Чтение онлайн

— Линда, — позвал Кабрильо, — следи за камерами, не выпускай Диди из виду. Дай знать, когда он войдет в трюм.

— Есть!

— Зеппе, ты доволен? Диди попал на корабль по собственной воле!

— Он твой.

Хуан снова включил микрофон.

— Эдди, Линк, встречаемся у «волшебников», скорее!

Кабрильо сунул в карман рацию и надел наушники, чтобы оставаться в курсе событий. Выбегая, он попросил Хали Касима соединить его с Кевином Никсоном, бывшим голливудским визажистом. Не дожидаясь лифта, Кабрильо бросился вниз по лестнице, на ходу объясняя главному «волшебнику» свою задумку. Затем он дал указания Максу, тот буркнул, что новый план — жуткая головная боль для техников, но возражать не стал.

Эдди и Линк ненамного опередили Хуана. Помещение, в которое вбежали все трое, представляло собой нечто среднее между салоном красоты и складом. На стене висело зеркало, рядом примостилась стойка с косметикой, а все остальное пространство занимали стеллажи с одеждой, оборудованием для спецэффектов и прочим реквизитом.

«Охотничьи псы» (так называл их Макс) были облачены в черную боевую форму, обвешаны запасными обоймами и вооружены штурмовыми винтовками «Баррет М-468», преемницами М-16.

— Пушки оставьте! — велел Кабрильо.

Со склада, где хранилась одежда, появился Кевин с охапкой дишдашей — длинных рубах наподобие ночной сорочки, которые носят в этих краях. Белоснежную ткань пришлось специально обработать, чтобы она истончилась и пожелтела. Дишдаши натянули поверх одежды, так что Линк стал похож на сардельку, обтянутую целлофаном, зато из-под белой «ночнушки» виднелись только ботинки.

Никсон выдал каждому по платку и, пока бойцы обматывали головы, нанес автозагар на лица Эдди и Хуана. Перфекционист Никсон ненавидел работать наспех, однако Кабрильо чуть не приплясывал от нетерпения.

— Не усердствуй ты так! — торопил Хуан. — Человек видит то, что ожидает увидеть. Это первое правило маскировки.

В наушниках раздался голос Линды:

— Диди будет в главном трюме через две минуты.

— Слишком рано. Мы еще не готовы. На мостике кто-нибудь есть?

— Ребятишки балуются со штурвалом.

— Включи сирену и подай звук на динамики в трюме.

— Зачем? — удивилась Линда.

— Так надо! — отрезал Хуан.

Вой разнесся над мангровыми болотами, тысячи птиц взмыли в воздух, лагерные дворняги в ужасе поджали хвосты. В коридоре, которым Диди со свитой направлялся к трюму, звук сирены буквально сбивал с ног. Люди обхватывали головы руками, зажимали уши. Безрезультатно.

— Сработало! — сообщила Линда. — Диди послал человека в рулевую рубку, но тот решит, что это дети набедокурили.

— А на корабле что творится? — осведомился Хуан.

— Продолжают грабить, сирена им не помеха. Две женщины тащат матрас из капитанской каюты. Пара юнцов прибрала эти жуткие картинки с клоунами. Еще один — ты не поверишь — выдирает унитаз!

— Неудивительно, для него это трон! — усмехнулся Хуан.

Пока посланец Диди бежал к мостику и отвешивал мальчишкам подзатыльники, Кевин покончил с гримом. Линда отключила сирену прежде, чем пират дотянулся до панели управления, и тот озадаченно уставился на кнопки: прикоснуться ведь ни к чему не успел. Сомалиец пожал плечами и поспешил обратно к командиру.

Начальник оружейного склада принес три «Калашникова», на вид старых, в точности как у пиратов. На самом деле автоматы, как и все на «Орегоне», были в идеальном состоянии. Каждому досталось по защитной маске, их рассовали по карманам.

— Ты нас вызвал и нарядил, словно на маскарад, — заявил Линк. — Что дальше?

— Нельзя идти к Диди в костюмах ниндзя, — пояснил Хуан. — Кругом полно вооруженных пиратов.

— Поэтому выбрали костюмы муфтиев, — вставил Эдди.

— В суматохе нас примут за своих. Дождемся подходящего момента.

— Если Диди откроет бочку и вместо аммиачной селитры увидит воду, он почует ловушку и пулей вылетите «Орегона».

— Потому я и спешу. Ну что там, Кевин?

Никсон отступил на шаг и осмотрел результат своего труда. Порывшись в ящике, он протянул Хуану и Эдди большие темные очки. Цвет кожи его устраивал, а вот черты лица без силикона не поправишь. Чуть больше времени, и Кевин сделал бы из коллег хоть двойников Диди, а на скорую руку и очки сойдут. Он кивнул и собрался объявить, что с гримом закончил, но все трое были уже за дверью.

— Линда, где Диди? — спросил Хуан в микрофон.

— У входа в трюм. С ним около дюжины пиратов, все вооружены до зубов. Кстати, о зубах: наш друг Хаким так и скалится!

— Еще бы. Ничего, недолго ему скалиться.

Кабрильо привел Линка и Эдди к непримечательной двери посреди коридора, прильнул к глазку в центре одностороннего зеркала и, убедившись, что с другой стороны темно, распахнул дверь. Лампочка под потолком осветила крошечный чулан: швабру, ведра и полки с чистящими средствами — именно сюда вел один из секретных проходов между двумя зонами корабля.

Едва коснувшись дверной ручки, Хуан осознал, что с минуты на минуту может разгореться бой, и почувствовал прилив адреналина, не хуже, чем от наркотика. Страх, тревога, возбуждение накатывали волнами, очистить от них разум перед лицом опасности становилось с каждым разом сложнее.

Сотрудники корпорации никогда не обсуждают свои ощущения. Хуан представил, как ужаснутся Линк и Эдди, спроси он, страшно ли им. Именно этим и отличается хороший солдат — он сознает, что боится, и во время боя обращает страх себе на пользу.

Кабрильо ничего спрашивать не стал, он распахнул дверь и вышел в «открытую» часть корабля. Две женщины волокли свернутый ковер, видимо из какой-то каюты. На маленький отряд они даже не посмотрели.

Все трое устремились к корме и вскоре увидели лесенку, ведущую на нижние палубы. У ее подножия стоял вооруженный охранник. Хуан попытался проскочить мимо, но тот ухватил его за руку и что-то сказал на сомали.