поставил. И если, имея отличную комбинацию на руках, не доставлю еще десять, то король выиграет. А в следующем сете соперник поступит точно так же. Однако при новой раздаче ко мне может прийти не каре, а полный ноль. И тогда я уже точно проиграю.

Конечно, невелика беда потерять королевство, с которым не знаешь, что делать. Но одно дело – быть героем в глазах толпы сногсшибательных красавиц, и совершенно другое – малодушным трусом, спасовавшим перед накачанным медикаментами зомби в дурацком холщовом рубище.

– Я принимаю вызов, – спокойно ответил я, кинув в банк недостающие десять фишек. – Теперь все королевство на кону – и можно вскрываться. Игра получилась слишком быстрой, но это даже к лучшему.

Не видя никакого смысла в промедлении, я кинул карты на стол, и собравшейся публике сообщили о том, что у принца Рентала каре из четырех дам.

Если бы можно было делать ставки после вскрытия одного из игроков, то на короля не поставили бы даже миллион к одному.

К счастью для брокеров (тех, кто остался в живых), до подобных глупостей никто не додумался.

– Будете вскрываться или не глядя скинете карты в отбой? – Мысль о том, что я выиграл целое королевство, ударила в голову, словно шампанское.

Вместо ответа король протянул руку к столу и перевернул первую карту.

– Девятка треф, – объявили «по стадиону»

Вторая карта последовала вслед за первой.

– Трефовый король…

Толпа судорожно вздохнула, и все взгляды устремились на нового короля (на меня то есть). Так как в колоде всего четыре короля, а один находился у меня, то перебить мою ставку Фромп просто не мог.

Ну или мог, если здесь играли с джокером.

Фромп протянул заметно дрожащую руку к третьей карте и открыл… джокера.

– Мило, – раскованно улыбнулся я. – Осталась самая малость: вытащить еще пару королей – и победа будет у вас в кармане.

После того как король открыл джокера, что-то в его взгляде неуловимо изменилось. Появилась уверенность, которой не было раньше.

– Думаешь, это мило? – Первый вопрос за всю игру прозвучал несколько странно.

– Думаю, да. – Нехорошее предчувствие сжало холодными тисками мое сердце, но я постарался отогнать его прочь и даже смог выдавить из себя улыбку.

– Тогда скажи мне, что ты здесь видишь?!!

Король взял не одну карту, как прежде, а подался всем корпусом вперед, двумя руками взял пару карт и поднял их на уровень моих глаз. Он видел только рубашки, а номинал предстал моему взору.

– Что ты здесь видишь? – требовательно повторил он, вглядываясь в мое побледневшее лицо. – Не смерть ли свою?

Я тупо смотрел на двух королей и никак не мог поверить, что проиграл не только целое королевство, но и свою жизнь.

«Даже голый, король все равно остается королем», – сам не зная почему, подумал я, и…

И игра кончилась. А вместе с ней кончилось и все остальное…

Я проиграл не только свою жизнь, но и жизнь Компота.

(Один за всех и все за одного – прямо как в классической истории про д'Артаньяна и трех мушкетеров.)

Прямо с банкета меня проводили в темницу, сообщив, что на рассвете казнят. А на робкие попытки воззвать к разуму, сообщив о «Растворителе миров», находящемся в моем организме, никто не прореагировал. Разница во времени между измерениями на этот раз сыграла против меня.